Маргарет Уэйс - Драконы Погибшего Солнца

Взволнованный, он оставил шатер командующего и ушел готовиться к битве. Глокоус остался.

Коннал вернулся к своей работе. Советник не произносил ни слова, но генерал чувствовал его присутствие, как можно чувствовать на себе взгляд голодных глаз.

– Оставьте меня. У меня есть важные дела.

– Ухожу. Я только хотел подчеркнуть то, что говорил вам прежде. Король должен остаться невредимым.

Коннал вздохнул и поднял на него глаза.

– Если с ним что-то и случится, то не по моей вине. Я не великан, чтобы убивать себе подобных. Вчера я несколько погорячился. Я прикажу своим людям охранять его так, как если бы он был моим сыном.

– В таком случае прекрасно, генерал, – улыбнулся Глокоус своей очаровательной улыбкой. – Мне стало значительно легче. Все мои надежды на эту землю и на ее народ связаны с этим юношей. Сильванеш Каладон должен править много лет. Как правил в свое время его дед.

– Может быть, вы передумаете и отправитесь с нами, Кайрин? Этому сражению суждено остаться в памяти многих поколений!

Вокруг Сильвана суетился один из его приближенных, пытаясь застегнуть ремни великолепного королевского панциря, украшенного золотой насечкой. Дело оказалось нелегким, кожа была новой, жесткой, и ремень с трудом лез в предназначенное для него отверстие. Сильван томился от нетерпения, и его переминания с ноги на ногу плохо помогали делу.

– Я могу попросить Ваше Величество минутку постоять спокойно? – воззвал наконец измученный оруженосец.

– Извините. – И король целую минуту оставался неподвижным. Затем обернулся к Кайрину, который сидел на походной кровати, наблюдая за происходящим. – Я мог бы одолжить тебе комплект доспехов. У меня есть еще один, совсем новый.

Кайрин покачал головой:

– Мой дядя дал мне поручение. Я буду осуществлять обмен донесениями между офицерами разных частей. Но доспехи мне не нужны. Придется скакать налегке.

В это время раздался громкий звук боевой тревоги. Сильван от волнения резко дернулся и разрушил работу целой четверти часа.

– Враг на горизонте! Поскорее, пожалуйста!

Оруженосец вздохнул и удвоил старания. Кайрин присоединился к нему, и вдвоем они снарядили короля в битву.

– Я бы обнял тебя на счастье, кузен, – сказал Кайрин, – однако боюсь, что после этого мне неделю придется ходить покрытым синяками. Но я все равно желаю тебе удачи, – продолжал он уже серьезно, сжимая руку Сильвана, – хотя не сомневаюсь в том, что она тебя ждет.

Сильван на мгновение стал грустным.

– Сражение – это капризная девка, как говаривал Самар. Храбрость одного человека может выиграть битву. Как и трусость другого – погубить все дело. Вот чего я боюсь больше всего, кузен. Больше, чем смерти. Вдруг я окажусь трусом на поле битвы. Мне приходилось видеть такое. Видел я, как храбрый взрослый человек ползал на коленях, прося пощады, рыдая и дрожа, как малое дитя.

– В твоей крови живет отвага матери и сила отца, – поспешил успокоить его Кайрин. – Ты не подведешь ни своих людей, ни самого себя.

Сильван глубоко вздохнул, втягивая ноздрями напитанный ароматами полей воздух, и медленно выпустил его. Утренний солнечный свет лился с небес, подобно теплому меду. Все было знакомо ему: и шум приготовлений к битве, и запах кожаных доспехов и лошадиного пота. Среди этих звуков и запахов он был рожден, их он привык бранить, но в то же время странно скучал без них. Его детской комнатой было поле сражения, а шатер командира – его колыбелью. Здесь он чувствовал себя дома больше, чем в своем роскошном дворце.

Сокрушенно улыбнувшись своим мыслям, он вышел из шатра, его латы ослепительно засверкали на солнце, и войска радостно встретили его приветственным «ура».

Планы битвы были предельно просты у обеих сторон. Эльфы выстроились рядами на поле, лучники остались в арьергарде. Армия Неракских Рыцарей тонкой линией протянулась среди деревьев пологого склона, надеясь соблазнить врага на открытое выступление.

Но Коннал был слишком опытным командиром для того, чтобы попасться в такую нехитрую ловушку. У него имелось достаточно терпения, а если солдатам его не хватало, то он твердой рукой удерживал их. И у него было время, сколько угодно времени. А Неракские Рыцари, лишенные припасов и отрезанные от подмоги, его не имели.

Ближе к полудню резкий звук одинокой трубы прозвучал с холма. Эльфы схватились за оружие. Армия Тьмы покатилась на них, выкрикивая оскорбления и угрозы. Стрелы с обеих сторон поля взвились в небо, покрывалом смерти накрыв передние отряды, которые ошиблись друг с другом в оглушительном скрежете металла.

Когда схватка стала жаркой, Сильван и его конный эскорт галопом помчались в сторону леса на запад. Деревья скрывали их немногочисленную группу, и они, никем не замеченные, обогнули фланг собственной армии, пересекли линию фронта и зашли во вражеский тыл. Никто по-прежнему не замечал их, сражавшиеся видели только друг друга. Достигнув намеченного края поля, Сильван, подняв руку, дал команду остановиться. Он осторожно подъехал к опушке леса, взяв с собой командира генеральской охраны. Они стали всматриваться в то, что происходило на поле битвы.

– Выслать разведчиков, – приказал король. – Им следует разузнать, где находится предводитель вражеского войска, вернуться и доложить.

Разведчики поскакали вперед к кромке леса, Сильван оставался на месте, следя за ходом битвы.

Битва шла врукопашную. Сейчас, когда стороны сошлись в смертельном объятии, стрелы были бесполезны. Сначала король не понимал, на чью сторону клонится чаша весов, но спустя несколько мгновений ему стало казаться, что эльфы одерживают вверх.

– Славная победа ждет нас, Ваше Величество, – торжествующим тоном обратился к нему командир охраны. – Противник отброшен!

– Да, вы правы, – согласился король, но при этом нахмурился.

– Ваше Величество чем-то недовольны? Но наша армия бьет этих рыцаришек!

– На первый взгляд это так. Но если вы присмотритесь внимательно, командир, то увидите, что враг не бежит в панике. Они отступают, это верно, но их отступление продуманно и организованно. Видите, как они держат линию? Стоит только упасть одному, и второй заступает на его место. Наши же войска, напротив, – с гримасой отвращения сказал король, – уподобились каким-то дикарям!

Действительно, эльфы, увидев, что враг отходит, сломали ряды и кинулись преследовать его беспорядочной толпой, не обращая никакого внимания на приказания своих командиров. Тщетно рев рожков заглушал крики и стоны раненых и умиравших, чья битва уже окончилась. И наоборот, Рыцари Тьмы, как заметил Сильван, внимательно прислушивались к позывным трубы и беспрекословно подчинялись приказам, в то время как эльфы, словно обезумев, были глухи ко всему.