Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

— Хватит, мистер Поттер! — взвизгнула Амбридж. — Вы наказаны!

— За что? — Гарри резко повернулся к Амбридж. — Вы же сами предложили обсудить эту статью. Вот я и высказываю свое мнение!

— Все, что вы говорите, возмутительно!

— Возмутительно то, что пишут в этой газете! — резко возразил Гарри.

— Профессор Амбридж, — руку поднял Дин Томас. — Но даже если Гарри не прав, почему он не может выразить свою точку зрения? Тем более, если он — свидетель?

— Вы тоже наказаны, мистер Томас! Кто ещё хочет высказаться? — Амбридж обвела класс выжидающим злым взглядом.

Все опустили глаза. Быть наказанным почему-то никто не хотел, к тому же про методы наказания директрисы уже начали ходить самые невероятные слухи.

— Хорошее обсуждение получилось, — Гарри усмехнулся и сел на место. — Давайте все дружно споем «Да здравствует Волдеморт — самый великий маг во всем мире!» Ну как, профессор Амбридж, мы уже заработали 20 баллов или нужно ещё хором проскандировать хвалебные речевки про Люциуса Малфоя?

— Вы немедленно отправляетесь на порку к мистеру Филчу! — от гнева Амбридж едва смогла выговорить эти слова.

— В уставе школы, — Гарри вынул из сумки сверток пергамента, — сказано, что ученик не должен отбывать наказания за счет уроков. Так что после ужина я к его услугам. А пока продолжим обсуждение или будем дальше читать? Тут вот ещё есть статья о том, как мистер Малфой посетил клинику святого Мунго и обещал вдвое увеличить жалование целителей. Очень верное решение, учитывая, что в связи с возвращением наимудрейшего мага всех времен и народов пациентов в этой клинике увеличится вдвое, если не втрое!

Несколько учениц испуганно вскрикнули. Амбридж покрылась пятнами.

— Руки, мистер Поттер! — тяжело дыша, пропыхтела директриса.

— Что, уже арестован? — ехидно осведомился Гарри.

— Я буду вас наказывать! — Амбридж выхватила указку и со всей силой ударила по руке Гарри. Тот зашипел от боли и зажмурился. Класс тихо ахнул.

— Ты будешь все время наказан, Поттер! — заорала Амбридж и рухнула в кресло, отдуваясь и обмахиваясь.

— Да не волнуйтесь вы так, — ответил Гарри, потирая ушибленную руку. — Я и так все время наказан, а вот вы как умрете от сердечного приступа, так останется школа без директора. Мистер Малфой очень расстроится.

— Неделю будешь питаться за столом Гаффелпаффа! — процедила Амбридж, наколдовывая себе стакан воды.

Глава 48. Наказания у Снейпа

Орден Феникса продолжал передавать газеты через близнецов, Люси распространяла их так активно, что Гарри даже пошутил, что завидует ей.

— Я давно подозреваю, что Люси — незарегистрированный анимаг-хомячок, маленький и толстенький. А как ещё объяснить, что она везде пролазит? — говорил он Гермионе. — Вот только все равно я переживаю, что она доложит Амбридж про эти газеты.

— Если бы Амбридж ей платила за доносы, то не сомневайся, Гарри, уже давно бы наша директриса знала про тайный бизнес Люси. Но в том-то и дело, что Амбридж ее может поблагодарить только баллами Слизерину. А зачем Люси баллы, когда уже скоро третьи часы нужно будет ставить? К тому же Малфой частенько берет у Люси кое-что в долг, а вот деньги не спешит возвращать, потому что он — сын Министра Магии и ему можно все. Но Люси это не устраивает, ей нужны деньги, и совершенно неважно, на чем она их зарабатывает, поэтому пока что мы довольны друг другом. Я придумала в «Песню Феникса» вкладывать наш «ДАрмейский листок», поэтому тебе больше не нужно ночи напролет разносить наши листовки.

Гарри очень обрадовался этому. Теперь почти каждый номер «Волшебного голоса правды» и «Ежедневного Пророка» содержал хвалебные статьи про Волдеморта. Гермиона считала своим долгом опротестовывать каждую. Гарри помогал Гермионе со статьями и должен был ещё делать заготовки для будущих зелий в подземелье Снейпа и учить свои уроки. Почти все выходные Гарри высыпался и сидел над грудой пергаментов: учил кучу домашних заданий, которые накопились за всю неделю. Накануне Дня Влюбленных в Общем зале появилось объявление, в котором сообщалось, что в Хогсмид на праздник разрешено идти только слизеринцам и тем, кто не нарушал школьные порядки. В прилагавшихся списках Гарри даже не стал себя искать. Весь вечер он и Гермиона провели у Тонкс, которая пригласила их на день рождения Барсучка.

— Сейчас нас в Хогвартсе кормят, как в старые добрые времена у Дурслей, — сказал Гарри, жуя третий кусок торта.

— А учителей не собираются переводить на раздельное питание? — спросила Гермиона, усаживая на руках Сириуса.

— Не хотела вас расстраивать, но, похоже, Жаба меня внесла в список, кого следует сжить со свету, — ответила Тонкс. — И хотя все учителя едят за одним столом, я чувствую, что меня скоро выгонят.

— Но почему? — возмутился Гарри.

— Она снова начала проверять мои конспекты уроков и придираться к каждому слову. И у меня такое ощущение, что только и ждет, как бы подкараулить меня на какой-нибудь ошибке и выгнать.

— Тонкс, пожалуйста, держись, — умоляюще воскликнула Гермиона. — Если ты уйдешь, мы пропали!

— Конечно, я буду держаться, но если что — не отчаивайтесь. Есть ещё Минерва. Правда, у Жабы на неё не меньший зуб, чем на меня, но всегда в запасе остается Снейп, а он тоже наш человек, и если что, поможет, — попыталась успокоить их Тонкс.

— Снейп, конечно, поможет, но только помощь у него какая-то… злая. Вот, например, последние несколько вечеров я отбывал у него наказания — потрошил лягушек, перемыл все пробирки, колбы и полы. Это, конечно, лучше, чем порка у Филча, но после таких взысканий я прихожу в свою комнату и валюсь от усталости. А вчера меня на всякий случай наказала профессор Макгонагал, и я сидел у неё в кабинете и писал реферат, который ей задолжал.

— Хочешь, я тебя накажу? — улыбнулась Тонкс.

— О нет, Тонкс, не надо, твоему наказанию Жаба точно не поверит, — возразила Гермиона.

— Вообще-то да, — согласилась Нимфадора. — А я бы с тобой, Гарри, с удовольствием волшебными дуэлями позанималась. Тот школьный кружок Жаба запретила мне вести, сказала, что я не соблюдаю правил безопасности и ещё много чего наговорила, грымза болотная. В итоге и ты, и я теряем драгоценные навыки.

— Ладно, не будем о грустном, сегодня ведь день рождения у Барсучка, — предложил Гарри.

— Попробуем отвлечься, — согласилась Нимфадора. — Так, Барсук, иди к маме и мы доложим о наших успехах за этот год.

Тонкс взяла на руки сына.

— Значит так, за первый год жизни мы научились ходить, — торжественно сообщила она и поставила Сириуса на пол.