Нил Аду - Старгородские Тайны

И облика Ярополк Судиславич оказался совсем не богатырского, и даже не воинского. Роста невысокого, сложения щуплого. Волосы светло каштановые, почти что рыжие, коротко острижены. Вместо бороды и усов – полоска узкая, какие гоблины часто носят. Губы тонкие, нос с горбинкой, лицо подвижное, выразительное. А глаза… По глазам, в общем-то, мы воеводу и признали. Холодные, серые, цепкие, в самую душу проникающие. И смотрел он на нас, словно товар оценивал.

– Значит, вы и есть те молодые мастера чародейные, о каких мне баламут гуляй-польский сказывал? Да уж, право слово, годами не обременённые. И давно ли вы Академию закончили?

– Да мы… – начал оправдываться я и вдруг понял – всё про нас воеводе известно, и он нарочно нас смутить старается.

– А свидетельства об успехах в учении с собой взять не забыли? – продолжал надсмехаться Ярополк Судиславич. – И пошлины княжеские с трудов праведных у вас, небось, уплачены?

– Полно тебе, батюшка-воевода, смеяться! – сказал, насупившись, Севка. Видать, тоже смекнул, что тот над нами потешается. – Мы, может, и не сильны в науках, зато умеем такое, что и профессору не под силу.

– Ещё бы! Наслышан, как вы Синице сапоги-скороходы починили, – Ярополк Судиславич усмехнулся, а я подумал, не такие уж мы умелые мастера, раз не сумели следы своей шалости скрыть. – Неделю назад он князя нашего с ног до головы грязью обрызгал принародно. Дружинушка храбрая хотела за то профессора самого в грязь затоптать, да государь не позволил. А жаль! – глаза воеводы хищно блеснули. – Надо было проучить Любомудра, уж больно спесив стал. Так что проказа сия вам прощается.

Мы вздохнули облегчённо, но на стороже оставались. Слишком уж хорошо осведомлён был воевода. А тот продолжал:

– То, что в Академию вас не взяли – не велика печаль. Не сама по себе наука важна, а голова светлая и руки умелые. А что у вас на том месте выросло, мы сейчас увидим.

Он подошёл к столу и, тростью на стол указывая, новый вопрос задал:

– Что за диковина, догадались?

– Так… м-м-м… это… – вразнобой весьма содержательно отвечали мы с Севкой.

– Это, голуби мои, уменьшенное подобие княжества нашего. Вещь тонкая, изумительной работы гномьей. И человечки на ней двигаться могут по велению вашему. На столе этом мы с князем военные учения устраиваем. Чтобы заранее просчитать, как, в случае чего, война протекать будет. Князь всегда за своих воюет, а я – то за эльфов, то за гоблинов. И вот какое у меня к вам, умельцы народные, – он опять одними губами усмехнулся, – дело имеется. Вернее сказать, даже два.

Мы уши навострили. Вот оно, задание воеводское! Сейчас всё и решится. Или мы в большом почёте и в полной безопасности окажемся, или снова придётся от каждого шороха ночного вздрагивать.

– В последнее время, – продолжал объяснять Ярополк Судиславич, неожиданно большим любителем поговорить оказавшийся, – войну мне князь неизменно проигрывал. Чему огорчался несказанно. Хоть и не взаправду, а всё ж таки Лукоморье врагу уступало. И третьего дня в сердцах так кулаком по столу саданул, что связи чародейские нарушились, и не двигаются теперь человечки наши. А вам, молодцы, как раз и надлежит ту поломку исправить. Это – задание первое, и не самое сложное.

А второе… Мне и самому подозрительно, что лукоморцы всё время битыми оказываются. Похоже, гномы тут что-то напутали, или того хуже – с умыслом сделали. Чтобы князя уверенности лишить. Лучше бы мне самому разобраться, но заботы государственные не позволяют. А вы – ребята молодые, упорные, да сметливые. Должны справиться. Ну, как, берётесь?

