Джон Марко - Праведники Меча

С трудом припоминая, куда его вел Ричиус, Алазариан нашел дорогу в башню. Подниматься пришлось высоко, так что к концу лестницы он совсем запыхался. Когда он вышел в коридор и осмотрелся, его вдруг снова охватила тревога. Дьяны Вэнтран вообще могло не оказаться в башне. Но нет, она должна быть у себя, дожидаясь мужа. Алазариан постарался овладеть собой, сделав несколько медленных вдохов. Дьяна была его последней надеждой получить хоть какие-то ответы, и Алазариан боялся, что она не станет с ним разговаривать. Или хуже того – что ей нечего будет ему сказать.

«Спокойнее, – напомнил он себе. – Не забывай улыбаться».

Он изобразил ясную улыбку и пошел по коридору, не обращая внимания на великолепные белые камни и ряды дверей. Почти все они были открыты и за ними видны были большие уютные комнаты, однако дверь в конце коридора оказалась закрытой. Возможно, обитательницы комнаты не было на месте. Алазариан решил попытаться: подойдя к двери, он тихо постучался.

За дверью послышалось какое-то шуршание, а потом детский голос. Дверь открылась – и он увидел Длину Вэнтран. При виде него она не скрыла изумления.

– Алазариан Лет? – сказала она с неловкостью. – Извините: Ричиуса здесь нет. – Брови ее чуть сдвинулись, выдавая ее беспокойство. – Я ждала его. Я думала, это он.

– Простите меня, миледи, – вежливо сказал Алазариан, – я не хотел вас тревожить. Но на самом деле я пришел не к вашему мужу. Шакал… э-э… то есть я хотел сказать Ричиус, все еще в лагере, совещается с Пракстин-Таром. Я пришел к вам.

– Ко мне? Зачем?

– Ну, у меня есть для вас известие, миледи. Можно мне войти?

Дьяна Вэнтран пожала плечами и посторонилась, пропуская Алазариана. На полу играла Шани, перебрасывая из руки в руку маленькую деревянную фигурку. Алазариану резная фигурка напомнила русалку. Девочка посмотрела на него и захихикала.

– Триец! – объявила она. – Триец! Дьяна снова смутилась.

– Простите. Она слышала, как мы с Ричиусом говорили о вас.

– Ничего, я не обижаюсь, – сказал Алазариан. Подойдя к девочке, он присел рядом с ней на корточки, рассматривая ее светлые волосы и овальные глаза, удивляясь ее необычным чертам лица. Она не была ни наркой, ни трийкой, принадлежа к обеим расам одновременно – и в то же время ни к одной из них. – Она очень красивая девочка, – сказал он. – Она похожа на вас.

– Вы очень любезны. Хотите пить? Я могу вам что-нибудь найти.

– Нет, – отказался Алазариан. Он выпрямился. – По правде говоря, мне нужно было с вами поговорить.

– Да, вы говорили про какое-то известие. – Дьяна вопросительно посмотрела на него. – В чем оно заключается?

– Вы помните человека по имени Фалгер? – спросил он. Лицо Дьяны тут же подобрело.

– Фалгер! – откликнулась она. – А что? Вы с ним знакомы?

– По дороге в Люсел-Лор я проезжал через Экл-Най. Когда мы подъехали к городу, нам навстречу выехали всадники – трийцы. Они повели нас в старинную нарскую башню, одну из тех, которые оставили имперцы. Экл-Най населен одними беженцами. Некоторые даже пришли из этих мест, спасаясь от войны Пракстин-Тара.

– Продолжайте! – попросила Дьяна.

– Один из трийцев отвел нас в башню, к своему предводителю, – продолжил свой рассказ Алазариан. – Это был человек по имени Фалгер. Он помог нам. Он рассказал о войне, которая идет здесь, в Таттераке, и снабдил нас провизией и снаряжением. А еще он дал нам карту, чтобы мы смогли вас найти.

Дьяна кивнула:

– Это похоже на Фалгера.

– Он сказал, что знаком с вами, миледи, – с улыбкой добавил Алазариан. – Он очень живо вас помнил.

Его собеседница отвела взгляд.

– Он – хороший человек, – мягко сказала она. – Мы вместе шли в Экл-Най. Он старался обо мне заботиться.

– Он не рассказывал мне о ваших отношениях, но говорил о вас очень тепло. Я пообещал ему передать вам привет и сказать, что у него все в порядке. Мне показалось, что для него это важно.

– Очень мило с вашей стороны, что вы мне это передали, Алазариан, – сказала Дьяна. – Спасибо вам. Я часто о нем думала, но с тех пор очень многое переменилось. – Она обвела взглядом огромную комнату. – Когда-то мы с Фалгером были так бедны! А теперь – посмотрите на меня!

Алазариан послушно посмотрел. Она была поразительно красива, и он перестал удивляться, что ради нее Вэнтран бросил Арамур. Само ее присутствие кружило голову.

– Спасибо вам за то, что вы мне это сказали, – говорила тем временем Дьяна. – Если вы снова увидите Фалгера, когда придете в Экл-Най, то передайте ему мой привет. Скажите ему, что я здорова и что часто о нем думаю. И расскажите ему, что война здесь закончилась и ему ничего не грозит. Вы окажете мне такую услугу?

– С радостью, миледи. Но, по-моему, ваш друг Фалгер человек независимый. Я не уверен, что ему захочется покинуть Экл-Най.

Дьяна рассмеялась.

– В этом вы правы. Он… как это выразиться по-нарски?… Смутьян!

– Да, – согласился Алазариан. – Но я с радостью передам ему ваш привет. Или его может передать ваш муж – я не обижусь.

Одного только упоминания о Ричиусе оказалось достаточно, чтобы Дьяна помрачнела.

– Как пожелаете.

– Извините, миледи, – пролепетал Алазариан. – Наверное, мне не следовало о нем упоминать.

– Это не страшно, – ответила Дьяна. – Отъезд Ричиуса для меня не секрет. – Она прошла к дочери и села рядом с ней на пол, занявшись деревянной игрушкой Шани. Шани посмотрела на мать не без досады, явно мечтая получить игрушку обратно. – Ричиус сегодня придет сюда. Это будет последняя ночь, которую мы проведем вместе перед долгой разлукой.

Ее голос звучал отстраненно и печально. Алазариану захотелось ее утешить.

– До Арамура далеко, миледи. А первый день лета уже приближается. Чтобы успеть туда вовремя, нам надо срочно отправляться.

– Знаю, – отозвалась Дьяна. – Мне просто жаль, что все сложилось именно так, а не иначе. Простите, но мне жаль, что вы вообще сюда приехали.

Алазариан не обиделся.

– Я не виню вас за то, что вы на меня сердитесь, – сказал он. – Но боюсь, что у меня не было выбора.

– Я ни на кого не сержусь. Даже на Ричиуса. Как и у вас, у него нет выбора. Я надеялась, что этот день никогда не наступит, но Ричиус должен это сделать. Так я ему и сказала.

– Правда? А мне показалось, что вы двое… ну… поспорили из-за этого.

– О?

– Извините меня, миледи, но вашему мужу плохо. Он тревожится из-за вас и ребенка. Вы его тревожите. Я решил, что вы не дали ему своего благословения.

– Я не давала ему благословения, – уточнила Дьяна. – Я просто сказала ему, чтобы он поступал так, как ему велит долг. Вы не знаете Ричиуса, Алазариан. Вам кажется, что ему не был дорог Арамур, что он просто бросил свою страну и больше не оглядывался. Ну, так вы ошибаетесь.