Александра Руда - Ола и Отто 2

Ознакомительный фрагмент

Я представила себе эту картину и содрогнулась.

— Не надо, я лучше какой-нибудь лирин порошочек выпью.

— А самолечение вредно…

— Что это тебя на мораль потянуло? — спросила я, роясь в лекарственных запасах соседки.

— Просто, — вздохнул полугном, — я волнуюсь. Блондин прислал письмо. Приглашает на деловую встречу.

Я закашлялась, отчего горький порошок пошел не в «то» горло.

— Встречу?

— Настоятельно советовал нам прийти и обсудить перспективы развития алкогольной коммерции, — лучший друг протянул мне письмо.

— Я знала, что рано или поздно этим закончится, — помрачнела я. — Он же еще на Летнем балу предупреждал о своем интересе в нашем деле. Что предпримем?

— На встречу пойдем, — сказал полугном. — Но позиции сдавать не будем. Сама знаешь, сколько на нас завязано.

Я кивнула, читая безукоризненно вежливое послание Блондина. Мы были посредниками между владельцами кабачков и мелкими производителями различных алкогольных напитков. Гномы-поставщики не станут иметь дело с Лимом. Во-первых, у Блондина есть свои интересы и связи в аристократических кругах, во-вторых, его отец слишком хорошо известен своими высказываниями типа «всех гномов — в резервации, и молоты — им в руки», «эльфов — запереть в Сумеречных горах, пусть стреляют на пользу людям». В-третьих, аппетиты Лима очень нескромные, значит, — прибыль упадет, а это нашим поставщикам ой как не понравится!

— Почему он прицепился именно к нам? — спросила я, борясь с желанием чихнуть. Проклятый порошок! Прав был Отто, самолечение вредно. — Не мы одни занимаемся поставками алкоголя. Тем более, что наши клиенты — это капля в море!

— Ну, насчет капли ты преуменьшаешь, — обиделся полугном. — А на счет всего остального я уже думал. Мы самые слабые — это раз. У нас нет команды, которая бы стала за нас грудью, а все наши поставщики находятся далеко отсюда. Мы занимаемся мелкими партиями редкого спиртного — это два. Уверен, что Блондин прикупил себе какую-то пивоварню и хочет занять нашу нишу. Или кто-то из его дружков не знает куда сбыть свой товар.

— Так пусть идет договаривается с владельцами кабачков! Здоровая конкуренция им только на пользу.

— Конечно, но договариваться — это не аристократическое дело. Лучше прийти на все готовенькое. К тому же, что может сравниться с гномьим алкоголем? Разве люди могут гнать такой самогон?

— Люди еще не то могут, — хмыкнула я, вспомнив свою соседку по улице. Она умела превратить в крепчайший самогон все, что угодно: от вполне съедобных продуктов, до содержимого мусорника. Капитала она на этом не сделала, потому что продукт моментально распивался ею же самой и ближайшими собутыльниками. Тем не менее, факт изобретения чудо-аппаратов для самогоноварения остается фактом.

— И три, — сказал Отто серьезно. — Он тебя не любит…

— Это не новость, — отмахнулась я. — Тебя он тоже не любит.

— Согласен, — сказал полугном и покраснел, видимо вспомнив, как Лим пытался подставить его деловую мужскую репутацию. — Но тебя он не просто не любит. Ты вызываешь у него злость и зубовный скрежет.

— Это с чего же такие бурные эмоции? — спросила я.

— Ты ему не дала, — просто объяснил Отто. — Ты много знаешь девушек, которые бы отказали Блондину? Да еще в грубой форме? Да ему нас раздавить — дело чести!

Я схватилась за голову, поняв в какую ситуацию мы попали.

— Может, — предположила я, удивляясь собственным словам, — дать Блондину? Тогда он от нас отстанет, как ты думаешь?

Лучший друг вытаращился на меня, как на чудо природы.

— Вот уж не ожидал… — пробормотал он.

— Что? Я не хочу спать с Блондином! — Разозлилась я. — Я просто пытаюсь спасти наше дело доступными для меня способами!

— Даже не думай об этом, — отрезал полугном. — Этот способ для тебя не доступен!

— Тем более, — продолжил он, помолчав, — если Блондин тебя… э-э-э… подомнет, то наше дело эта же участь будет ждать со стопроцентной вероятностью.

Я поняла, что на самом деле Отто уже обдумал вероятность того, что я пересплю с Блондином, чтобы он от нас отстал. Ну да, на войне любые методы хороши.

— Мужчины… — Сказала я с покорностью судьбе. — И почему у вас все мозги набекрень?

— Просто у нас мозги не в ту сторону набекрень, в какую у вас, — объяснил полугном и подмигнул. — Ты пока посиди тут, а я поговорю кое с кем. На встречу пойдем подготовленными…

Я какое-то время просидела в комнате, слушая, как бурчит мой желудок. Потом мне резко поплохело, и стало понятно, что в моем случае самолечение действительно только навредило.

— Порошки и прочие лекарства, — сказала я своей бледной физиономии в зеркале, — ерунда! Лучшее средство лечения от всех хворей — стаканчик качественной водки с нормальной закуской! Дезинфекция прежде всего!

Подавив зарождающееся возмущение в желудке, я пошла в ближайший толковый кабачок, где и заказала себе самое лучшее лекарство, которое придумали существа с развитым интеллектом.

Желудок затих где-то на третьем глотке обжигающей перцовки. Довольно выдохнув, я закусила огурчиком. Хорошо-то как!

Но тут дверь кабачка с треском распахнулась, и внутрь вальяжно вошел Блондин собственной персоной. Вместе со свитой.

— Они будут проходить этой дорогой, поэтому ты следи за окнами здесь, ты — здесь, — отдавал распоряжения он. — Я буду их ждать в «Вензеле», и чтоб я точно знал, сколько отребья они с собой приведут!

— Блондин, — сказал Рях. — Насколько я знаю Олу и Отто, они придут вдвоем…

— Заткнись, — рявкнул Лим, оглядываясь. И тут его глаза полезли на лоб. — Ола?!

Я вылезла из-под стола, куда неудачно пыталась спрятаться, и попыталась улыбнуться Блондину. Вот попалась так попалась!

Прихлебатели аристократа быстро освободили кабачок от посетителей, не смотря на слабые протесты хозяина заведения, и заперли двери.

— Нам надо поговорить, — сказал Блондин, садясь напротив.

Я пожала плечами и допила водку. Помирать, так с музыкой!

— Не смотри на меня так, — попросил парень. — Я хотел поговорить с тобой лично и о личном.

Я осторожно кивнула. Кажется, водка и Лирин порошок вступили в моем желудке в какую-то подозрительную реакцию.

— Ты, наверное, догадываешься, что уже давно нравишься мне, — сказал Блондин с такой улыбкой, будто лизнул сахара с дурман-травой. — Так вот, чтобы долго не размусоливать, я предлагаю тебе отношения!

Я поморщилась. Война в желудке разворачивалась нешуточная.

— Ты меня не правильно поняла, — по-своему истолковал мою гримасу Блондин. — Я прекрасно понимаю, что ты девушка серьезная, и на всякие интрижки не согласна. Поэтому я предлагаю тебе серьезные отношения.