И он посмотрел на нас, вроде как и весело, но глазами при том ни чуточки не потеплев.

– Тут, батюшка-воевода, подумать надо, – ответил Севка, стараясь выглядеть уверенным и рассудительным. – Всё осмотреть, прикинуть. Дело-то не шуточное.

– А никто с вами шутить и не собирается! – сказал вмиг изменившимся голосом Ярополк Судиславич. – Люди разумные мне не отказывают. Кабы не знал, на что вы способны, так и не позвал бы. А потому, сроку вам на всё даётся – неделя.

Воевода говорил резко, чётко, для наглядности пальцы загибая:

– Поскольку дело это тайное, государственное, выходить со двора вам строжайше запрещается. Это – первое. Спать будете в соседней клети, за стеной. Отхожее место тоже неподалёку. Кормить вас будут прямо здесь. Это – второе. Если что понадобится – скажите Чангу, – он щёлкнул пальцами другой руки, и рядом с ним, откуда ни возьмись, появился маленький пожилой тролль в ярком, птицами диковинными расшитом халате. С застывшей улыбкой на круглом лице, постоянно кланяющийся и, вообще какой-то неприятный. – Раз в день можете в его сопровождении прогуляться по двору. Это – третье. А самим выходить не советую. Страже наказ будет дан – вас не пропускать ни в коем случае. А они у меня привыкли слушаться, не рассуждая. И потом, если я Тараса вашего правильно понял, вам самим заточение на пользу пойдёт. Это – четвёртое, и последнее.

– Но…

– Не будет никаких "но"! Через неделю выпущу вас на все четыре стороны. А пока – помогай вам Дажьбог!

И воевода, не слушая возражений, вышел из палаты. А коротышка Чанг остался у дверей, всё так же приторно улыбаясь.

Мы с Севкой молча растерянно переглянулись. Да и что тут скажешь? Вот она какая, милость воеводская! По городку хотел прогуляться, разлюбезную свою поискать. А до отхожего места под охраною не желаете? Да ещё и по расписанию. Что ж, поиски, похоже, откладываются. Может быть, и не на одну неделю.

Но ничего не поделаешь! То есть, наоборот, дело нужно делать, задание воеводы выполнять. Как знать, всё ещё может к лучшему обернуться. И уж во всяком случае, любимую свою работу выполнять, пусть даже взаперти, гораздо приятнее, чем от упырей по погребам прятаться.

Глава восьмая,

в коей любопытство герою новые невзгоды приносит.

Работа наша не сказать, что спешно, но продвигалась. Как ни ропщи, а заказ воеводы выполнять нужно. Неделя быстро пролетит. Оглянуться не успеешь, как пора уже и ответ держать. Да и развлечений у нас не богато было. Ешь, спи или работай – вот и весь выбор.

Человечки у нас уже на другой день забегали. Прав был воевода, с этой задачей мы легко справились. А вот подвох во всём устройстве отыскать оказалось куда сложней. Сначала мы думали, что стоит только в чарах гномьих разобраться, и ответ к нам сам собой придёт. Но время шло, мы с Севкой в поте лица трудились, а наговоров меньше не становилось. Под одним распутанным узлом три нетронутых обнаруживалось. И решили мы к загадке с другого конца подступить, в деле устройство испробовать.

Раз за разом доставали мы из особых коробочек то гномье войско, то эльфийское, то гоблинское, и в набег на лукоморцев отправляли. И драконов в бою применяли. И диковинных, с гору величиной, двухвостых зверей, слонами прозываемых. И древнюю птицу Рух. И гномландских великанов-ётунов. И многих иных, чьи названия я и не запомнил. (Если кому любопытно – у Севки спросите, он у нас обо всякой нечисти осведомлён.) Но, каким бы ни был враг, ему неизменно удавалось одолеть защитников княжества нашего. А мы всё больше склонялись к выводу, что причина неудач где-то в самом войске лукоморском заключена. Но и только. Найти слабину никак не удавалось.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});