Дмитрий Вернидуб - Корона Лесной феи

Желания могущественного покровителя совпадали с планами Гуго Грейзмогла. Отомстить Олли и его друзьям он давно собирался. А теперь появилась реальная возможность. Голос приказал выкрасть у Тины Уткинс диадему Лесной феи. «Без нее выскочки не смогут помешать нашему величию, — уверял Всевидящий Господин. — Уничтожь корону, и я сделаю тебя хозяином всех Земель Коалиции!»

Погода менялась на глазах. Слабый юго-западный ветер нагнал густой и липкий туман. Идущий впереди «Чертополох» и следующий за ним в кильватре «Зуб Барракуды» стали совершенно не различимы с борта «Хранителя». Корабли продвигались в сероватом тумане почти на ощупь. Все предметы на верхней палубе потеряли свой прежний облик, став неузнаваемо-расплывчатыми. Хойбы-матросы сновали как загадочные тени. Впечатление тревожной таинственности усиливалось звуками переклички между экипажами. Через регулярные промежутки на «Чертополохе» стреляла сигнальная пушка. Ей отвечала разноголосица таких же орудий с других кораблей. Казалось, незримые великаны соперничают между собой, чихая в глухое небесное молоко.

На «Хранителе» дали сигнал — шесть гудков. Паровой гудок броненосца опробовал свой могучий голос, разрывая ватную туманную глушь протяжными низкими нотами. Он постепенно повышал и напрягал звук, словно взбираясь на гору, а потом, словно перевалив через нее, понижал октаву. На капитанский мостик к Виндибуру поднялся Нури.

— Ну и ну, — сказал гном, — орет как разбуженный дракон! Ну что, спускать шлюпку?

В другой бы раз Олли послал к Питу Хрюрю. Но, во-первых, туман висел плотной завесой, а во-вторых, сообщение, принесенное Флогом, было исключительным и требовало срочного совещания.

Вдруг на «Чертополохе» дали сигнал для всех, шесть раз выстрелив из пушки: «Лечь в дрейф!» Корабли эскадры начали отвечать: «Вас понял».

Покосившись на подошедшего с возмущенно-важным видом Грейзмогла, Пит приказал помощникам:

— Хоть это и не по правилам, спустите шлюпку на воду. Я сам поеду к Виндибуру. Передайте на «Хранитель»: «Принять адмиральскую шлюпку».

Избавиться от Гуго Репейнику не удалось. «Пристал как репей», — досадливо поморщился Питти, ожидая, пока Бьорг и посланник усядутся в шлюпку.

— А этот полип нам зачем? — вслух возмутился он, увидев, как вслед за Грейзмоглом карабкается архивариус.

Питти чуть с ума не сошел, увидев Клюкла у себя на корабле. Все известные ругательства Брю исчерпались у него в первые два часа, а еще через полчаса кончились и свои. Но теперь он вынужден был смириться. Ссора с посланником пока в планы не входила.

Вести не вдохновляли. Дельфы сообщали, что эскадра кроителей идет навстречу на трех железных кораблях и девятнадцати парусных фрегатах.

— Они знают, где мы, несмотря на «кранты шпионам», — подытожил Олли, переводя взгляд на Пита.

Тот ткнул пальцем в карту.

— Думаю, они собираются встретить нас у Близнецов. Но вот чего я не пойму: вся наша борьба со шпионами, что, коту под хвост?

Загробный Брю чувствовал себя как-то неуютно. Призрак нервно мерцал в углу кают-компании.

— Эти пернатые прихвостни так и перли, фаршируй их омар! Наши орлы еще до тумана с крыльев сбились! И кто его знает, может, дельфы кого проворонили?

— Ладно, теперь-то чего говорить, — примирительным тоном произнес Олли.

Внимательно рассматривающий собравшихся Грейзмогл вдруг подал голос:

— Как вы намерены встречать противника? Идти лоб в лоб, или устроить засаду?

Репейник не сводил с посланника глаз, словно оценивая, стоит ли отвечать. По существу, вопрос адресовали ему.

— Нужно узнать точно, куда они направляются. Я бы предложил часть нашей эскадры укрыть между островами-Близнецами, а часть расположить справа от них и чуть поодаль.

— Неплохо, — согласился Бьорг. — Ты хочешь сказать, что когда противник подойдет к нам вплотную, можно выйти из-за острова и ударить ему в тыл?

— Именно.

Грейзмогл недоверчиво наклонил голову.

— Все ваши соображения хороши, только если кроители решат атаковать. И кто даст гарантию, что их флот пойдет именно этим курсом?

— Что ж, резонно, — обратился к Питу Виндибур. — Придется помочь им сообразить.

— Почему все снова смотрят на меня? — возмутился призрак Брю Квакла.

— А на кого нам еще смотреть? — развел руками Репейник. — Ведь господин посланник не умеет летать и проходить сквозь стены.

Шутка Греймоглу совсем не понравилась. Гуго скривился и поджал губы. Этот выскочка-невысоклик, называющий себя адмиралом, раздражал его больше остальных.

Загробному Брю предстояла нелегкая задача — нужно было проникнуть во вражеский стан и каким-то образом подкинуть кроителям идею нападения у Близнецов. Но как это сделать, он пока не знал.

Над этим же ломал голову и Олли. После того как адмиральская шлюпка отбыла на «Чертополох», Виндибур долго расхаживал по палубе, заложив руки за спину. Наконец он решил: если Дерг получает известия от шпионов, то через них и надо действовать. Шпион-посыльный не заставил себя долго ждать.

Подозрительное поведение большой морской черепахи давно беспокоило дельфов. Черепаха сначала крутилась возле «Хранителя», с любопытством осматривая его дно. После ее видели уже рядом с «Чертополохом», потом у «Зуба Барракуды»… Подплывая к судну, старая хитрюга поднималась у борта на поверхность и высовывала голову из воды, вытягивая шею.

Для шпионки-черепахи приготовили целое представление. «Хранитель», под железным брюхом которого устроилась лазутчица, сблизившись с «Чертополохом», начал обмен сообщениями. Олли и Пит, взяв в руки по рупору, стали кричать друг другу заранее заготовленные слова. Черепаха чуть не свернула себе шею, вращая головой и тараща подслеповатые глаза. «Переварив» услышанное, она уверенно взяла в сторону и, поймав подходящее подводное течение, устремилась на юг.

«Похоже, наша маленькая шутка удалась?» — спросил Виндибур у Флога. Его собеседник высунулся из воды и приветственно застрекотал. В мозгу невысоклика прозвучало: «Старая шпионка отправилась прямиком к кроителям. Наши разведчики пропустили черепаху и сопровождают ее, время от времени, внушая нужные сведения». — «У нее что, склероз?» — удивился Олли. «На второй сотне лет все черепахи становятся рассеянными…» — отвечал дельф.

«Ну что за напасть! — бурчал паромщик, болтаясь в чреве Брюгая. — Никакого покоя даже после смерти! Еще хуже живого умаялся с этими секретными миссиями. Таскаюсь как собака, морской кот ей в мешок! И еще этот пестрый пожиратель жуков трясется как в предсмертных конвульсиях…»