Маргарита Блинова - Одиночка

— А-ха, — тихо отзываюсь, почему-то чувствуя постепенно накатывающую слабость. Словно недавняя вспышка отняла все мои силы.

Все с той же улыбкой Курт зачем-то сажает меня на капот одной из машин и быстро срывает чехол с машинки по соседству. Это темно-красная спортивная модель двухдверной «Мазды».

Я, конечно, не слишком разбираюсь, но авто почему-то оставляет меня совершенно равнодушной. Ну, не понимаю я эти низенькие машинки для двоих.

Распахнув пассажирскую дверь, Курт возвращается за мной.

И все это молча, уверенно, четко. Надо сунуть нос в личное дело Дамиров, может, у них в роду немцы?

— Я могу сама, — пытаюсь соскользнуть с капота на землю и тут же попадаю в капкан из чужих рук.

— Можешь, — согласно кивает лаэрд, относя меня к машине. — Вопрос только, нужно ли проявлять самостоятельность, если взрослый мужчина может позаботиться о тебе?

Пока я обдумываю сказанное, меня быстро устраивают на сиденье и помогают пристегнуться. Быстро обойдя машину, Курт прыгает на место водителя, ревет мотор.

В ожидании, пока откроются ворота гаража, лаэрд поворачивает ко мне голову.

— Хочешь рассказать, что случилось? — в темноте салона, освещаемого только тусклым красноватым светом подсветки, его лицо кажется загадочным.

Молчу и громко соплю заложенным носом.

— Эва, — опять эти интонации, полушепот, который непонятным образом успокаивает меня и делает более мягкой. — Аврора все расскажет Крису, тот мне… Я в любом случае узнаю, что там между вами произошло и чем спровоцирована твоя вспышка. Ты же понимаешь это?

Понимаю, но тем не менее решаю не поддаваться на провокацию и молчу, хотя, надо признаться, выплеснуть обиду в слова хочется со страшной силой.

Он вздыхает и отворачивается, делая вид, что сконцентрирован на дороге.

Скорость

Все в том же молчании мы медленно выезжаем из гаража и останавливаемся у входа. Какой-то незнакомый мужчина выносит и отдает мои вещи, после чего мы с Куртом покидаем коттеджный поселок, проезжаем шоссе и сворачиваем на Кольцо.

Я подтягиваю босые ноги на сиденье и непроизвольно кривлюсь от боли, задев ремнем безопасности ранки на плече.

— Больно? — тут же реагирует Курт, за доли секунды разгоняя машину до сумасшедшей скорости.

Мы несемся вперед, обгоняя, перестраиваясь из полосы в полосу, безбожно нарушая правила. Будь на месте водителя обычный человек, я бы забеспокоилась о своей безопасности, но в реакциях взрослого лаэрда сомневаться было глупо.

Молчание затягивается, и мне почему-то становится неловко от окружающей нас двоих тишины. Радио хоть бы включил!

— Почему вы все так странно отреагировали на то, что Микаэль меня покусал? — спрашиваю первое пришедшее на ум, лишь бы не сидеть молча.

Мужчина кидает в мою сторону быстрый взгляд и резко крутит руль вправо, легко обходя на повороте легковушку.

— Ева, а как много ты знаешь о лаэрдах?

Я задумчиво смотрю вдоль автомагистрали.

Что он имеет в виду, говоря «как много», если я сама узнала о том, что демон, не больше полугода назад, когда Стерва не приняла мое интервью с Мариусом Буркхардом. Именно тогда у меня случился срыв, и демоническая составляющая неожиданно вырвалась на волю. Хорошо, что оперативники УНЗД отреагировали мгновенно, а то терзалась бы я сейчас муками совести над могилкой растерзанного редактора. А так меня сочли полезным в работе кадром и приняли в управление по надзору за демонами.

Большую часть информации о лаэрдах я получила в управлении. В основном это были краткие выжимки знаний, собранных многими поколениями людей. Я была в курсе всех организованных демонами конфликтов, знала подробности спровоцированных военных действий, имела представление о спекуляциях на финансовых рынках, знала о развязанных ими войнах…

Короче, знала я много. Вот только стоит ли демонстрировать мою осведомленность лаэрду, ведущему машину? Нет, лучше не стоит этого делать, иначе он сразу догадается о моей причастности к определенным структурам. А я планирую выполнить хотя бы пункт третий алгоритма действий на сегодня…

— Курт, а давайте вы первый ответите на мой вопрос, а потом уже я на ваш? — невероятно ловко ухожу от ответа.

Мужчина едва заметно улыбается и кивает.

— Мика предлагал тебе интимную близость, — говорит он с такой интонацией, словно зачитывает правило орфографии. — Ты бы знала это, если бы занималась сексом с лаэрдами.

От неожиданности я давлюсь застрявшим в горле воздухом и захожусь в судорожном кашле. Курт участливо поглядывает в мою сторону.

— Лучше? — заботливо уточняет он, а в глазах смешинки. — Так вот, — едва дождавшись моего кивка, продолжает лаэрд, — секс — один из самых сильных наших инстинктов. Мы можем заниматься им в теле людей, демонов и в пограничной трансформации…

— Извините, Курт! — перебиваю в панике мужчину. — Если честно, я как-то не готова обсуждать с вами такое.

Он оборачивается ко мне и смотрит с явным удивлением.

— Какое такое?

— Личное! — возмущенно пищу я и вновь решительно меняю тему: — Вы хотели что-то у меня спросить?

Курт довольно улыбается, так, словно ему понравилось заставлять меня чувствовать смущение и неловкость.

— Мне кажется, слово «интимное» подошло бы сюда гораздо лучше, но как знаешь… — Он обходит еще две машины и поднимает стрелку спидометра до отметки 200. — Значит, секса с демонами у тебя никогда не было?

Я снова захожусь в судорожном кашле.

Блин! Он издевается, что ли?

— Вы это специально? — подозрительно спрашиваю я. — Хотите смутить меня еще сильнее?

Мужчина негромко смеется, нажимает на экране навигатора адрес моей квартирки и немного сбавляет скорость, чтобы не пропустить нужный съезд.

— Просто в тебе так много человеческого, — многозначительно говорит он.

Я в недоумении смотрю на лаэрда. «Много человеческого» — это плохо или хорошо?

Какое-то время мы едем в тишине. Курт делает вид, что сосредоточен на дороге, хотя сам что-то всерьез обдумывает, ну а я… Я наслаждаюсь поездкой, следя за тем, как мимо нас проносится обочина, другие машины, повороты. Наслаждаюсь замиранием в животе, когда машина делает очередной крутой обгон. Наслаждаюсь мягким рычащим звуком мотора…

Лаэрд неожиданно поворачивает голову, и его скулы начинают ходить ходуном.

— Девочка, просто скажи, кто и что с тобой сделал, и я разберусь с ними, — говорит Курт.

— С чего вы взяли, что со мной кто-то что-то делал? — возмущаюсь я.

Он что, думает, я такая маленькая, что не могу сама за себя постоять? У меня же когти, зубы и… паршивый характер!