Дэйв Дункан - Живое божество

И до сих пор ей удавалось безупречно выполнять долг и перед Богами, и перед императором. Быть может, и сейчас матушка Иффини не нарушит своих клятв, но она должна убедиться в этом. В конце концов, приезжавший вчера легионер не привез официального приказа о задержании, как случилось однажды, когда ловили беглого преступника. На этот раз не было речи о каком-либо преступлении. Легионер просто прочитал объявление о розыске, но это ведь не приказ, скрепленный печатью ликтора. Конечно же матушка Иффини может сочетать браком эту юную пару, а заявить о них властям она всегда успеет, если в этом возникнет необходимость.

Матушка Иффини обмакнула перо в чернильницу.

– Да ведь нынче у нас канун Дня матери! Вы уверены, что не хотите подождать до завтра? – спросила она у влюбленных, улыбкой давая понять, что пошутила. Если молодые люди не поспешат с отъездом, у нее будет время все как следует обдумать.

Жених и невеста переглянулись.

– Мы не хотим ждать, – прошептала девушка.

Следовало бы посадить влюбленных подальше друг от друга, подумала матушка Иффини. Жениху и невесте стоило только протянуть руки, чтобы их пальцы соприкоснулись, и они с превеликим трудом удерживались от этого.

– По правде говоря, у меня на завтра назначены еще две свадьбы. Сомневаюсь, что смогу выдержать третью. Я уверена, что Бог Материнства благословил бы ваш брак, даже если бы вы поженились после праздника в его честь. Как вас зовут, милочка?

Девушка произнесла то самое имя, которое упоминалось во вчерашнем объявлении о розыске.

Иффини со вздохом внесла имя невесты в брачное свидетельство. Несомненно, именно эту влюбленную пару и разыскивают.

– Должна сказать, у вас очень редкое имя. Конечно, теперь оно весьма популярно: ведь так зовут нашу дорогую императрицу. Я уверена, что добрую половину девочек, родившихся в этом году, назвали Эшиала.

К удивлению матушки Иффини, невеста вдруг испугалась. Странно! Неужели она хочет вступить в брак под вымышленным именем? Ведь это ужасное кощунство. К тому же девушке от такого брака не будет никакой пользы! Весь смысл супружества, его извечная цель, заключается в том, чтобы женщина на законном основании могла удержать отца своих детей. Право на это дает только свидетельство о браке, которое утрачивает ценность, если данные в нем не соответствуют действительности.

– Вдова?

– Да.

– Ваше имя, сэр?

– Ило.

– Холостяк?

– Да.

В объявлении о розыске не упоминалось, как зовут легионера, но Иффини была уверена, что год или два тому назад где-то слышала имя Ило.

Юный Ило весьма двусмысленно улыбнулся будущей жене, которая старалась сохранить непроницаемый вид. Некоторые считают, что быть холостяком стыдно.

– Придержи язык, глупая птица, – сказал попугай. Матушка Иффини снова обмакнула перо в чернила.

– Как звали вашего покойного мужа, сударыня?

Девушка вдруг смертельно побледнела и ничего не ответила.

– Разве эта информация так уж необходима? – спросил юноша.

Ситуация начала проясняться. Матушка Иффини опустила перо в чернильницу. Приезжавший вчера легионер не сказал, в связи с чем разыскивается эта пара. Возможно, он и сам этого не знал. Матушка подозревала, что закон и его слуги иногда придерживаются разных взглядов. И уж совсем редко закон чуть-чуть не совпадает с волей Богов. Но в вопросе о двоебрачии не может быть никаких сомнений, никаких разногласий.

– Вы привезли свидетельство о похоронах?

Девушка покачала головой и в ужасе посмотрела на возлюбленного. Тот сдаваться не собирался, хотя заметно приуныл. Должно быть, юноша предвидел все эти вопросы и намеревался сблефовать.

– Ее муж погиб в сражении, матушка. Тело не удалось найти.

Иффини положила свои полные мягкие руки на старую каменную столешницу.

– В таких случаях армия ведет специальные свидетельства о предполагаемой смерти. И лишь через три года вдове разрешается вступить в новый брак.

– Он погиб при необычных обстоятельствах, матушка. Вам известно о нападении гоблинов?

Иффини кивнула, ожидая услышать ловко сочиненную ложь. Если у этого красавца Ило еще и язык хорошо подвешен, то ни одна молодая впечатлительная женщина не сможет ему противиться. Иффини не была ни молодой, ни впечатлительной женщиной, но ей казалось, что Ило действительно влюблен в невесту.

– Я слышала об этом, – подтвердила она.

Иффини пришлось совершить несколько молебнов по поводу вторжения гоблинов.

– Формального сражения не было. Покойный муж моей невесты, человек штатский, не имел отношения к армии. Гоблины подстерегли нас обоих. Мне случайно удалось спастись, но его лошадь пала. Даже если гоблины взяли его живым, матушка, его шансы уцелеть практически равны нулю.

Иффини вздрогнула и тихонько произнесла молитву.

– Других свидетелей не было?

– Нет, матушка, но я клянусь, что это правда.

Ило уверенно смотрел на Иффини. Если парень врет, то он самый искусный обманщик, какого она встречала на своем веку.

– Тогда вам следовало в присутствии ликтора или представителя военных властей дать письменное показание, подтвержденное присягой.

– Матушка! – с упреком воскликнул Ило. – В этом хаосе было не найти никаких властей, ни военных, ни гражданских!

Иффини вздохнула и, погрузившись в размышления, уставилась на свои руки. Ловко придумано! Юноша пододвинул стул, чтобы дотянуться до руки невесты.

– Полагаю, я могла бы принять ваше письменное показание, хоть это и не по правилам.

Девушка улыбнулась, но через мгновение застыла на месте, еще больше побледнев.

– Я дам любые показания, – спокойно сказал Ило, – но не назову имени покойного.

Матушка Иффини закрыла чернильницу и отложила перо.

– Думаю, нам нужно многое обсудить.

– Иного выхода нет, верно? – с горечью спросил Ило. – Если мы найдем другого священника и моя невеста скажет, что никогда не была замужем, наш брак недействителен?

Матушка Иффини кивнула:

– Более того, ей не позволят вступить в брак без письменного разрешения отца или брата. Не я создаю законы, господин Ило.

Ило? Опять смутное воспоминание. У этого Ило, должно быть, какое-то военное звание. Трибун? Легат?

В этот момент девочка уронила в бассейн пакет с крошками и отчаянно закричала. Ило бросился к ней.

– Майа! – воскликнул он.

У Иффини сердце замерло. Нет! Не может быть! А впрочем, почему нет? Женщина, которую зовут так же, как императрицу, может назвать свою дочь в честь маленькой наследницы престола. Это весьма вероятно. Другое объяснение было бы слишком нелепым. Тогда вместо одного легионера снарядили бы целые поисковые отряды и разослали бы их по всей Империи.