Алексей Фирсов - Джокер и королева

   Не получилось....

   В доме их встретила заботливая как наседка Линн и накрытый стол. Опять слезы и поцелуи в щечку...

   Выпили вина, пообедали. Карея отравилась на жительство в мансарду к Линн, ко всеобщему удовольствию.

   Едва подруги остались одни, как Амели "завелась с полуоборота".

   -Где ты нашла эту кривляку?!

   -Рассказать-не поверишь.

   -А ты попробуй!

   -Хорошо. Она была моей служанкой в королевстве пик и последовала за мной через портал. Лукреция солгала мне о ее смерти. Я случайно ее встретила вчера за стенами города.

   Познакомились мы с нею на берегу моря в королевстве пик....Она была как брошенный щенок. Даже хуже....Ее изнасиловали и закопали в песке по горло перед приливом. Я спасла ее, вот этими руками выкопала из песка и теперь она как собачонка за мной следует. Не сочиняй того чего не было. Я вижу, ты себе уже навоображала многое! Мы с нею только друзья. Клянусь чем угодно!

   -Правда?

   -Ложь, даже малая, пачкает отношения. Я сказала правду.

   Опять объятия, слезы и прочее...

   Мишель, не успев оглянуться, оказалась в постели. Ее нежно и заботливо раздели донага быстрые и крепкие ручки Амели, а потом....

   Потом все было замечательно, так что хотелось кричать от восторга...

   ...Проснувшись ближе к вечеру,Мишель осторожно выбралась из постели чтобы не разбудить Амели,накинула длинную рубашку.В гостиной на кресле лежала сумка Амели.

   Любопытство и кошку сгубило...

   Мишель немедленно расстегнула застежку и забравшись в кожаное нутро, вытащила четырехгранную плоскую бутылку с зеленоватой жидкостью."DOKTOR ABSENT"-значилось на потертой этикетке.

   Следующий день превратился в сплошную пытку.

   Мишель заставили перемерить два десятка платьев. Амеи и Линн, вертели ее как манекет, то хмыкали, то фыркали, подбирали по фигуре и цвету. Карея была зрителем и то не долго.

   Еще одно, еще...

   Мишель, закатив глаза, с видом мученицы за веру, стояла посредине комнаты, отдавшись в руки новоявленных стилистов.

   В прошлой жизни кошмаром его детства были походы с мамочкой в магазин, обычно перед первым сентября. Ходить хвостиком за мамой и терпеливо ждать......ждать,...когда же этот кошмар закончиться!!!

   -Вот это вроде неплохо сидит...

   Амели и Линн отошли на несколько шагов, критично разглядывая Мишель.

   -Я в нем мерзну!--заныла Мишель, обнимая себя за плечи. Сквозняк из окна погнал по шее стадо мурашек.

   -Таков фасон. Плечи, грудь, спина-все открыто.

   -На балу будет жарко?

   -Когда танцуешь-всегда жарко! - хихикнула Амели.

   -Давайте уж, заканчивайте! - простонала Мишель.

   -Мы только начали! - завопили в один голос "стилисты".

   -Это платье годится для дешевых шлюх-соблазнять мужиков с толстыми кошельками! Чего ради мне трясти голой грудью перед толпой женщин?!

   -И вовсе она не голая! Этот бирюзовый шифон...

   -Амели....

   -Потерпи, милая. Так надо. Я хочу, чтобы ты была самой красивой на балу.

   "А я не хочу!"

   Перерыв был сделан только на обед и то быстрый.

   Солнце клонилось к закату, когда, наконец, впавшую в оцепенение Мишель привели в чувство радостные взвизги "стилистов".

   -Замечательно!

   -Высший класс!

   -Я рада... - флегматично обронила Мишель. - Снимаю?

   -Нет, что ты! Еще туфли надо подобрать!

   Когда Мишель, наконец-то разделась и, отказавшись от ужина, рухнула в постель, ноги ныли от многочасового топтания по комнате, как после похода.

   "Не хочу быть женщиной....Какая мука!"

   Явилась бодрая Амели, забралась под одеяло с ледяными ногами и руками прижалась тесно.

   -Мне будут все завидовать, какая у меня подруга...

   "Кто о чем..."

   -Ты холодная как лягушка! У меня от тебя мурашки по килограмму!

   Амели захихикала.

   -Таких не бывает.

   -Много чего бывает...Кто дал тебе бутылку абсента?

   Амели немедленно, но тихо ответила:

   -Кифа. Она знает для чего это вино, и она нам поможет.

   -Начальник полиции участвует в заговоре. Для чего?

   -Она сказала, что Лукреция подгребла всю власть под себя, а сестры должны править Торино совместно. Нам не надо вождей, мы все равны.

   -Нет, самой Кифе, что надо от нас? Какой ее интерес?

   -Ничего. Мы делаем свое дело, а она нам поможет разоблачить колдунью.

   -А потом что?

   -Потом будет более справедливая власть для всех.

   -Включая тех, из Нижнего города?

   -Мужики сами по себе и нам до них нет дела!

   -Что будет с нами, когда Хейя возвратит мне мужское тело? Ты...останешься со мной? Или бросишь ко всем чертям?

   Амели замерла. Потом легонько поцеловала Мишель в шею.

   -Какие глупости ты говоришь. Я всегда буду с тобой...

   ..... Было жарко и душно. Не хватало воздуха.

   "Она опять накинула сверху пуховую перину. Она заботлива, следует отдать ей должное!"

   Она попыталась отшвырнуть одеяло. Рука встретила пустоту. Кругом тьма.

   Она не смогла вспомнить своего имени и ужаснулась. Руки, блуждая по телу, нашли груди. Спустились ниже. Живот, лобок-изрядно заросший, нижние губы...

   "Я женщина. Почему я голая?"

   Глаза начали привыкать к темноте, и даже что-то стало просматриваться. Наверху в высоте багровые отсветы тлели, словно угли потухающего костра.

   Женщина лежала на чем-то мягком и пахучем. На куче старого перегнившего навоза? От этой мысли она передернулась и поднялась на ноги. Под босыми ногами труха или опилки, что-то мягкое и теплое...

   Но в этом помещении жарко, душно и почти нечем дышать. Захотелось пить. Губы пересохли, и язык с трудом ворочался в сохнущем рте.

   Голод тоже был. Но пить хотелось больше.

   "Где я?"

   И она повторила вслух:

   -Где я?

   Собственный голос ей не понравился. Хриплое скрипение какое-то!

   Глаза уже кое-что различали. Рядом стена. Кучки на полу, толи земли, толи навоза, причем очень большие. Что за зверь здесь живет?

   Женщине стало страшно. Она протянула руку и коснулась стены-камень и теплый камень, как будто за стеной топят печь и не жалеют дров.

   -Эгей! Кто меня слышит?!

   Эхо метнулось по помещению и вернулось к ней.

   -Ышит-ышит!

   "О, боги, я в пещере!"

   Надо выбираться отсюда!

   Она пошла вдоль стены, касаясь ее рукой. Шла она долго, не меньше часа. Стена не кончалась, но стало светлее. Она подняла голову и сощурилась. Там высоко, примерно в десяти человеческих ростов под потолком пещеры алело полукруглое отверстие-вход или окно.