Анджей Ваевский - Пожиратель

"И что ты сделаешь?"

— Оставлю подыхать с голоду.

"Я убью тебя".

— Угу, убьешь. Вот только дальше что? Кого потом убьешь?

"Я не думал об этом, хм… а кого?"

— А никого. Уйду в леса и там подохну. И никто тебя не найдет и не накормит.

"Постой. Чего ты хочешь?"

— Половину. Ты будешь брать только половину. И не убивать.

"У меня есть выбор?"

— Нет.

Курсистка Дженна прибыла в Брагсбургскую академию с опозданием. Левая рука все еще покоилась в повязке, перелом не торопился заживать.

— Господи, я скоро забуду, как я выгляжу, — Мирка стояла перед зеркалом и тщательно подкрашивала хной корни волос. Настойка чистотела темнила кожу, словно опаляла солнцем. Даже водой не смоешь этот цвет, разве что со временем сходит, надо подновлять. Последний штрих: капля сока саморника в глаза. И теперь они синие. Одной процедуры хватает на три дня. Казаться моложе, чем есть на самом деле — это и вовсе пустяк для мошенницы, привыкшей менять возраст в зависимости от ситуации. Пришлось даже немного вникнуть в изучаемые предметы. Мирка и не подозревала, что ее ремесло может помочь в университете. За три года никто даже не заподозрил, что она вовсе не та девочка-курсистка, за которую выдает себя.

Постоянно находясь среди девушек, Мирка не испытывала особых затруднений с поиском "еды" для Пожирателя. Зато, потянув за ниточку, узнала, что зовется этот камень — Картисен. Университетская жизнь открывала перспективы узнать побольше о смертоносном булыжнике. К тому же, маскировка позволяла не опасаться преследования. Раз уж гильдия ее предала, то следовало порвать все связи с тем миром, в котором жила раньше. Кто же будет искать мошенницу среди приверженцев науки?

Узнав, что материалы по Картисену находятся в библиотеке Заримакской академии, Мирка всеми правдами и неправдами добилась перевода и "покровительственного письма" от ректора Брагсбургской академии.

— Знаешь, а ты мошенник, — по окончанию учебы Мирка заскочила к Мажеславу за рекомендацией. Заодно и по кружечке вина опрокинуть перед дальней дорогой.

— Ты тоже, — улыбнулся архивариус. Очки лежали на столе.

— Возможно, — вернула улыбку бывшая курсистка.

— Тебе так необходимо его уничтожить?

— Не знаю. Я хочу, чтобы он перестал делать то, что делает.

— А что он делает?

— Убивает.

Глава восьмая

Во время всеобщей истерии, будь то ожидание астроида или момент его падения, когда мир вывернуло наизнанку, испанка оставалась спокойной, уравновешенной, словно происходящее не касалось ее. Она твердо и уверенно делала работу, которую сама себе обозначила. Экспрессивность и излишний темперамент Мирэлле распространялись лишь на то, чтобы приструнить паникующих. Ольге казалось, что эта девушка вообще не знает, что такое паника. И когда жителей бункера трясло от происходящего, от страха, когда вспоминались забытые дома мелочи или люди, которых хотелось бы спасти, чернявая бестия разминала пальцы и бесконечно барабанила ими по клавиатуре своего лэптопа.

— Ты так спокойна, — Ольга присела на край стола, заглядывая в работу подруги.

— Я сделала все, что от меня требовалось, так чего нервы жечь? — Мирэлле сосредоточенно вглядывалась в текст.

— Что опять задумала? — не отставала россиянка. Она была не очень общительной, вернее, сторонилась людей, но с подругой привыкла к открытости и иногда превращалась в обычную любопытную болтушку.

— Учебники перевожу на эсперанто, — испанка потянулась, распрямляя затекшую спину.

— Не поняла, вот правда, не поняла. Из всех твоих затей эта кажется наиболее бессмысленной.

— Ага, мы все не видим смысла в грядущих поколениях, вот только интересно, выжившие собираются писать для своих детей новые учебники? И на каком языке теперь будут обучаться?

— Дальновидна, как всегда, да? Держу пари, ты умудрилась притащить в ноутбуке всю образовательную школьную программу.

— Ошибаешься, я потянула до университетского уровня по всем общеобразовательным предметам, особое ударение на точные и естественные науки.

— Меня всегда поражало то, что ты не осознаешь собственной гениальности.

— А ты свою осознаешь?

— Кстати, а почему эсперанто? Его пока что мало кто знает, — ушла от ответа Ольга.

— Потому что он компромиссный, никто не станет возмущаться предпочтением в выборе. Тебе ведь самой надоело слушать ломанный английский, а со многими и на нем не удается объясниться. Не все же знают пять основных европейских языков, как мы с тобой.

— Новому поколению — новый язык?

— Что-то вроде того. Эх, принеси чаю, если не лениво.

Находясь на корабле, Мирэлле обнаружила, что по ее меркам остается много свободного времени. И каждый свободный час испанка проводила в конструкторском бюро, переругиваясь с Саймоном насчет целесообразности новых изобретений. Он настаивал на улучшении гидропонных ферм, она же склонялась к важности разработки нового типа челноков, поскольку те, что построены на Земле, под земные условия и адаптированы.

— Мирэлле, но мы ведь и будем искать планету, похожую на нашу, иначе в этом нет смысла. Сконцентрируйся на модернизации гидропоники, мы с нее кормимся.

— Ник, оно ведь ясно, что ищем мы мир, похожий на наш, иначе не выжить, но наши ресурсы не бесконечны, и кто сказал, что не придется пополнять их за счет ископаемых с планет, которые разительно отличаются от нашей? Нам нужны более надежные челноки.

— А если меньше спорить, то потратите меньше времени на разработку и того, и другого, — примирительно вклинилась Ольга, заглянув в КБ.

— Оль, построение подобных агрегатов в условиях корабля — нонсенс. У нас нет таких площадей, чтобы развернуть машиностроение, мы можем только улучшать то, что уже есть, и всего лишь программно. Ну, разве еще мелкие детали нам по силам.

— Мир, а Коля прав. Похоже, ты в кои веки просчиталась со своими планами.

— Чушь, я никогда не ошибаюсь! — испанка приняла обиженную позу. — Новые челноки возможно минимизировать, рассчитав машину на одного пилота. Также кабину можно преобразовать под временную крио-камеру на случай длительного пребывания в полете.

— Оль, ты говорила, у меня безумные идеи?

— Хих, идеи у нее, а вот тебе придется это воплощать. Она ведь не изобретатель у нас, она — идеолог.

— Лааадно, почти уговорили. Допустим, сделать малый прочный корпус я смогу, с генератором тоже нет проблем, но… как вы себе представляете устройство двигателя такого аппарата и систему управления? — Николас самодовольно улыбался, загнав обеих девушек в тупик.