Eugene - Гимн неудачников

И именно от него исходило зло.

Зло мельчайшими капельками тумана висело над водой, плескалось в каменном ложе, зло излучали стены, зло смотрело на меня — так знакомо и пристально. И взгляд этот был расчетлив и полностью разумен.

И что-то появилась у меня идея насчет причин, почему Ниморский Лес так себя ведет…

— Потому что я создал ее для того, чтобы она охраняла это место, — произнес человек, сидящий на бортике. — И от меня тоже.

— Рассеиватели, ведь так? — я шагнул к бассейну. — Опыты с водой?

Град кивнул:

— Рассеиватели были признаны неликвидными и сняты с производства. Вода поглощала магию, но после становилась порченой. Ниморцы сливали ее в специальные резервуары, потому что так и не научились очищать.

А если что-то долго оставлять без присмотра, то рано или поздно там заведется какая-нибудь бяка. И, судя по состоянию жемчужной сферы, она близка к тому, чтобы отрастить ложноножки и отправиться завоевывать мир. Или раскрыться и выпустить то, что там зрело долгие годы…

— Но зачем, зачем ее охранять?!

Глаза умертвия были столь же чисты и безмятежны, как вода:

— Потому что она в любой момент может просочиться в грунтовые воды, и тогда на поверхности начнется мор.

— Забери меня Зверь-из-Бездны, — Беда со стоном вцепился в волосы. — Забери меня Зверь…

Я отвернулся, пытаясь хоть так избежать давящего взгляда, но теперь появилось четкое ощущение, что враг уже дышит в спину. Немного поодаль от лифта виднелась маленькая дверка — скорее всего, в технические помещения, а рядом с ней висела полустертая металлическая табличка:

"О…кт 1…етственные: Рэм…лой, Нэт Лоза. Перед ухо… не за…айте выключать свет и запирать дверь".

Нэт Лоза.

Лоза.

Нэт.

— Какого рода порча? — спросил Смерть.

Не может быть. Это просто совпадение.

— Энергия. Много темной энергии. Эта вода впитывала все эмоции, что чувствовали пленники и хозяева Холла Томаи. Ненависть, ярость, боль… Очень много.

Хм, а вот кто станет охранять объект номер раз сейчас?

— Но для меня — лишь капля в море, — умертвие свесил с бортика руку и кончиками пальцев коснулся воды.

Быстрее всех среагировал Смерть. Я все еще соображал, что происходит, а Беда упрашивал выдать ему вид на жительство в Бездне, когда колдун одним рывком зашвырнул нас в кабину лифта, долбанув по кнопке "вверх". Но я еще успел увидеть, как вода разом гаснет, как будто кто-то повернул рубильник.

— Карма… что это было?

— Сорвался. Выжрать такое количество темной энергии за раз — крышу снесет, — лаконично пояснил Смерть, напряженно к чему-то прислушивающийся.

— Он еще Ильду создал, — прорыдал от смеха приграничник. — Создал! Высшую нежить! Чтобы самого себя не пустить к кормушке! А я-то: заговор, демоны…

Колдун развернулся и влепил ему затрещину, по моему, не столько ради помощи, сколько по зову души. Не помогло. Вообще.

— Так. Тихо, — я прислушался к собственным ощущениям, вынеся двух черных придурков за скобки. А в Холла Томаи царило затишье: исчез взгляд, исчезла темнота по углам, от которой не спасали никакие лампы, исчезла даже гнетущая атмосфера, обосновавшаяся в разрушенных коридорах навсегда. Ничего. — Если Град выпил абсолютно всю магию, что здесь годами копилась, то мы — единственные живые люди в пустых подземельях, набитых…

Двери лифта распахнулись.

— …умертвиями-энерговампирами, — закончил я. — А мы им двери открытыми оставили.

В меня вцепилось сразу несколько рук, вытаскивая наружу, а вот Смерть комитет по встрече сдвинуть с места просто так не смог. Беда забился в угол, шаря в сумке в поисках самого-самого убойного артефакта, но даже я был в курсе, что стоит толпе нежити почуять магию — и нас разорвут на кусочки.

— Только не применяйте магию. Только не применяйте магию…

— Заткнись! — огрызнулся колдун, которого все-таки выволокли наружу.

— Мне жаль, — тихо сказал заклинатель.

Вот он другого момента повиниться не нашел? Потом, всем потом. Исходные данные: толпа мертвяков. Плюсы: только что воскрешенные, а значит тупые и бестолковые. Минус: их много. Очень много. Но они пока не нападают, а значит, есть шанс, что нас пока не воспринимают как добычу…

— М-м-м… счастливо оставаться, — Беда прощально взмахнул рукой, что-то брякнуло, и освобожденные створки лифта захлопнулись.

— Смерть, — я смотрел на позеленевший бронзовый бубенчик под ногами. — Когда ты в следующий раз встретишь своего лучшего друга, не надо вызывать его на дуэль, задавать вопросы и искать несуществующую совесть. Просто сразу оторви ему голову.

Колдун только полыхнул в ответ черными глазами, и толпа воскрешенных качнулась вперед…

— Цыц! Пошел с дороги! — в тылу врагов наметилось активное оживление. Нечто ярко-рыжее прорвалось вперед и с визгом повисло на шее восьмерки. — Черниченька!

Среди безликих оживленных кукол она выделялась, как луч солнца в пасмурный день. В распущенных огненных волосах звенели цепочки с зазубренными крючьями на концах, тонкие руки увешивали свернутые в кольца стальные полоски с подвесками, потрепанную одежду усеивали металлические блестящие пластинки, так, что бренчащее железо волочилось за ней по полу. И все это громыхающее чудо с размаху налетело на колдуна, едва не опрокинув.

— Что-то ты бледненький, — бывшая друидка отпустила жертву и заботливо поправила ему воротник длинными когтями. — Ты хорошо кушаешь?

В залитых синевой глазах плескалось море заботы. По-моему, Смерть предпочел бы битву с нежитью.

— Нас тут самих… скоро скушают, — я вцепился в ухватившуюся за куртку зеленоватую руку с начал отгибать пальцы по одному. Долговязый маг с раскраской на лице смотрел с обидой, но мешать не мешал. Появление Колючки сбило их с толку, но все эти самого предрассудительного вида типы уже приходили в себя, вновь начиная тянуть лапки к двум живым. Вряд ли они особо осознавали, что делали, но инстинкты хищников говорили воскрешенным, что вот эти двое создания с пульсирующей теплой кровью — их законная добыча.

Колючка посмотрела на меня, как на пустое место, и на каблучках развернулась к поджидающей нас стае, срывая с плеча моток проволоки и швыряя ее в толпу.

— Кыш, я сказала!

Металлический клубок развернулся в шипастую сеть, отгораживая узкий проход и тесня нежить в сторону. Те запоздало навалились на неожиданную преграду, но проволока прогнулась и выстояла.

— Я их задержу, — проворковало потустороннее существо, вновь оборачиваясь к колдуну. — Уходи скорее. До встречи, люби-мый!