Анна Котова - Время Изерлона

Светлоголовый юнец с большими глазами покосился на Мэри и усмехнулся, видимо, сделал какие-то выводы, и конечно же, неправильные.

— И нечего усмехаться, энсин Минц, — Поплан строго поднял палец. — Мисс Беккер достойная девушка и вовсе не моя зазноба, правда, мисс?

Мари сморщила нос.

— Конечно, нет, милый Олле, — проворковала она, состроив глазки.

Конев у нее за спиной как-то подозрительно хрюкнул.

И тут она увидела Райнера, и вся игра слетела с нее шелухой. Она не заметила, как юнец проследил ее взгляд и ехидно ухмыльнулся, как Поплан пихнул его локтем, как засмеялся, провожая ее глазами, Конев — она летела на свет бабочкой… нет, она летела по прямой, как стрела к мишени, пронзая толпу насквозь, не ощущая ее сопротивления.

— Ого, — произнес сзади энсин Минц. — Вот повезло Блюмхарту.

Но Мари все равно не услышала.

Она даже не услышала беспримерной праздничной речи командующего Яна, состоявшей из одной фразы: "Всех с праздником, желаю хорошенько повеселиться".

— Красноречив, как всегда, — прокомментировал юный энсин Минц.

— Не распыляется на мелочи. Главное-то сказано, — отозвался Олле.

Мари кружилась со своим розенриттером, отгороженная от толпы невидимым непроницаемым колпаком, под которым не было никого, кроме их двоих и музыки. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три…

Новый, 797-й.

"Гиперион". На Хайнессен

13 апреля 797 года Космической эры. Мы, Военный комитет национального спасения Альянса свободных планет, взяли столицу, Хайнессен, под свой контроль. Действие Конституции Альянса временно приостанавливается. Законы и приказы Военного комитета национального спасения имеют приоритет над всеми остальными. Конституция Альянса заменена следующими эдиктами. С целью свержения Рейха учреждается система национального единства. Совет объявляется распущенным на неопределенное время. Политическая деятельность и свобода слова ограничиваются ради блага страны. На всей территории Хайнессена объявляется военное положение. Все космопорты передаются во власть армии. Приверженцы антивоенных взглядов и убеждений снимаются с занимаемых должностей. Уличенным в коррупции чиновникам и политическим деятелям выносится смертный приговор. Те, кто откажется проходить военную службу, будут сурово наказаны. С целью покарать подобные элементы гражданская полиция поступает под контроль армии. Социальное обеспечение отменяется как разлагающий фактор. Также мы ставим своей целью возродить в обществе здоровый дух… А теперь, граждане, офицеры и солдаты армии Альянса свободных планет, представляю вам председателя Военного комитета национального спасения.

Из заявления Военного комитета национального спасения. — В сборнике "Хунта адмирала Гринхилла". — Хайнессен, 8 г. Новой эры

Не это ли утверждал 500 лет назад Рудольф фон Гольденбаум? Чтобы свергнуть основанную Рудольфом империю, они готовы возродить его призрак.

Чудотворец. — Ян Вэньли в воспоминаниях соратников. — Хайнессен, 4 г. Новой эры

Оборонный пояс вокруг планеты Хайнессен — Ожерелье Артемиды — автоматически отражал любую атаку, выпуская по приближающимся целям самонаводящиеся ракеты. Наличие Ожерелья внушало уверенность в своих силах военным Хайнессена. Оказавшись перед необходимостью лишить военную хунту адмирала Гринхилла иллюзии неуязвимости, Ян Вэньли нашел неожиданное средство. Изо льда были вырезаны огромные глыбы. На них установили реактивные двигатели и запустили эти своеобразные снаряды, целя в автоматические орудия Ожерелья. Ракеты оборонного пояса оказались малоэффективны против массивных глыб, перемещавшихся с большой скоростью, — куски льда просто смели Ожерелье. Опасности же для жизни людей не было никакой: ни для нападающего флота — он не приближался на опасное расстояние; ни для планеты — даже если бы лед вошел в атмосферу, там бы он и испарился. Впрочем, ледяная лавина была нацелена тщательно.

Чудотворец. — Ян Вэньли в воспоминаниях соратников. — Хайнессен, 4 г. Новой эры.

Близилась весна, а с ней долгожданное свидетельство о квалификации механика — но ничто в этой вселенной не происходит так, как намечено. Прежде чем закончился курс, закончился мир: Альянс свободных планет вскипел по краям, забурлил, заискрил неисправными линиями связи и управления — и галактика опомниться не успела, как ей была явлена военная хунта адмирала Гринхилла. 13-й флот и лично адмирал Ян оказались силой, от которой слишком многое зависело. Собственно, они давно были таковой, но теперь это проявилось со всей очевидностью. Тот, на чью сторону встанет Ян и его флот, будет править Альянсом. Гринхилл надеялся, что это будет его сторона, но просчитался.

Адмирал Ян реагировал стремительно, а значит, Мэри нужно было действовать еще стремительнее, чем прославленный Чудотворец, и успеть-таки вписаться в уходящий флот механиком.

Старик Горовиц упирался добрый час, потом сдался и вытащил из сейфа типовой бланк, заполнил его на имя Мэри-Сьюзен Беккер, притиснул большую фиолетовую печать.

— Держи свой аттестат, — вздохнул он. — В общем-то ты и вправду уже справишься. Лети, глупый воробей. Куда тебя несет, там же стреляют…

— Вот именно, — ответила Мари. — Спасибо, герр Горовиц. — Чмокнула старика в щеку, чем сильно его смутила, и побежала к Оливеру за обещанной протекцией.

Поплан поступил просто и нагло. Он привел ее за руку прямо к адмиралу Мюраю.

— Альянса не существует, — сказал он без предисловий. — Решения о зачислении во флот по революционным временам, думаю, вы можете принимать сами.

— Кого это вы собираетесь зачислить в мой флот? — скрипуче спросил крайне недовольный Мюрай, знаменитый буквоедством и уважением к инструкциям.

— Механик Мэри-Сьюзен Беккер, — пискнула Мари. — Вот аттестат.

— Кхм! — сурово сказал Мюрай. Взял бумагу в руки, внимательно изучил подпись и печать, посмотрел на Марию Сюзанну, потом на Поплана. Помолчал, пожевал губы. — Кхм! Ну… ладно.

И убрал аттестат мисс Беккер в ящик стола.

— Спасибо, адмирал, — быстро отреагировал Оливер, подталкивая Мари к дверям. — Я покажу, где кубрик механиков «Гипериона».

Вслед им раздалось ядовитое "кхм!", но возражений не последовало.

Когда 13-й флот уходил с Изерлона, в секции малого истребительного флота флагманского крейсера «Гиперион» среди прочих вылизывала машины светленькая девушка с двумя косичками, механик Мэри-Сью Беккер.

Вас, конечно, интересует чемодан? А как же… Он ждал ее под койкой в общей каюте на восемь мест, еще более облупленный, чем прежде, а в нем — тщательно залатанное синее платье, серый рабочий комбинезон, куртка с эмблемой на рукаве, бельишко, старая потрепанная книжка и золотая ложечка.