Черное солнце - Валерия Минц

на меня, но спустя мгновение, когда пришло понимание, суровость сменилась недоумением.

— Камилла?..

Я подняла глаза, в страхе. Нет, не перед капитаном, оказавшимся у меня на пути. А из-за того, что все наши усилия могли пойти прахом.

Александер Вибер растерянно переводил взгляд с меня на Аду, и обратно. В его голове не укладывалось, как перед ним очутились две полуголые девушки, ночью, в метель. Я ничего не могла сказать, пыталась что-то произнести, объяснить ему, но окоченевшие губы не слушались. Сейчас этот человек мог один своим решением определить нашу с Адой судьбу. Я пыталась понять, что мне ждать от Вибера, но запоздало вспомнила, что только он из нас двоих умел читать человека, как книгу. Я ждала, что вот-вот в глазах блеснет злорадство, жадное желание выслужиться, но ничего этого не было. Опять.

Весь мир вокруг замер в ожидании. Снежинки зависли между нами в воздухе, как невысказанные друг другу слова…

Взгляд капитана потускнел, омрачился печальным осознанием.

— Скорее, — негромко сказал он, озираясь по сторонам. — Бегите вон в тот переулок. Спрячьтесь где-нибудь. Я постараюсь выиграть вам время, чтобы вас не принялись искать слишком быстро…

— С-спасибо, — собрав остатки сил прошептала я.

Тот лишь кивнул и, отвернувшись, быстро зашагал вперед, отдавая какие-то резкие приказы. Гвардейцы быстро ринулись в противоположный конец улицы, скрывшись за углом. Как только улица оказалось пустой, мы поковыляли на негнущихся ногах в темный переулок. Силы покидали нас под жалящим студеным ветром.

Однако, едва мы укрылись в полумраке, пара крепких рук схватила меня за руки и рот. Аду схватил огромный мужчина, гораздо выше Дарена или Яна, лицо его было скрыто красной повязкой и жесткими ночными тенями.

— Не сопротивляйтесь, мы хотим помочь, — над ухом зашелестел знакомый женский голос.

Возможно, я бы и попробовала вырваться, но сил все равно уже не хватало ни на что. К лицу поднесли нечто с каким-то резким горьким запахом, и тьма забытия наконец-то приняла меня в свои объятия.

* * *

Меня разбудил странный непривычный запах. В первый момент мне показалось, что все произошедшее было дурным сном, но присмотревшись к незнакомой комнате, осознание постепенно с ужасом накатывало на меня, перемешивая воспоминания как яркий калейдоскоп. Ночная исповедь Ады. Разговор с Ари. Серые глаза Александера. Максимилиан, сражающийся с солдатами. Голос Софии, убеждающий что все в порядке. Гвардеец с синими глазами в темных доспехах …

Я резко подскочила, чувствуя вместо привычной мягкой перины жесткую подстилку из соломенных тюфяков, укрытую шкурами. Рядом кто-то мерно посапывал. Проморгавшись, я увидела разметавшиеся на лежанке черные волосы Ады, которая мерно посапывала, и облегченно выдохнула. Но беспокойство, которое за последнее время прицепилось ко мне как репейник, все равно не унялось. Нужно сохранять хладнокровие в любой ситуации. Как учил отец.

Комнату еле-еле освещал трепыхающийся огонек лучины. Судя по всему, мы очутились в какой-то лачуге. Окна были плотно занавешены, и я не могла точно опередить время суток. Откуда-то доносились отдаленные голоса или крики, но было ничего не разобрать, словно бы звук пытался пробить водяную завесу. В дальнем углу комнаты за столом сидел, не шевелясь, тот самый здоровяк, который держал Аду. «Тоже спит что ли?» — думала я, наблюдая за похитителем. Или спасителем… София, а я точно уверена, что это был ее голос, сказала, что они хотят помочь, но что-то в это слабо верилось. Спасители не действуют как… как бандиты.

Я все так же была в ночной сорочке, а чуть поодаль я заприметила свою сумку со скудным скарбом. Нужно было добраться до нее, посмотреть, чем можно было бы обороняться в случае чего — никогда раньше я не чувствовала себя такой уязвимой и беспомощной. Но как только я доползла на четвереньках до поклажи, я запоздало вспомнила, что Мизеркордии мне там не найти — скорее всего, кинжал так и остался валяться на лестнице…

— Hvisdu tror, at jegikke kanse dig, tager dufejl, — раздался грубый голос за моей спиной, и я вздрогнула.

Мужчина смотрел прямо на меня без тени сонливости. Он подался вперед, и я могла рассмотреть его чуть лучше. Кожа была неестественного бронзового, почти оранжевого оттенка, черные волосы затянуты в тугой пучок на затылке. Маленькие черные глаза следили за каждым моим движением. Видимо, он с самого начала не спал, лишь наблюдая за мной с поразительной невозмутимостью. Вот только лицо его было все так же скрыто красным платком. Мне казалось, что я такой уже где-то видела, вот только где?

— Hvadudklækkededu, blegansigt?

— Я не знаю, кто вы, но если вы причините вред мне или Аде, то поплатитесь, — злобно зыркнула я на него. — Если ты, конечно, понял, что я тебе сказала.

Раздался странный лающий рык — незнакомец толи усмехнулся, толи рассмеялся, в глазах его заблестели танцующие отблески лучины.

— Если бы хотел, вы бы просто не проснулись, — произнес он с жутчайшим акцентом.

Я было так и замерла с открытым ртом, как дверь распахнулась.

- Åh, lille fugl vågnede? — произнес чарующий голос. — Det havde jeg ikke forventet lige nu.

В комнату прошла, нет, вплыла незнакомка. Высокая атлетично сложенная женщина с чуть вытянутой фигурой казалась миражем со своими стекающими жидким серебром волосами до пояса, которые невесомой дымкой плавно следовали за ней. Она сделала вперед пару шагов, и в свете лучины я увидела, что на женщине не было абсолютно ничего, если не считать покрывающие пепельно-серую кожу витиеватые переливающиеся татуировки.

Заметив мое смущение, ее острое лицо тронула озорная улыбка.

- Åh undskyld! Jeg glemmer altid, at mit udseende forvirrer folk, — сказала она виновато.

Она сделал замысловатые пассы руками, на кончиках пальцев засияли белые искры, и на ней из воздуха материализовались сначала странные замысловатые украшения, словно бы сотканные из лунного света, прикрывая оголенное тело, а следом и шлейф полупрозрачной сверкающей ткани превратился в нечто наподобие пеньюара.

— Так лучше? — удостоверилась она, посмотрев прямо на меня своими глазами с большими ярко-красными радужками. Ее голос, улыбка, красное мерцание в глазах…

— Вы же… Это же с вами я столкнулась тогда, в магазине старьевщика? — спросила я неуверенная в своих догадках.

Она, просияв, кивнула.

— Да, маленькая колдунья. И я почти этим выдала себя, но не смогла пересилить свое любопытство.

Она протянула было руку к моему лбу, но я с инстинктивной резкостью дернулась от нее.

— Все в порядке, — сказала она спокойно. — Просто хотела проверить, как ты себя чувствуешь.

— Я бы предпочла, чтобы посторонние меня не трогали, — буркнула я. В красных глазах промелькнуло понимание, и она