Лайза Макманн - Пробуждение

— Ты сделала это, — с улыбкой шепчет ей Кейбел, собирает их вещи и следом за ней выходит из автобуса.

Вместе они направляются к машине Керри.

— Эй, Кейбел, — говорит Керри. — Давай я хоть тебя подвезу. Но если хочешь прихватить Шей, она сейчас подойдет.

Керри смеется, глаза у нее блестят. Кейбел таращится на нее и молча забирается на заднее сиденье.

— Валим отсюда. Затрахала меня эта команда поддержки.

Керри смеется. Она выезжает с парковки и уже на дороге поворачивается к Кейбелу.

— Ну и где ты живешь?

— На Вейверли. Два квартала к востоку от твоего дома. Но если ты не против, подвези меня до дома Джейни, я оттуда пешком дойду. У Джейни какое-то суеверие насчет моей улицы.

— Да ты что? — удивляется Керри.

Джейни смеется.

— Ничего! Ты бы заткнулся, Кейбел.

Керри сворачивает на подъездную дорожку. Снаружи прохладно. Свежо. На дорожке к дому Ханнаган в свете полной луны оранжевым блеском отливает Этель. Керри берет свои вещи и зевает.

— Ну, мне пора. До встречи, ребята.

Она бредет к дому, заходит внутрь и, перед тем как закрыть дверь, машет им рукой.

Джейни берет сумку и, помахав Керри, смотрит на Кейбела. На лужайке перед домом Джейни им обоим как-то неловко. Джейни подходит к двери.

— Может, заглянешь на минутку? — спрашивает она, стараясь, чтобы голос не выдал волнения.

— Почему нет? — отзывается Кейбел с заметным облегчением. — Я думаю, нам есть о чем поговорить. А твои предки дома?

— Мама дома, но, скорее всего, она у себя в комнате. А больше никого нет, мы вдвоем живем.

— Классно, — говорит Кейбел и смотрит на нее понимающе.

Они заходят. Никаких признаков матери Джейни не наблюдается, за исключением полной раковины грязной посуды да пустой водочной бутылки на кухонном столе.

— Извини за бардак, — говорит Джейни, понизив голос.

Ей неловко. Вчера утром она оставила дом в идеальном порядке.

— Не бери в голову. Приберемся потом, если хочешь.

Джейни машет рукой в сторону гостиной.

— Давай туда.

— Ты там спишь? — Он и не думает ее подколоть.

— Нет, в своей комнате. Пойдем.

Она показывает ему свою комнату.

— Круто, — говорит Кейбел, смотрит на кровать, резко разворачивается, и они возвращаются в гостиную.

— Есть хочешь? — спрашивает она.

— В животе урчит, — признается Кейбел.

— Сейчас посмотрю, что у нас есть.

Джейни проверяет содержимое кухонных шкафов и холодильника и возвращается с пустыми руками.

— Увы, — говорит Джейни. — Извини, ничего нет.

Она поворачивается к нему и понимает, что все это время он смотрел на нее.

— Может, разоримся на пиццу?

— Звучит заманчиво.

— А тебе хочется выходить?

— Честно говоря, не очень, — отвечает Джейни, пожимая плечами и потирая затылок.

— Ну и ладно. Закажем по телефону.

Джейни набирает номер «Фредс пицца энд гриндерс»[22] и делает заказ.

«Тридцать минут».

Кейбел бросает на журнальный столик двадцатидолларовую бумажку и садится.

— Кейб.

— Да?

— Что это такое?

— Это двадцать долларов, Ханнаган.

Джейни вздыхает.

— Только давай не будем морочить друг другу голову.

— Конечно. Это как раз в основе наших отношений. Разве нет?

Он язвительно улыбается и опускает глаза.

Джейни чувствует, как его слова повисают в воздухе, и это не предвещает ничего хорошего.

— Слушай, извини, — начинает она. — Мне действительно стоит многое тебе объяснить. Но я знаю, что у тебя нет кучи денег, чтобы тратить их еще и на меня. Как насчет того, что я сама заплачу за пиццу?

— Никак. Еще вопросы есть?

Джейни садится рядом. Качает головой.

— Ладно, — говорит она, уступая.

Поджимает под себя ноги и поворачивается к нему.

— Ладно, — повторяет она. — Как тебя угораздило дважды угодить в этот сон?

Кейбел смотрит в сторону, потом снова на Джейни.

— Ага, стало быть, сразу берем быка за рога?

— Пожалуй, да.

— Хорошо. Ну… думаю, дело в том, что я… Не имею. Ни малейшего. Долбаного. Понятия. Да, и скажи, когда настанет моя очередь задать тебе несколько вопросов. Потому что мне хочется знать, каким таким манером ты. Попадаешь. В мой сон. Привет.

Джейни вспыхивает.

— А что, некоторые сны у тебя классные.

— Это да.

Кейбел подается вперед и берет ее за подбородок. Она этого не ожидает. Он тянет ее к себе, проводит подушечкой большого пальца по ее щеке. И губами касается ее губ.

Джейни забывает обо всем. Закрывает глаза и кладет руки ему на плечи. Он целует ее нежно и долго. Пальцы Кейбела зарываются в ее волосы, и он привлекает ее ближе. Но когда объятия становятся теснее, Джейни отстраняется. У девушки такое ощущение, будто тело у нее без костей.

— Черт! — фыркает она. — Ты… ты…

Он безмятежно улыбается. Губы у него все еще влажные.

— Да?

— С тобой целоваться приятнее, чем я представляла. Даже…

Он хлопает глазами.

— Нет. Нет, нет и нет! Только не говори, что ты там была.

Джейни закусывает губу.

— Ну, не имей ты привычки спать на самоподготовке, я бы туда не попала.

— Боже милостивый! — восклицает он. — Ничего святого!

Он смущенно отворачивается.

— Слушай, давай по порядку, с самого начала.

Джейни откидывается на кушетке. Ощущение такое, будто она во сне. Опять.

— Краткое изложение сойдет? Меня затягивает в чужие сны. Я ничего не могу с этим поделать. Не могу это прекратить. Это сводит меня с ума.

Кейбел смотрит на нее долго и пристально.

— Ну ладно. Но как это происходит? Что это за фокус?

— Я не знаю.

— Это у тебя недавно?

— Куда там! В первый раз, насколько я помню, это случилось, когда мне было восемь.

— Понятно. Итак, в этом сне, в моем сне, я стою позади тебя и смотрю, как я…

Кейбел хватается за голову.

— Ладно, принимаем как факт, что ты видишь мои сны. Видишь то же самое, что и я. И именно тогда, когда они мне снятся. Ну и ну!

Он потирает виски.

— Да уж, странно все это, — тихо говорит Джейни, — Я понимаю, все это действительно странно. Извини.

Раздается стук в дверь. Джейни не без облегчения вскакивает, хватает двадцатку и спешит к двери.

Она кладет пиццу и ставит двухлитровую бутылку пепси на журнальный столик, идет на кухню за пивом, стаканами, салфетками и бумажными тарелками. Наливает пепси Кейбелу, открывает пиво и отпивает глоток, пока он распаковывает пиццу.

— Вот что. Расскажи, что еще ты видела в моих снах, пока я не спятил.