Юрий Туровников - Хроника Арии

Ночь выдалась не на шутку холодной. Близнецы жались друг к другу. Камни быстро остыли. Мешковина почти не сдерживала ветер, который так и норовил унести это шаткое строение.

Они преодолевали хребет за хребтом, стирая вкровь руки и обдирая колени. Дров почти не осталось. Ели только утром. Но хоть с водой проблем не было.

К концу третей недели они, изнеможенные, вышли на последний горный хребет. Внизу простиралось небольшое плато, за ним лес, а где-то вдалеке виднелся… спасительный дым.

— Ага! — крикнул Нирут. — Я говорил, что мы выберемся, а ты не верил! — и он начал спускаться.

— Больше в горы — ни ногой! — Турин сбросил мешок и отшвырнул оставшиеся дрова в сторону. Сняв со спины щит, юноша устроился на нем поудобнее, закинул мешок за спину и намотал на руки ремень щита:

— Догоняй! — крикнул Арий и стрелой пронесся мимо Нирута, обдав его снегом.

Нирут не заставил долго ждать, и спустя мгновение мчал вслед за Турином, оставляя позади ненавистные Великие Горы Золии.

Едва ли не бегом продирались они через бурелом, обгоняя друг друга и смеясь, как дети. Снега в этом лесу оказалось значительно меньше, чем в том, где обитал Нирут.

Добраться к объекту своих стремлений им удалось только к вечеру. Каково же было их удивление, когда они увидели то, к чему так спешили.

На лесной поляне стоял дом, такой же, как тот, что они покинули совсем недавно, но с какими-то пристройками. Нирут расстроено вздохнул.

— Перестань! — Турин толкнул его в бок. — Мы в Золии, а это главное! Уж отсюда точно выйдем. Чай не горы…

Пройдя по начавшему таять снегу, они подошли к дому вплотную. Турин прислушался.

— Лошади! Слышишь? — Он повернулся к другу.

— И что с того, я все равно не знаю, что это. Вернее знаю, но не видел ни разу, — Нирут захватил горсть снега и направил ее в рот.

— Смотри, чтоб он желтым не был, — остерег его Турин.

— Чего? Тьфу! Да ну тебя… — сплюнул юноша.

Арий прыснул в кулак и постучал. Внутри дома послышались шаги, и дверь со скрипом распахнулась.

— Кто такие? Чё надо? — перед ними стояла старуха, с огромной кочергой в руке.

— Мы заблудились. Шли через горы и наткнулись на ваш дом, — Турин мялся, как нашкодивший ребенок.

— Верю, — сказала старуха. — Но я спросила: кто такие и чё надо.

— Мы — братья. Я — Турин, а это, — и он махнул рукой, — Нирут. Нам бы поесть, помыться и поспать.

— Не братья вы, хоть и одной крови. Я все вижу! Меня на кривой не обскачешь! — Старуха отвернулась и пошла вглубь дома. — Ну, чё встали? Чай не лето, чтоб дверь нараспашку!

Турин кивнул другу, и они зашли внутрь. Помещение освещалась большой масляной лампой, висевшей под потолком. Тут было очень светло и свежо, не смотря на то, что лампа нещадно чадила, но самое главное — тепло!

— Спать будете в бане. Луна! — старуха истошно крикнула, заставив близнецов дернуться. — Луна, где ты бродишь, Тария тебя возьми?! — снова гаркнула она.

— Да иду я! — раздался голос.

Дверь скрипнула, и в дом зашла темноволосая девушка, запустив в помещение клубы пара.

— Внучка моя. Луной звать. Гости у нас, баню топи! — старуха посмотрела на близнецов. — Ну, чаво замерли? Вот ты, — Она кивнула Турину. — Иди ей помоги, а ты — тута останься, мне поможешь.

Арий с девушкой вышли, и Нирут принял весь шквал причитаний на себя. Казалось, прошла вечность, пока за ним не пришел Турин и не позвал за собой. Они вышли из дома и направились в дальний конец поляны, где стоял маленький бревенчатый домик, из трубы которого валил дым.

— Раздевайся, — сказал Турин, закрывая за собой дверь и скидывая одежду.

Мороз щипал кожу, воздух парил. Близнецы с трудом помещались в маленькой бревенчатой комнатке.

— Чего это я должен раздеваться? — воспротивился Нирут.

— А мыться ты в одежде будешь? Или ты и постираться сразу решил?

— Знаешь что, — сказал Нирут и упер руки в бока. — Ты сначала растолкуй, что это такое, а уж я решу, надо оно мне или нет. Я в горах промерз!

Турин стоял обнаженным, трясясь от холода и вздрагивая каждый раз, когда прислонялся к покрытым инеем бревнам.

— Поверь мне, тебе понравится. Это лучше любого снадобья. Все болезни разом выйдут. Это не опасно. Когда я учился в Сиберии, то проводил подобный ритуал каждую неделю. Давай живо! — прикрикнул Турин, и скрылся за второй дверью, из-за которой повалил пар.

Постояв в нерешительности, Нирут быстро разделся и последовал за Турином. Горячий воздух приятно обжигал нутро. Поначалу юноша вообще боялся дышать и хотел, было, выскочить, но друг удержал его.

— Сейчас привыкнешь! Садись на лавку.

— Ага. Ай! Едрит твою в коленку! Она горяченная! — запричитал Нирут, потирая зад. — Ты меня сварить хочешь?! Я и так уже почти сготовился!

— Тряпицу постели, — Арий кивнул на стену, на которой висели большие вышитые полотна. — То тебе холодно, то горячо… Ты уж определись!

Застелив лавки, Турин и Нирут легли рядом. Жар продирал до костей и чуть-чуть дальше. Кожа начала краснеть и покрылась крупными каплями пота. Воздух нагревался и становился все горячее.

— Усталость как рукой снимет! — сказал Турин.

— Лишь бы кожа не сошла. Чего-то мне плохо, кажись… — прошептал юноша.

— Ничего! Сейчас я тебя подлечу чуток, — Турин соскочил с лавки и взял дубовый веник.

— Это еще зачем? — спросил Нирут, приоткрыв один глаз.

— Сейчас я тебя пропарю, — и Арий взмахнул веником.

Горячий воздух еще сильнее обжег кожу и Нирут взвыл и прогнул спину, пытаясь вскочить с лавки, но Турин его опередил, и сильным ударом веника припечатал обратно.

— Лежать! Лучше расслабься!

Экзекуция, как показалось Нируту, продолжалась вечность. Сейчас он лежал на лавке, тихо постанывая и кляня Турина.

— Убил, собака! Ей богу, убил. Чувствую, как Тария уже зовет меня!

— Хватит причитать. Вставай и бегом на улицу.

— Ты издеваешься?! Я пошевелиться не могу, — взмолился Нирут.

— Давай, сейчас сил прибавится. Опробовано на себе. Вставай уже! — сказал Арий и скрылся за дверью.

Крехтя, Нирут сполз с лавки и вышел вслед за Турином. Едва он ступил за порог, друг столкнул его в сугроб и сам повалился следом. Снег начал таять под разгоряченными телами, пар устремился к звездному небу. Турин встал и закидал Нирута рыхлым снегом с головой.

— Ну как? — молодой государь растерся.

— Все. Это конец. Я уже в чертоге Тарии?

— Типа того. Хватит валяться. Бегом обратно. Надо согреться, потом пойдем в дом.

Нирут тут же вскочил на ноги.