Служба доставки госпожи попаданки (СИ) - Дара Хаард

покраснела от слов Бусинки, еще этого не хватало, а Ирмату ответила, — ты очень хороший, но я не готова сейчас к замужеству. Ты же знаешь, Итан хотел, чтобы я была магом, и могла сама себя содержать.

Я спихнула свое нежелание замужества на погибшего отца и молилась, чтобы элементаль ошиблась. Ирмат — хороший друг, но у меня к нему нет и капли тех эмоций, что вызывает Октаголд. А лучше было бы наоборот. Я с сомнением посмотрела на друга, почему у меня жар в теле не от Ирмата?

— Потому что сильная магия всегда выбирает сильную магию, Сарита, — менторским тоном сказала Бусинка. — Будь в теле настоящая Куар, Октаголд даже не посмотрел бы в ее сторону.

— Не будет мне магия указывать, с кем спать! — сказала я Бусинке, а элементаль ткнулась в меня лбом, чуть не сбив с ног.

— Твой отец был прогрессивных взглядов, — Ирмат обернулся посмотреть на загоны с вивернами, где один из объездчиков тянул за повод серую виверну, — но старые методы тоже действенные. Выйдешь замуж, и пусть муж думает, как содержать тебя и Милиру.

Я скривилась, а Бусинка фыркнула мне в ухо. Я отвернула наглую морду от себя, а Ирмату ответила:

— Я не хочу быть бесправной женой, богатого мужа, этот способ сохранить остров будет самым последним, на который я пойду. Да что он творит?!

Я возмущенно понеслась к объездчику, который, видимо, не заметив нас за обледеневшими кустами, хлестал по бокам виверну. Я не люблю виверн, как любил их Итан, но они — живые существа, и я не могла позволить какому-то лысому гаду измываться над животным.

В объездчике я узнала Мариуса Кимпла, мужчина был неприятным, но работу свою знал. Отец его пару раз выгонял за пьянство, но потом опять брал назад. У нас маленькие зарплаты, и найти объездчиков, которые на них соглашаются, весьма трудно.

Все же я стала сильнее, особенно это видно сейчас, когда я за два вздоха перемахнула пару десятком метров и выхватив кнут, у немаленького мужика, пару раз хлестнула его по спине. Еле сдержалась, чтобы не зарычать, хихиканье Бусинки меня отрезвило, холод тут же сковал конечности, не давая мне продолжить порку.

— Ты что себе позволяешь?! — прошипела я не хуже змеи. — Не смей бить виверн!

— Госпожа, — обычно Мариус наглел и старался оспорить мои приказы по любому поводу, но сейчас он испуганно смотрел на меня, согнувшись в поклоне, — госпожа, этого не повторится, прошу, не губите.

— Рита, — к нам приблизился удивленный Ирмат, кивнул Мариусу, чтобы исчез, а сам подошел к виверну, который курлыкал и загнанно дышал, чтобы успокоить животное.

— Он почуял воздух, — сказала мне Бусинка очевидное.

Объяснять Ирмату, откуда у меня воздух мне не хотелось, только не сегодня.

— Его нужно успокоить и отвести в загон, — сказала я Ирмату, — А мне нужно домой, что-то я перенервничала.

— Иди, — Ирмат, ухватился за уздцы и прижался к боку виверна, шепча ему что-то успокаивающе, — тебе нужно готовиться к балу. Завтра обговорим, что ты хотела рассказать.

— Бал! — возмущенно воскликнула я. — Я совсем забыла!

— Сарита! Бусинка! — окликнул меня Ирмат, когда я уже собралась идти в сторону замка.

Внутри меня все сжалось от страха, неужели он все понял?!

— Что? — неуверенно обернулась и посмотрела на парня.

— За тобой Бусинка идет, верни ее в загон, — улыбнулся Ирмат, а я облегченно выдохнула и обернулась за спину.

Виверна смешно стояла на коготках и кралась следом.

— Ты меня подставляешь, — прошипела я элементаль, — он же поймет, что ты разумная! Быстро в загон!

— Я не хочу жрать мясо!

— В загон! Иначе можешь просто объявить всем, что ты высший элементаль, пусть меня на органы разбирают.

Бусинка невольно курлыкнула, захлопала крыльями, чуть не снеся меня с ног, и недовольно потопала к загону.

— До чего умная, — покачал головой Ирмат, — все же подумай связать ее с нашими самцами, — парень похлопал заинтересованно вынюхивающего виверна по острому клюву.

Бусинка от его слов прибавила шаг, путаясь в лапах, заскочила в загон и захлопнула за собой калитку, хорошо хоть засов не задвинула, а то у Ирмата точно появились бы сомнения.

— Правильно ты не хочешь замуж, — недовольно курлыкнула Бусинка, — у них на уме только воспроизводство себе подобных. Озабоченные хамы!

Я еле сдержалась, чтобы не расхохотаться, и пошла в замок. Ох, как мне не хотелось туда идти! Как представлю, что сейчас будет, так и не хочу. Нужно переделать допуск в семейный сейф и подумать, как растянуть деньги от продажи двух виверн на несколько месяцев. Плюс заняться наконец-то делом.

Вот отмучаю этот бал… Хм-м-м-м. А ведь Итан всегда летал на всякие светские вечеринки. Он говорил, что это самый лучший способ держать нос по ветру и знать, что происходит в мире. Ну конечно, я же могу узнать про мобы и почему они не латают. Отец на таких вот вечеринках искал покупателей для виверн. Я даже шагу прибавила, бал все же хорошая идея, а вот тратить последние деньги на платья — это глупость, у нас от этих платьев гардеробы ломятся. Есть даже такие, которые мы ни разу не надевали. Итан любил баловать своих девочек, и мы летали в столицу округа к модной портнихе почти каждый месяц. Я вздохнула: как же мне не хватает Итана.

— Почему так долго? — Милира специально меня дожидалась. — Нужно готовиться к балу, мне поможет Лима, а ты возьми Лауру. Что касается твоей сегодняшней выходки… — Милира вдруг лучезарно улыбнулась. — Это было прекрасным ходом, дорогая.

Я уже собралась защищаться и рот открыла и тут же щелкнула челюстью, закрывая его, с удивлением посмотрела на женщину.

— Что ты так смотришь? Разве ты не видела, как на тебя смотрел Октаголд? Твои прелести его явно заинтересовали!

— Это звучит мерзко, — как бы я ни сдерживалась, я не смогла прикусить язык. — Я тебя не узнаю, мама, как ты можешь быть такой…

Я замерла, не зная какие подобрать слова, чтобы не быть слишком грубой.

— Ты думаешь, я не знаю, что нужно делать, чтобы выжить? Или думаешь, что твоя мать всегда была слабой и никчемной пустышкой? — Милира выпрямила спину и как-то по-особому развернула плечи, превращаясь в холодную аристократку Великого рода. — Лима, иди, — Милира повелительно махнула рукой девушке, и та в мгновение ока убежала, мы с Милирой остались одни в небольшой гостиной.

Она прошествовала к окну мимо меня, обдавая нежным цветочным запахом туалетной воды.

— При чем тут пустышка, мама? — сказала я. — Ты продаешь меня, как товар. Тебе все равно на мои чувства,