Джоан Кэтлин Роулинг - Гарри Поттер (сборник 7 книг) (ЛП)

Ознакомительный фрагмент

Горячая кровь залила руки Гарри, он ощутил жгучую боль выше локтя. Один из длинных ядовитых клыков вонзился ему в плечо, и в тот же миг василиск в конвульсиях рухнул на пол, сломав свой клык.

Гарри сполз вниз по стене. Схватил клык, вливавший яд в его тело, и выдернул из руки. Но было поздно: вокруг раны медленно расползалась боль, точно к руке прикоснулись раскаленным железом. Он выронил клык, увидел свою кровь, пропитавшую мантию, и зрение у него затуманилось. Сумрачная комната расплылась, стала вращаться. В глазах вспыхнуло что-то красное, и Гарри услышал рядом тихое постукивание когтей.

- Фоукс, - язык ворочался с трудом. - Ты молодчина, Фоукс.

Птица приблизила красивую голову к кровавой ране на руке Гарри.

Прозвучало эхо шагов, и перед ним возникла смутная тень.

- Умираешь, Гарри Поттер, - раздался голос Реддла. - Можно сказать, умер. Даже птичка Дамблдора поняла. Видишь, Поттер, она плачет.

Гарри сощурился. На мгновение проявилась голова Фоукса и тут же исчезла, но мальчик успел увидеть - крупные жемчужины слез сбегали вниз по ее глянцевым перьям.

- Я побуду с тобой, посмотрю, как ты умираешь. Можешь не спешить. Ни мне, ни тебе торопиться некуда.

Голова у Гарри кружилась, он впал в дрему.

- Вот так кончил свой земной путь знаменитый Гарри Поттер. - Слова Реддла долетали откуда-то издалека. - Один в Тайной комнате, покинутый друзьями, сраженный наконец Темным Лордом, которому он столь неосмотрительно бросил вызов. Ты скоро снова будешь вместе со своей ненаглядной матушкой-грязнокровкой. Она думала, что купила тебе двенадцать лет времени, но на самом деле взяла его взаймы. Лорд Волан-де-Морт востребовал долг и получил его. Ты и сам понимаешь, Гарри, это справедливо.

Если это и правда смерть, подумал Гарри, то не так уж она и страшна. Боль постепенно утихала.

Но может, это не смерть? Комната приобретала четкие очертания. Гарри легонько потряс головой: вот он, Фоукс, все еще припавший к руке, жемчужная лужица слез затопила рану. Но где же она? Никакой раны на руке не было.

- Убирайся прочь, феникс! - неожиданно загремел Редцл. - Убирайся сию же минуту!

Гарри поднял голову. Реддл направил на Фоукса его волшебную палочку, что-то грохнуло, как пистолетный выстрел, и феникс взлетел, закружившись в красно-золотом вихре.

- Слезы Феникса, - протянул Реддл в задумчивости, глядя на руку Гарри. - Ну, разумеется, как я про них забыл. Но это мало что меняет. На самом-то деле я предпочитаю единоборство - только ты и я, Гарри, ты и я…

Реддл поднял волшебную палочку.

Мощно взмахнув крыльями, Фоукс стремительно пронесся над головами противников, и что-то упало к Гарри на колени - дневник!

Какую-то долю секунды оба, и Реддл, и Гарри, смотрели на него. Затем, не раздумывая, как бы по наитию, Гарри схватил лежавший на полу клык василиска и воткнул его прямо в сердцевину дневника.

Грянул долгий, продирающий до мозга костей вопль. Чернила потоком хлынули из дневника, по рукам Гарри потекли ручьи, заливая пол. Реддла корчило и выворачивало, он бился и визжал, а потом…

Потом он сгинул. Волшебная палочка Гарри со стуком упала на холодные плиты, и наступила тишина. Полная тишина, нарушаемая лишь упорным «кап, кап, кап» - это чернила все еще сочились со страниц дневника: яд василиска прожег в нем шипящую сквозную дыру.

Гарри с трудом унял сотрясавшую его дрожь.

Голова кружилась, будто он только что отмахал невесть сколько миль, подхваченный «летучим порохом». Гарри неспешным движением подобрал Шляпу, волшебную палочку, спрятал ее и с неимоверным усилием извлек блестящий меч из пасти василиска.

В противоположном конце комнаты послышался слабый стон. Джинни пошевелилась, Гарри бросился к ней, но она уже села. Ошеломленный взгляд обежал колоссальных размеров мертвого василиска, Гарри в намокшей от крови мантии, черный дневник. Она глубоко, судорожно вздохнула, и по лицу ее заструились слезы.

- Гарри… Гарри, я пыталась все рассказать тебе за завтраком, но я не могла говорить в присутствии Перси. Это была я, Гарри, но, правда, правда, я не хотела… Реддл заколдовал меня, командовал… А как ты убил эту… эту зверюгу? Где Реддл? Последнее, что я помню, как он вышел из дневника…

- Все хорошо, Джинни. - Гарри показал ей дыру в дневнике от клыка василиска. - Видишь? С Реддлом покончено - и с ним, и с василиском. Пойдем отсюда. - Гарри помог ей подняться на ноги.

- Меня исключат, - плакала Джинни. - Я так мечтала поступить в Хогвартс - с тех самых пор, как в школу пошел Билл. А теперь мне придется уйти. Что скажут папа с мамой?

Фоукс ждал их, паря у выхода из Комнаты. Гарри подтолкнул Джинни вперед, они перелезли через мертвые кольца василиска, прошли сквозь гулкий, отвечающий эхом сумрак и снова оказались в тоннеле. Каменные двери сомкнулись за ними с тихим шипением.

А через несколько минут они уже слышали звуки передвигаемых камней.

- Рон! - крикнул Гарри, ускоряя шаги. - Джинни жива! Она здесь, со мной рядом!

Рон что-то воскликнул в ответ, и за следующим поворотом они увидели его горящее нетерпением лицо в изрядных размеров проеме, который он ухитрился проделать в завале.

- Джинни! - Рон просунул руку через пролом, чтобы втащить сестру первой. - Ты жива! Не верю своим глазам! Что с тобой случилось? - Он попытался обнять ее, но Джинни, всхлипывая, отстранилась.

- Ты в порядке, Джинни, это главное! - Рон радостно улыбался. - Все страшное позади…

Вслед за Джинни в пролом влетел Фоукс.

- Это еще что за птица? Откуда она взялась?

- Это птица Дамблдора, - ответил Гарри, протискиваясь в брешь.

- А откуда у тебя такой потрясающий меч? - Рон изумленно вытаращился на сверкающее оружие в руке друга.

- Все расскажу, давай только скорее отсюда выберемся! - Гарри мельком взглянул на Джинни.

- Ну, хоть немного…

- Не сейчас, - отрезал Гарри. Он не хотел наспех рассказывать Рону, кто открыл Тайную комнату, и уж тем более не в присутствии Джинни. - А Локонс где?

- Он там, - ухмыльнулся Рон, махнув рукой в сторону выхода. - Дела у него неважные. Пойдем увидишь.

Вслед за Фоуксом, чьи широкие крылья испускали в темноте мягкое золотое сияние, они скоро добрались до устья трубы, где сидел с самым добродушным видом Златопуст Локонс и что-то безмятежно мурлыкал себе под нос.

- Ему отшибло память, - объяснил Рон. - Его заклятие Забвения ударило, как бумеранг, по нему самому. Нам ничего, а он понятия не имеет, ни кто он, ни где находится, ни кто мы такие. Сам для себя опасен. Я велел ему идти и ждать нас у выхода.

Локонс окинул всех радостным взглядом: