Илья Гутман - Возвращение Утренней Звезды

— Интересная система, — кивнул головой Ларратос.

Два корабля остановились в речном порту Ривергарда. Когда Ларратос вышел, он увидел, что Элиддин и представители совета телисского ордена уже высадились из "Белого Орла". В отряд включили и Мириду с Руханнуром. К трём старшим паладинам подошёл долговязый мужчина и произнёс:

— Делегация от ордена Стали и Пламени, как я полагаю?

— Так точно, — ответил Маркус Антоний.

— У меня для вас послание от Арктура Марцелла — паладина, осевшего в Ривергарде.

— Арткура?! Арктура Марцелла?! — возбуждённо выкрикнул Элиддин, — мой старый друг, учившийся в масхонской академии! Что он велел передать?

— Лишь то, что он ждёт вас на площади Лутара.

— Хорошо, мы немедленно отправляемся на площадь Лутара, — кивнул Элиддин. — Как туда пройти?

— Идите по улице Гартмана десять минут на восток, пока не увидите церковь Камриэля-искупителя. Поверните на север, и через пять минут дойдёте до площади Лутара.

— Спасибо. Мы пошли, — поблагодарил Элиддин, и отряд двинулся на север.

— Эли, фамилия Лутар мне знакома, — чуть задумался Ларратос, — вспомнил! — выкрикнул он, — Орсун Лутар! Тайный муж Зарины!

Вышеупомянутая дама слегка покраснела.

— Лутары — старый аристократический род Ариады, — сказал Маркус Антоний, — до революции был примерно так же влиятелен, как род Меггидо в Гиперборее. После революции Лутары превратились в купеческую династию. Один из них отдал свою дочь замуж за молодого мелкого аристократа из Лесного Края, который тоже был купцом.

— Откуда? — спросила Эрана. — Что это за Лесной Край?

— Да уж, не знаешь ты родную историю, — улыбнулся Ларри, — Лесным Краем называют юг Гиперборея и север Масхона. Туда входит и наш родной город Новгард. И Тайверия. Похоже, тайный муж Зарины — потомок аристократического рода Лутаров.

Зарина ещё более покраснела. Ещё пять минут отряд шёл молча, затем Бейл и Эллинор поотстали от остальной группы.

— Ну, архимагистр, и что ты думаешь по поводу этого Ларратоса? — поинтересовался старый паладин.

— Он — парень что надо! — улыбнулся Эллинор. — Уже сейчас он мог бы потягаться с любым из нас, так что, найдя ещё несколько кристаллов, вполне сможет померяться силами и с самим Хаммоном.

— А тебе не приходило в голову, что он может ПРИМКНУТЬ к Тёмному Лорду?

Эллинор поперхнулся.

— Ну у тебя и мысли, Бейл. Какая нелепая идея! Он полон решимости расправиться с Хаосом, его аура идеально светлая, а наставник — весьма опытен…

— Канис Эсквилл был таким же, Эллинор, — мрачно произнёс Бейл. — Не кажется ли тебе странным, что наиболее сильные паладины, решительнее всего сражавшиеся с адскими тварями, почти всегда становились шеддитами?

— Так что ж, по-твоему, нам следует обучать только слабаков? — удивлённо произнёс архимагистр. — Такое ощущение, будто ты рассматриваешь каждого паладина не как рыцаря Нуриэля, а как потенциального шеддита!

Пока происходил весь этот разговор, Ларри, даже не подозревавший о том, что отставшие паладины обсуждают его скромную персону, решил кое о чём спросить своего наставника:

— Элиддин, а раз наши отношения стали более дружескими — скажем так, фамильярными, не могли бы вы рассказать мне, почему же вас разжаловали из полковников?

— Понимаешь ли, Ларри… Ладно, расскажу. Мне дали спецзадание — такого типа, как дали нам двоим потом — охрана и доставка важного и опасного артефакта. Ну, это был…

— Не бойтесь, Элиддин. Мы же друзья.

— Хорошо. Это был дезинтегратор. Новейшее магическое оружие, полностью уничтожающее на материальном уровне любое существо. Попросту говоря, отправляющее в небытие. Страшно представить себе, что было бы, окажись это оружие у любой армии мира.

— И вы решили уничтожить его, ибо никакое абсолютное оружие нельзя использовать во благо, не так ли?

— У меня возникла такая мысль. Но потом я решил, что, если начнётся война с Масхоном, то, благодаря использованию дезинтегратора, можно будет сохранить мир. Принцип меньшего зла, как говорит твоя знакомая Зарина.

— И что же случилось с дезинтегратором?

— Я должен был доставить его в город Диамант, однако… Ты не поверишь, но я ПОТЕРЯЛ его. Я подумал, что его могли украсть. Вспомнив, у кого я бывал в тот день, составил список подозреваемых. Их было всего четверо: одна благочестивая пожилая дама, начальник полиции Стейнгарда, Трейк Найгам и ректор магической академии Морис Ательмер. Я доверял всем четверым — и не смог никого обвинить. Возникла идея, что дезинтегратор потерялся, или же его украл кто-то неизвестный.

Чары поиска почему-то не смогли найти это оружие — скорее всего, неизвестный вор прикрыл украденное какой-то магией. Когда в полиции узнали, что артефакт пропал, разразился страшный скандал. Я понял, что подвергаю опасности весь город, а то и всю страну — и согласился уйти из полиции, дабы, если преступник с дезинтегратором появится, начать с ним собственную борьбу.

— А разве паладин может противостоять такому мощному оружию? — удивился Ларри.

— Конечно! Оно стреляет магическими снарядами, которые уничтожают любую живую материю, но никак не горящий меч из Небесной Стали. Поверь мне, в битве с любым магическим снарядом он одержит победу. Но меня не изгнали из полиции. Скандал замяли, и меня просто разжаловали из полковников в майоры.

— И что же случилось дальше?

— А ничего, — Элиддин пожал плечами. — Абсолютно ничего. Никто ни на кого не нападал, люди бесследно не пропадали — чаще, чем обычно. И я решил, что либо вор — коллекционер артефактов, либо же он как-то вывез его из страны. А может, оружие украл или нашёл какой-то простой обыватель, а потом положил в сундук — или выбросил, и оно пылится глубоко под землёй или в чердаке. Дальше всё было вполне нормально. В последние годы у меня возникла идея, что артефакт украл Ательмер, но доказательств этому я не нашёл.

Отряд подошёл к площади Лутара, где их уже ждал пожилой человек в оранжевой паладинской мантии:

— Эли, дружище! Как я рад тебя видеть! — он подбежал к Элиддину, обнял его и похлопал по плечу.

— Я тоже рад, дружище Арктур, — радостно ответил Элиддин.

— Небось, тяжело было жить в суровой северной стране, отрезанной от твоей Шемшии Стальным Занавесом Масхона?

— Поначалу было тяжело, Арктур. Но я привык. А ты всё время счастливо жил в родном солнечном Ривергарда?

— Да, в Ривергарде. Но нельзя сказать, что счастливо. Я скучал по тебе, по погибшим ученикам масхонской академии, но больше всего я скучал по Канису Эсквиллу, который не погиб, а гораздо хуже — был поглощён Хаосом.