Дэвид Эддингс - Владычица магии

Большая снежно-белая сова плавно вымахнула на открытое пространство среди деревьев, едва взмахивая призрачными крыльями, подлетела к низкой ветке и уселась на ней, глядя немигающими глазами на волка. Тот отвечал ей таким же спокойным взглядом. И тут, хотя погода была абсолютно безветренной, сверкающие нити тумана внезапно зашевелились, словно подхваченные вихрем, а фигуры волка и совы на миг стали неясными, неразличимыми. Когда вновь посветлело, Гарион увидел стоящего посередине поляны господина Волка, а чуть повыше на сучке невозмутимо восседала тётя Пол в неизменном сером платье.

– Давно уж, Полгара, мы с тобой не охотились, – заметил старик.

– Давно, отец, – согласилась она, поднимая руки и пропуская сквозь пальцы тяжёлые тёмные пряди волос. – Я почти уже забыла, как это бывает.

И, вздрогнув от какого-то странного удовольствия, прошептала:

– Прекрасная ночь для охоты.

– Слишком сырая, – возразил он, тряхнув ногой.

– Но небо над деревьями совсем ясное, а звёзды большие и ярко светят.

Хорошо летать в такую ночь.

– Рад, что получила удовольствие. Случайно Не помнишь, что тебе нужно было сделать?

– Не ехидничай, отец.

– Всё же?

– Поблизости никого, кроме арендов, да и те, кажется, спят.

– Уверена?

– Конечно. На пять лиг в любом направлении ни одного гролима. А ты нашёл, кого искал?

– Это было совсем не трудно, – ответил Волк. – Остановились в пещере, в трёх лигах отсюда. Один умер по пути туда, а ещё двое, возможно, не доживут до утра. Остальным, кажется, немного не понравилось, как обернулись дела сегодня утром.

– Представляю себе. Ты подобрался достаточно близко, чтобы услышать их беседу? Волк кивнул:

– В одной из соседних деревень есть человек, который следит за дорогой и доносит им, если путешественник достаточно богат, чтобы попытаться ограбить его.

– Значит, это всего-навсего обычные разбойники?

– Не совсем. Они ждали именно нас. Кто-то описал во всех подробностях, как мы выглядим.

– Думаю, неплохо бы потолковать с этим осведомителем, – мрачно заметила Полгара, неприятно красноречиво сгибая и разгибая пальцы жестом хищника, предвкушающего поживу.

– Не стоит тратить время на подобные пустяки, – возразил Волк, задумчиво почёсывая бороду. – Всё, что он расскажет, – как Мерг дал много золота. Гролимы не утруждают себя объяснениями со всякими наёмниками.

– Всё равно не мешало бы встретиться с ним, отец, – настаивала она. – Нельзя же, чтобы кто-то крался за нашими спинами, пытаясь подкупить каждого бродягу в Арендии!

– Послезавтра ему уже некому будет платить, – ответил Волк с коротким смешком. – Приятели решили заманить его в лес завтра утром и там перерезать горло… не говоря уже о пытках перед смертью.

– Прекрасно. Хотя я желала бы знать имя гролима.

– Какая разница? – пожал плечами Волк. – В Северной Арендии их десятки, и все затевают пакости, кто какие может. Успели пронюхать, что происходит. Нельзя ожидать, что они спокойно дадут нам пройти.

– Может, лучше остановить их?

– Времени нет, – покачал головой Волк. – Недели уйдут, пока вдолбим арендам, что к чему. Если ехать ещё быстрее, есть шанс проскользнуть, пока гролимы не успели опомниться.

– Но вдруг не удастся?

– Значит, сделаем по-другому. Необходимо добраться до Зидара прежде, чем тот попадёт в Ктол Мергос. Если на моём пути встанет много препятствий, придётся действовать более открыто.

– Нужно было с самого начала так поступить, отец, иногда ты слишком осторожничаешь.

– Опять за своё? У тебя один рецепт на все случаи, Полгара. Улаживаешь вещи, которые бы и без тебя пришли в порядок, оставь ты всё как есть, и пытаешься изменить события, которые невозможно менять.

– Не сердись, отец. Лучше помоги спуститься.

– Почему бы тебе не слететь? – предложил он.

– Не говори чепухи!

Гарион выскользнул из укрытия, дрожа как осиновый лист.

Тётя Пол и господин Волк, вернувшиеся к шатрам, разбудили остальных.

– Думаю, пора ехать, – объявил господин Волк. – Здесь мы очень уязвимы.

Гораздо безопаснее на большой дороге, и неплохо бы спокойно миновать один уютный лесок.

Менее чем за час удалось сняться с места, и путешественники направились по просеке к Великому Западному пути. Хотя до рассвета оставалось ещё несколько часов, туман, прошитый желтоватыми лучами, наполнял ночь полупрозрачным мерцанием: казалось, будто они едут через сияющее облако, отдыхающее на вершинах тёмных деревьев.

Добравшись до большой дороги, они вновь повернули на юг.

– Хорошо бы уйти подальше отсюда до восхода солнца, – спокойно заметил Волк, – но поскольку мы не желаем никаких неприятностей, держите глаза и уши наготове.

Всадники пустили лошадей галопом и, к тому времени как туман стая жемчужно-серым в свете наступающего утра, оставили позади добрых три лиги. У перекрёстка Хеттар внезапно поднял руку, давая сигнал остановиться.

– Что случилось? – встревожился Бэйрек.

– Конский топот. Скачут сюда.

– Ты уверен? Я ничего не слышу.

– Не меньше сорока, – твёрдо объявил Хеттар.

– Ну да, – подтвердил Дерник, склонив голову к плечу. – Прислушайтесь.

Из тумана донёсся слабый звенящий цокот.

– Можно спрятаться в лесу, пока они не проедут, – предложил Леллдорин.

– Лучше оставаться на дороге, – покачал головой Волк.

– Сейчас я всё улажу! – уверенно заявил Силк, выехав вперёд. – Не в первый раз!

Путешественники тронули коней и не спеша отправились навстречу неизвестности.

Всадники, появившиеся из белой пелены, блистали стальными доспехами: латы, наколенники, круглые шлемы с треугольными забралами; выглядели они во всём этом великолепии как некие невиданные насекомые.

Цветные флажки развевались на наконечниках длинных копий, на лошадях – тяжеловесных, огромных животных – также были латы.

– Мимбратские рыцари! – прорычал Леллдорин, глаза мгновенно побелели от ярости.

– Держи свои чувства при себе, – посоветовал Волк, – а если к тебе обратятся, отвечай таким образом, чтобы тебя посчитали за их прихвостня, вроде Берентейна, Лицо Леллдорина мгновенно отвердело.

– Делай как велено, Леллдорин, – вмешалась тётя Пол, – не время показывать храбрость.

– Стоять! – скомандовал предводитель, опуская копьё так, что наконечник почти упёрся в грудь Силку.

– Пусть кто-нибудь приблизится, чтобы я мог говорить с ним, – повелительно объявил он.

Силк выдвинулся на шаг и льстиво заулыбался.