Наталья Самсонова - Игрейн. Леди с надеждой

— Потекут слезы — пальцами не лезь, тогда краска останется на месте. Иди.

Страх вперемешку с благодарностью — все эти приготовления больше нагнетают страх и нервозность, чем помогают успокоиться.

Атолгар похож на себя, и не похож одновременно. Привычная светлая рубаха, темный камзол, штаны и высокие, шнурованные сапоги, на бедре пристегнут кинжал. За правым плечом меч в потертых, не праздничных ножнах. Волосы перехвачены темной лентой, на левой руке браслет-накопитель. Глава Боевого Ковена Атолгар Амлаут, готов к любым неожиданностям, не ждет королевской милости и собирается любой ценой вернутся назад. Он сосредоточен, между бровей залегла морщинка, твердые губы сурово сжаты.

Сегодня немы мы оба, моя рука покоится на сгибе локтя боевого мага и путь наш лежит к вершине надвратной башни — именно там находится портальная площадка. Неслышимой тенью скользит рядом телепортист, тяжело ступает Квинт, то и дело гневно вздыхая. Боец недоволен, по его мнению, следовало идти всем вместе, напомнить Дин-Эйрину кто выиграл Противостояние. Дор Харт высказался против, и Атолгар согласился — дразнить гусей не стоит.

Подцепляю кончиками пальцев флакончик, выпиваю, ищу куда спрятать, и Квинт подставляет мне свою огромную ладошку. Маленький пузырек на его ручище смотрится совсем крошечным. В голове приятно зашумело, тело сковало изморозью. Первое что я поняла — страха перед высотой нет, снадобье знахарки работает. Шаг вперед, другой, воронка поглощает нас. Ледяной ветер и в ноги бьет твердь королевского замка. Атолгар удерживает меня от падения, а я вскидываю голову еще выше, выпрямляюсь, расправляю плечи.

Замок украшен лентами и цветами, королевские стяги трепещут на ветру. Следом за безмолвным слугой мы покидаем портальную площадку, проходим несколько галерей, откуда открывается прекрасный вид на раскинувшийся у подножия замка город.

— Королевская ложа будет по вашу левую руку, миледи. Вы должны присесть в реверансе и замереть — вы приветствуете не только короля, но и королеву. Так же будет…возлюбленная Его величества, — последнее маркиз вытолкнул из себя через силу. Он был сосредоточен, казалось, что его светлые глаза бесцельно скользят по окружающему нас пространству. Это не так, я привыкла к ковенцам, и даже начала немного их понимать. Атолгар смотрел туда, где спрятался бы он сам, возжелай убить кого-либо. Темные углы, тени позади статуй, пространство за стягами и цветочными ансамблями.

Впервые с момента потери памяти я почувствовала магию — пальцы закололо от силы призванной Атолгаром. Молниеносно возникшей и так же исчезнувшей — из темного провала побочного коридора выступила одиозная, легко узнаваемая фигура. Чумной Лекарь собственной клювастой персоной. Целитель которому позволено не снимать шляпу в присутствии дам и особ королевской крови. Позволено потому, что он сам себе это позволил.

— Здравствуй, друг, — маркиз обменялся крепким рукопожатием с целителем.

— Король ценит свою безопасность, — прошелестел безликий голос Лекаря. — С балкона будет плохо видна казнь.

— Но хорошо видны мы, — маркиз помолчал. — Слышно тоже будет. Посадим миледи между нами — прикроем от взглядов.

— Да.

Свет и шум оглушают меня. Контраст по сравнению с прохладной тишиной коридора и ярким, палящим солнцем на широком балконе ошеломил меня. Дергаюсь, желая вернуться в лживую безопасность каменных стен, но Чумной перехватывает мою кисть. Его обтянутые тканью пальцы скользят по моему запястью, лаская и успокаивая.

— Налево, леди, — шипит Чумной. Поворачиваюсь, слепо смаргивая выступившие слезы и склоняю голову на бок. Приседаю так медленно, словно опускаюсь в нечистоты, а не выражаю свое почтение правящей династии. Гневно выдыхает Атолгар, тихо смеется Лекарь, «молодец, девочка».

Маркиз поднимает меня и помогает усесться. Я укладываю руки на подлокотники кресла и вздергиваю подбородок вверх. Видь меня моя старая нянюшка, она гордилась бы собой — моя спина в жизни не была настолько прямой. Старательно расслабляю кисти, иначе руки начнут дрожать, а это приведет к неконтролируемой истерике. Я знаю. Стоит только дать себе слабину и все, дальше будет не остановиться.

На помосте скачут артисты, полуодетые девицы танцуют высоко задирая тощие ноги. Худощавые мальчишки в ярких костюмах жонглируют палаческими принадлежностями, из тех что полегче. Толстый клоун прилаживает голову к плахе и получает пинок под зад. Толпа ликует, толпе хорошо и весело.

— День триумфа династии Кардоргов.

— Ты, правда, так думаешь? — Атолгар не поворачивает головы, и Чумной Лекарь хохочет, сотрясаясь всем телом. Его смех горек, и мне сильнее хочется плакать.

— Так думает король, так думает двор. Какая разница, что думает простой целитель?

Артисты засуетились, последний раз полетели цветные мячи и помост опустел. Гнусавый рожок возвестил о желании короля высказаться.

— Первый день после недели Свадеб омрачен, — король взял паузу, толпа внимала. — Бунтовщики, сделавшие Противостояние близким каждому из нас, получат по заслугам. У каждого в доме есть свой алтарь скорби, — Кардорг склонил голову и помолчал. — Многие из вас напуганы — казнить заложников мира, значит кинуть вызов Вортигерну, правителю проклятых гуаров!

Толпа заворчала. Никто не хотел воевать, но ненависть к гуарам перекрывала все разумные доводы.

— Этого не будет. За грех отцов отвечают дети, но мы, в милости своей, оставим жизнь дочери предателей гуаров. Они не пощадили Бриаллен, а мы, эйры, пощадим их ядовитую кровь! Игрейн Адалберт, новый залог мира между двумя Динами.

— Встаньте, миледи, дайте своре на себя посмотреть, — философски произнес Чумной Лекарь. — Встаньте, пока вас не вздернул на ноги королевский гвардеец, а милорд не начал безобразную драку.

Сглатываю сухим горлом, встаю. Что ж, девочка, ты хотела знать, как тебя зовут? И где твои родственники? Смотри, боги исполняют твои желания.

Под ногами свистала и улюлюкала безликая толпа, жадное до крови и развлечений чудовище. Что же вы творите, Ваше Величество? Управлять жаждущей крови толпой так же легко, как и понесшей от испуга лошадиной тройкой. Заскрипело кресло, рядом со мной поднялся Атолгар, заслоняя, оттягивая внимание на себя.

— Леди Адалберт, — звучный голос боевого мага, привыкшего орать на своих бойцов, легко перекрыл шум толпы. — Благодарит Его Величество Адеррина X династии Кардорг. Боги наказали ее, лишив голоса, и я, Атолгар Амлаут, обещаю — Противостояния не будет. Миледи не покинет пределов Ковена, не проведет вражеские отряды в беззащитную столицу.