Наталья Некрасова - Исповедь Cтража

— …последнее время?

— Что? — очнулся я.

Он ласково улыбнулся мне. Морщинки лучиками разбежались из уголков его темных теплых глаз.

— Я спросил вас, как продвигается ваше расследование?

Опасность неприятно резанула внутри, как разбитое стекло, мгновенно вырвав меня из обволакивающей теплоты. Я сумел — по крайней мере, внешне — сохранить невинный разомлелый вид.

— По какому именно делу, господин Советник? Я веду сейчас четыре дела.

— Я имею в виду то, связанное с документами конца Первой Эпохи на неизвестном языке.

Вот как. Ну понятно, откуда все пошло. Этот клятый копиист, мошенник, что векселя подделывал. Удивительный талант у него — любую рукопись может скопировать так, что не отличишь. Я попросил его скопировать как можно точнее для меня Круг Девяти Рун, тот, что был в рукописи о Девяти… Интересно, сколько ему заплатили? Или сам сдался? Как бы то ни было, он не знает всей правды. Этот ворюга видел только те листы, которые я ему давал… Но в них были дырочки — я расшил Книгу, чтобы сделать с тех листов список… Ну ладно.

— Ах это? Да пока не очень. Мы еще не выяснили, откуда могли быть похищены эти листы.

— Вы считаете — похищены?

— Да, конечно. Продажа ворованных старинных документов богатым любителям — это же сплошь и рядом. Иногда даже подобные любители заказывают, что именно нужно найти и украсть. Побывают у приятеля, увидят его собрание. Загорится такой гость получить какую-нибудь редкую рукопись — а приятель не продает. Остается только вора нанять. Может, здесь как раз заказанная рукопись или украденная наугад, для продажи. Но пока никто не заявлял о краже.

— А… вор?

— Увы. Ищем. Мы взяли эти рукописи во время облавы, но хозяин дома скрылся. И неизвестно, где он. Жив ли вообще. Но мы ищем.

— Мне казалось, хозяин дома был все же… задержан?

— Нет. Был задержан его жилец, который ничего не знает. Я собирался уже отпускать его…

— Пока повремените. Насколько мне известно, этот человек был связан с небезызвестным Топырем?

«Много же ты знаешь».

— Возможно, но Топырь не в моем ведении. Вы же знаете, я не допрашиваю.

— О да. Но все же повремените. Государь, увы, не позволил мне остаться во время празднеств в городе, но, надеюсь, до моего возвращения вы сможете еще некоторое время потерпеть его присутствие?

Он впился в мои глаза своими — черными, горячими, бездонными — и… пустыми. И я снова начал падать, падать, падать… Я был слаб. Мне было хорошо, я не хотел'сопротивляться… Потом прозвучал вопрос. И я понял, что нельзя не ответить, просто нельзя представить, что можно не ответить, я хочу ответить…

Острый осколок в ладони. Боль. Я недоуменно посмотрел на руку. Пусто. Но наваждение исчезло.

— Я все сделаю, как вы прикажете, господин Советник! — испуганно и растерянно, как нашкодивший мальчишка, проговорил я. Я и вправду был испуган.

— Хорошо, хорошо, — улыбаясь, похлопал он меня по руке. — Успокойтесь. Вы только что получили повышение, а с ним и новые обязанности. Понятна ваша растерянность. Я прошу вас составить полную опись документов, которые сейчас есть у вас в распоряжении, а также список содержащихся в вашем тюремном замке заключенных с указанием, кто и по какому делу задержан. И — помните о моей просьбе.

— Б-благодарю, господин Советник, — промямлил я, изображая полную преданность. — Я… я завтра же…

— Ну зачем же так быстро. Вы не успеете до завтра. У вас есть время до моего возвращения. Вы сами понимаете, что ваше повышение создало вам много неприятелей… так что я решил дать вам в помощь своих людей. Завтра же они представятся вам и будут в полном вашем распоряжении. «И будут следить за мной».

— Благодарю, господин Советник… Благодарю вас…

Великие Валар, как же я в то мгновение боялся! Это длилось совсем недолго, может, минуту-другую. Потом наваждение исчезло — я вырвался из-под этой странной обволакивающей власти. Внутри закипело возмущение — как это? Меня? Такого умного? Такого… такого-такого! Нуменорца! Словом, самого лучшего на свете — и меня кто-то сумел обворожить!

Но ведь сумел…

И я испугался.

Но мой испуг был тоже не совсем обычным. Наверное, мне стоило просто отойти в сторону, отдать Книгу, бросить Борондира на произвол судьбы — но я не мог. Не мог!

Почему? Ведь он мне даже не друг. Хоть и не враг — но противник. Что мне в нем? Почему я не могу вот так отойти в сторону?

Возможно, пусть это и самонадеянно звучит, порядочный человек просто иногда не может оставаться в стороне, даже если это самый безопасный выход?

Ах, Борондир, Борондир, навязался ты на мою голову! Вот так и вышло, что все великие мировые вопросы, вся эта поверка истины вдруг превратилась в одно маленькое «да — нет». Такой маленький выбор… Но ведь небо тоже умеет отражаться и играть голубизной в обычной уличной грязной луже…

Вернулся к себе я в страшном замешательстве. Стража пока была та же самая, но все уже знали о приказе — людей переводили в гарнизон. Через день. Значит, у меня еще день… Что же, Борондир, тебе теперь тоже не придется спать…

Я не стал ему лгать. Рассказал все. Он поверил мне. Сразу поверил. Я, честно говоря, не думал, что он настолько сильно испугается. Не за свою жизнь — за Книгу. И за меня.

— Вы должны бежать. И как можно скорее. Вы не знаете… не знаете… он вас везде найдет.

— Кто — он? Кто?

— Тот, кого вы зовете Советником.

— Кто он?

Он лишь покачал головой.

— Уходите.

— Куда, если он везде меня найдет?

Он пристально посмотрел на меня. Затем опустил взгляд.

Долго молчал. Потом решительно поднял голову.

— Дайте мне карту. И чистый лист пергамента. Я укажу вам путь…

— И вы тоже?! — взвыл я.

— Что?

— Да в Книге вашей постоянно — «я укажу вам Путь». Чуть что — Путь указывают.

— Да идите вы! — поморщился он.

Я с легким сердцем рассмеялся. Он, оказывается, умеет действовать, когда надо.

Ну вот. Мой арестант меня спасает. Все же мы хотя бы немного друг другу доверяем. Мы сидим. Уже сильно за полночь.

— Позвольте мне еще раз взять Книгу. Ведь мне больше не увидеть ее…

— Почему?

— Мне не выйти отсюда живым. Если он обо мне узнает…

— Кто — он? Кто?

— Это, моя война, Галдор, поймите.

— Нет уж, теперь и моя. И я не успокоюсь, покуда не выясню, что это за новый Зигур2 такой и откуда он взялся.

Он смотрит на меня так, что я понимаю, что почти попал в цель. Это Саурон? Нет, не может быть, невозможно! К тому же тогда Борондир не испугался бы… Кто этот Советник? Даже если Борондир и не скажет мне — я должен это выяснить сам.