Юрий Туровников - Хроника Арии

— Я думаю, пару раз. Просто больше моя голова не вынесет, взорвется. Да и пробовать желания нет. А вот что действительно интересно, так это сможет ли этот энергетический кокон защитить нас? Ну, скажем, от боевого выброса?

— Дорогой Нирут, честно говоря, я не особо горю желанием это испытать. По крайней мере, на данный момент, позже — быть может. А сейчас не пора ли нам домой?

— Да, брат, пошли. Солнце садится…. Разок, на ход ноги? Троекратно!

Встав напротив друга, они будто колыхали воздух пальцами, чувствуя, как незримая сила обволакивает тела.

— Давай! — прошептал Турин. Их ладони соединились, разбрасывая синие искры и источая розовое сияние. Мысленно выпуская силу, они видели, как один за другим, в темноту пещеры, унеслись три небольших переливающихся сгустка энергии, вернув вместо себя только грохот и волну каменной пыли.

— Все, теперь домой! — убирая перстень, сказал Нирут.

Друзья сидели за столом. Турин полировал рубин своего фамильного перстня, изредка посматривая, как сверкает золотая руна. Нирут, по обыкновению своему, курил. Языки пламени в камине зашлись в дикой пляске, выбрасывая вверх потоки искр.

— Расскажи мне про мир, я ведь о нем ничего не знаю.

Арий посмотрел на юношу и вздохнул, решая, с чего бы начать. Они проговорили весь вечер. Нирут спрашивал, Турин отвечал. Особенно понравились хозяину дома рассказы о кораблях и о море.

— Я хочу увидеть море! Турин, мы увидим море?

— Обязательно увидим, ответил тот. — Золия — морская держава. С одной стороны ее окружают горы, а с другой — море. Правда до него еще надо добраться, а это будет ой как нелегко! Я один могу остановить Хариуса, а он этого явно не хочет.

— А как же я, Турин? Все свидетельствует о том, что мы одной крови! Слушай, я тут размышлял… — Нирут затянулся. — Вот ты говорил, чтоб завершить ритуал, надо пронзить скипетром сердце, так?

— Ага… Чтобы запечатать Силу, а чтоб освободить, достаточно произнести заклинание.

— Так почему у того мага скипетр оказался в руке, а не в сердце, когда его нашли? И почему он не торчал в груди того колдуна? И кто мог описать ритуал, если все отдали Тарии души?

— Вот пристал! Это легенда. Но возможно, так все и было. Когда… — Турин нервно заерзал. — Когда я пришел в замок… Когда обнаружил моих родителей… Отец тоже убит ударом в сердце. Понимаешь?! Хариус убил их из-за скипетра! Думаешь, это не правда?!

Они молчали долгое время, слушая завывания ветра за окном и треск пылающих поленьев.

— Сможешь ли ты сделать это? — Нирут встал из-за стола и подошел к камину.

— Не знаю, но я должен это сделать! Ты ведь мне поможешь? — Турин встал.

— Конечно, брат. Мы теперь с тобой вместе. Везде! Всегда! Слово даю! — Нирут подошел и похлопал его по плечу. — Хватит о грустном, давай поедим. Я люблю повеселиться, особенно поесть! Завтра новый день. Надо придумать план….

— План у меня уже есть. Убить Хариуса, заключить Силу и вернуться домой, — задумчиво произнес Турин.

— А, ну тогда одной проблемой меньше, — с сарказмом сказал Нирут. — Но поесть все равно надо. И спать. Сегодня я на кровати, а то на полу я уже все бока отлежал…. Ты уже поправился. Слушай, а что, магов и колдунов больше нет? Куда ж они подевались-то все? — спросил он вставая.

— Ходили слухи, что Богиня Тария разгневалась на Магов и разрушила Магистериум, погребя под ним всех членов Магистрата. Так или иначе, но больше никто никогда их не видел, — сказал Турин, подложив ладони под подбородок и уперевшись локтями в стол.

— Понятно, что ничего не понятно! — хмыкнул Нирут.

— Дело ясное, что дело темное! — парировал Арий. — Давай уже, готовь еду! Солнце село ниже ели — время… хм, а мы не ели!

— Да ты стихоплет, Вашество! Сей момент! Не извольте беспокоиться. Уже метнулся, — и Нирут начал скакать по комнате, изображая бурную деятельность.

Турин вздохнул и покачал головой, глядя на ужимки друга. Он отодвинул полог окна и посмотрел на ночное небо: на бескрайнем черном просторе стали высыпать звезды, выстраиваясь в причудливые картинки, которые гнались за лениво плывущим рогатым месяцем…

Вдалеке покачивались верхушки сосен, пытаясь сбросить запутавшейся в них ветер. Небесное светило щедро дарило свои лучи. Где-то высоко в голубом, с белыми прожилками облаков небе, кружила одинокая птица. Он расправила крылья, устремив свой взгляд в саму чащу, в надежде увидеть и поймать свой обед. То, что происходило в это время на поляне, возле бревенчатого дома, ее не интересовало.

Сталь блестела на солнце. Капли пота слетали с золотистых волос соперников, переливаясь всеми цветами радуги. Лязг клинков и глухих ударов щитов летал над поляной. Бойцы кружили по утоптанному снегу, осыпая друг друга градом ударов и поднимая вверх снежную пыль. Они не уступали друг другу ни в силе, ни в скорости, ни в мастерстве.

— А ты хорош! — Нирут отбросил в сторону щит и воткнул меч в утоптанный снег.

— Да и ты не плох, братец! Твой старик хорошо тебя выучил, — Турин так же освободился от меча со щитом.

— Да, уж! — крикнул Нирут, нанося сопернику удар ногой в грудь.

Тот резко присел и крутанулся волчком, сбивая близнеца с ног.

— Вот так, братец! — Арий весело скакал вокруг него, размахивая руками.

— Ну, подожди, негодник! — прохрипел близнец, вскакивая и кидаясь на обидчика.

Турин отскочил в сторону и вдогонку ударил Нирута в спину ногой с разворота. Тот оторвался от земли и с оханьем грохнулся в снег. Встав на колени, хозяин поляны крикнул:

— Ну, все! Молись Тарии! Пощады не будет!

Краем глаза Нирут уловил летящий кулак, перехватил руку соперника, схватил его за куртку, поддел бедром и…. Турин взмыл в небо.

Вылезая из сугроба, Арий смеялся, как младенец:

— Хватит! Пора и отобедать. Вода, поди, в котле кипит уже. Надо ополоснуться. Эх, сейчас бы в баньку! Пошли в дом, брат. — И они пожали друг другу руки…

Близнецы сидели за столом, поглощая не хитрую снедь.

— А где ты берешь хлеб? — Турин набил рот ароматным мякишем.

— Как где, с деревьев срываю!

— Не понял? — Арий едва не подавился.

— Ты что, не знаешь? Я, который прожил в лесу всю жизнь, и то знаю. Сею зерно, потом собираю, перемалываю, ну и так далее, — Нирут покрутил в воздухе деревянной ложкой.

— И где? — не унимался Турин.

— Вот пристал! Да вот же, поле вокруг дома. Я здесь живу двадцать с лишним лет. У меня зерна — амбар и маленькая тележка! Вода зимой за окном, летом собираю дождевую. Орехи на орешнике растут, ягоды, грибы…. Или ты думаешь, что здесь вечная мерзлота? — Нирут бросил ложку в миску, расплескав похлебку.