Евгения Фёдорова - Жертвы времени

Я оступился на камнях, и под ними что-то заскрежетало, хрустнула деревянным бортом придавленная глыбами повозка, брошенная около ворот на площади перед конюшней. Я часто наблюдал, как полная жестяных бидонов тележка, с запряженной толстоногой лошадкой, вечером отправляется на пастбища у предгорий, чтобы вернуть еще до полудня с молоком.

Кровь, — подумал я, приподняв каменный осколок. Моя кровь там, в ручье, в котором воды хватит, чтобы наполнить любую емкость. Та жизнь, что спасла Мастера, та смерть, что развеивает фантомов. Библиотека дала мне все, что было возможно. Понимание, умение в дар. Когда маги будут разрушать миры, теперь я точно знаю, что делать. Высшие, что бы было, если бы я не решился на этот отчаянный шаг?

Поднатужившись, я выдернул помятый, покрытый царапинами бидонов. Железо громыхало о камень, звук этот раздражал, шепот дракона заставлял торопиться:

Беги оттуда скорее. Они уже в развалинах. Они идут. Скорее!

Перехватив бидон за широкое горло, я поспешил прочь, вытащив свой нож, но так и не увидел фантомов. То ли они были заняты другим, то ли не посмели на меня напасть. И лишь когда я залез на Мрака и мы стремглав взмыли в воздух, я увидел под собой неверные силуэты призраков времени, мечущиеся по развалинам в закатных лучах солнца.

Мы летели к горам. Зеленый дракон следовал за нами. Изредка я оглядывался и тогда в сумерках видел зеленоватое свечение. Я никогда не задумывался о том, что он по сути своей является всего лишь сгустком энергии. В этом мире все оказалось так сложно, я не мог всего понять, но так хотел! Он был духом, тем богом, которому могли бы поклоняться древние, но с тем я ощущал его плотность, в нем горело пламя, которое согревало меня ночью в лесу.

Ночь, она уже подходила к концу, когда Мрак приземлился среди других драконов. Там, на траве, скрестив ноги, сидел Мастер.

— Всегда знаю, когда ты приближаешься, — сказал он сдержанно. — Подумал, может тебе понадобится моя помощь?

— На этот раз я даже цел, — усмехнулся я, спускаясь вниз и опуская на траву тяжелый бидон.

— Ты за этим летал? — Мастер ответил на мою улыбку. — Не думал, что ты умеешь доить коров. Говорят, что к вымени лучше прикасаться женским рукам, они нежнее.

— Это вода из ручья…

Мастер тихо присвистнул, глядя куда-то вдаль. Он и думать забыл об источнике. Это ничего, ведь и я вспомнил о нем не сразу, лишь после того, как в видении сам напомнил магу: все, что нас связывает, еще живо. И ручей все так же течет по холодным горным камням.

— Выходит, я не ошибся в ту злополучную ночь и сделал то, что было действительно необходимо? — маг, казалось, спрашивал меня.

— Все, что сделано не во имя разрушения, все верно.

— Это упрек?

— Нет, не упрек, — я наклонил голову, — пора совмещать миры, надо выпихнуть фантомов обратно в их мир.

— Мне жаль, что другой выход остался для нас тайной, — грустно сказал Мастер.

— Мир идет по своему пути так же, как и мы…

Тихо зашелестела трава, сгустилось свечение и на траву шагнул зеленый дракон. Мастер с секунду колебался, а потом подошел и обнял его за шею.

— Уцелел, — прошептал маг.

— Я могу о себе позаботиться, — прищурив глаза, напомнил дракон леса. — Но я устал от этого мира, вы готовы?

— На закате, — согласился Мастер. — Когда уйдет день, а ночь еще не наступит. Мы сделаем все, что сможем, чтобы удержать людей целыми и указать им путь.

А я, — подумал я мстительно, — возьму с собой всех мертвецов.

 Я пил тогда совсем один, Никто не поднял в ночь бокала, Когда сгорал в надеждах мир, Когда Молитва отзвучала. Я пил за тех, кто не восстал, Кто защитить свой век не в силах. За тех, кто грустно промолчал, Взглянув в глаза мои учтиво. За лесть я пил и за любовь, За горе и людское счастье. За все, что в жизни не сбылось, За все, что вне пределов власти. Холодный ветер дул в лицо И слезы взгляд мой помутили Я поднял красное вино… Свеча потухнет… мир застынет.

Глава 22. Слияние миров

Воды, которую я привез, как раз хватило, хотя ее в бидоне было куда больше, чем крови в моем тщедушном теле. Мастер с Северным радовались ей как дети, оживленные пакетом конфет. На мой вопрос Недгар, меняющий повязку на бедре — мне от него опять достались одни упреки — пояснил, что они рады в первую очередь тому, что нет необходимости причинять мне вред.

— То, что нас всех ждет впереди, не потерпит равнодушия, — сказал мне лекарь. — Для этого потребуется сила и желание жить, но возьми они у тебя всю кровь, что бы осталось от тебя, Демиан? Усталость и равнодушие.

— Я бы пополнил состав призраков в подземелье Форта, — согласился я. — Думаешь, город удастся восстановить?.. Там?

— Есть вопросы, которые лучше задавать Северному в силу его глубокого возраста, — упрекнул меня врач. — Расскажешь, что произошло?

Он смотрел на меня пытливо, как бывало смотрел Оружейник, будто действительно видел, но теперь я знал наверняка, что это — всего лишь догадки и подозрения. Пока я не откроюсь, не сделаю шаг к нему, мои мысли будут недоступны никому из живых.

— Просто привез воду, — сказал я твердо. — Немного задержался, все еще надеясь найти выживших.

— Глупо, — подытожил Недгар.

— Нашел лесного дракона, — возразил я.

— Пожалуй что так… Демиан, сейчас уже ничего изменить нельзя, но когда все закончится, с твоей ногой придется повозиться. Хромота сама не пройдет. Если бы ты послушался меня с самого начала, если бы лежал…

Я скривился и врач осекся.

— Тебя это не тревожит, да?

— Если ты об этом, то я намериваюсь остаться в живых, — сказал я как можно убедительнее. — Особенно теперь, когда понимаю, каковы ставки на самом деле. Я не допущу повторения, слышишь?

— А я верю, — легко согласился Недгар. — Отдохни до вечера.

Он уже подошел к двери, когда я спросил тихо:

— Маги не расскажут, да? О том, что ждет людей, если они потеряются?

— Нет, страх лишь навредит им, — согласился Недгар. — Северный так считает.

— И ничего, что они обрекают людей на жуткую участь? Те будут радостно переглядываться в ожидании, когда кошмар, наконец, закончится, а впереди вечность?

— Что же, такая смерть, верно, лучше, чем от прикосновения фантома…

— Но та жизнь, что ждет их впереди…

— Иллюзии, вот что их ждет, — мягко поправил Недгар. — Не муки, не плен. Призраки города помнят себя, но не помнят иного мира. Их нежизнь не так уж страшна, как тебе чудится, Демиан, благодаря хозяину форта, а он вряд ли останется здесь. Надеюсь на это, — зачем-то добавил лекарь. Теперь отдохни, с закатом тебя разбудят…