Иван Мак - Ина Вири Калли

− Я не понимаю. Вы просто верите тому что я сказал?

− Я слышу, если человек говорит неправду.

− Этого не может слышать ни один человек.

− Похоже, вы не совсем в курсе кто я. − Сказала Ина. − Я ратион, а не человек. Вам это не сказали? У меня такое чувство, что вас кто-то подставил.

− Вы действительно инопланетянка?

Ина поднялась и переменилась, превращаясь в ратиона.

− Святая Ина Вири Калли. − Проговорил тот, вставая.

− Теперь вы понимаете, что я не хочу ничего дурного людям? − Спросила Ина.

− Вы действительно та самая?

− Да. И это прекрасно известно в Правительстве. Если кому-то не известно, то только от излишней секретности.

Ина снова стала женщиной и сев в кресло предложила Треви сесть.

− Я должен переговорить со своим другом. − Сказал Треви.

Ина вытащила свои карточку и передала ее Саймону.

− Если что, вы можете звонить в любое время. Сегодня я буду свободна через четыре часа. Захотите поговорить еще, приходите или звоните.

Треви ушел взяв карточку. Его проводили до выхода, а Ина занялась новыми посетителями.

«Кори.» − Позвала она.

Кори объявилась рядом через мгновение.

− Ты занята сейчас? Можешь меня здесь заменить?

− Да. А что?

− Мне надо поглядеть за одним человеком. Похоже, не все так спокойно как кажется.

− Что надо делать?

− Райна скажет тебе все. Придут люди по каким-то своим вопросам.

− Хорошо. Ты на долго?

− Не знаю. Возможно. Я буду тебе сообщать если что. Пока.

Ина умчалась, а Кори переменилась, становясь своей матерью по виду и сев в кресло вызвала секретаря…

Ина легко догнала Треви. Он садился в машину, в которой был еще один человек.

− Что узнал? − Спросил его приятель.

− Ты знал, Най, что она инопланетянка? − Спросил Саймон.

− Знал. А ты нет?

− Господи, я там как дурак был перед ней, когда она поняла, что я этого не знаю.

− Ну ты даешь. Как же ты смотрел данные о ней? Об этом все знают. Ты знаешь Святую Ину Вири Калли? Так вот это она и есть.

− Но она же помогала людям.

− Делала вид, что помогала. Она помогала, что бы потом привезти сюда своих монстров-людоедов. Она сама такая же.

− И что мне делать? Я раскрылся ей, как ты сказал, когда она начала подозревать не то.

− И что потом?

− Она предложила мне согласиться. Я сказал, что должен поговорить с другом и ушел.

Най взял Саймона за руку, задрал рукав и показал его рану, которая была сделана несколько дней назад. Он показал такую же на своей руке.

− Это метка, Саймон. Если ее у меня не окажется, значит, я не я. То же самое я пойму о тебе, если ее не окажется у тебя.

− Ты думаешь они…

− Они похищают людей и возвращают вместо них своих родственников. Думаешь, ее муж человек?

− А кто? Он же потомок Императорского рода.

− Был таким, пока она его не убила и не поставила вместо него своего родственника. Они меняют свой вид как хотят и могут стать кем захотят. Они уже подменили Министра по делам космоса и инопланетян. Сделали так, что ее не отличишь в разговоре, но она другая. У настоящей были золотые зубы, а у этой нет. Она еще как дура у зубного врача удивлялась почему у нее зубы здоровые, а потом решила, что это сделала Ина Ранкхоф и встала на ее сторону. Красиво сделано?

− Я не понимаю как это возможно.

− Слушай меня как следует, Саймон. Мы сейчас поедем и обсудим все. Ты сказал ей когда придешь?

Машина тронулась с места.

− Она сказала, что будет свободна через четыре часа.

− Прекрасно. Пойдем в бар и там поговорим.

Най и Саймон долго просидели в баре, обсуждая инопланетян.

− Мы должны узнать все. Куда они дели наших людей. Что они с ними делают. Мы должны узнать их технологию. Как они все это проделывают. Понимаешь?

− Да. Но она же подменит меня.

− Ты агент СБ. Она это знает. Значит, она побоится тебя подменять. Поэтому мы и вставили в план твое раскрытие. Для этого ты должен был это сделать в первую встречу с ней.

− Она слышит всю правду.

− Поэтому вся игра в открытую. Не приняв тебя, она дает полное основание для нашего вмешательства туда. Она тебя приняла?

− Она сказала, что не приняла бы, если бы я не сказал, что я агент.

− Это потому что она слышала твои мысли. Ей придется отвечать на все твои вопросы. Она будет знать кто ты. Твои занятия в университете проводились для того что бы ты знал о чем будет идти речь. Она сказала, что вся технология иорингов была передана нам?

− Она сказала, что было передано многое. Но не сказала, что все.

− Это тоже игра. Игра в открытую. Ей нельзя врать тебе. Понимаешь?

− Господи. Работать с таким зверем?

− Ты шел работать в СБ не для того что бы бояться зверей.

− А почему я, а не кто-то поумнее? Я только окончил школу СБ и тут приказ идти в университет и учить столько, сколько не под силу нормальному студенту.

− Ты был лучшим в СБ. У тебя в школе были прекрасные способности к наукам. Ты прошел все тесты. Ты был избран, Саймон. Ты один из лучших. А то что не послали закоренелого СБ-шника, так в том все и дело, что он уже не сможет учить физику и все подобное. Тебя не зря отрывали от учебы в университете и натаскивали в работе СБ. Ты − наш.

− Кроме меня больше никого не было?

− Нет. Было решено подготовить одного человека. Да и не было стольких, что бы выбрать нескольких.

− Привет, шпана. − Послышался голос какого-то человека.

− Отвали. − Сказал Най, показывая свое удостоверение СБ. Человек поднял руки и отвалил.

− В общем, ты наша надежда. − Сказал Най.

− Я больше похож на каммикадзе. − Сказал Саймон.

− Ты должен выдержать. Ты знаешь цель, Саймон. Задаешь им в лоб все наши вопросы. Никаких тайн. Если ты что-то не знаешь, значит, так положено.

− Да. Фактически, я должен лезть во все до тех пор, пока они меня не одернут?

− Да. Во все, что посчитаешь интересным с точки зрения науки. Ты будешь записывать все и передавать мне. О месте встречи мы уже договаривались.

− Ты уверен, что они ничего не сделают со мной?

− Если они сделают, Саймон. Это будет означать их конец на Земле. Понимаешь? И они это понимают. Они будут играть до конца. Ставить тебе препятствия. Самые мелкие, какие покажутся случайными. Ты подходишь к месту, куда нельзя входить и спотыкаешься обо что-то. Тебя ведут к врачу, а не туда.

− Но потом мне туда придется войти.

− Потом там ничего не останется.