Алексей Фирсов - ДРАКОНЫ СЕВЕРА

Ворота я не открою. Ступайте в лагерь, а завтра я всем выдам по 100 талеров! И мы выкатим 100 бочек монастырского вина! Отпразднуем встречу!

— Не слушайте его! — Орал Бойд. — Тащите живо бревно!

Горцы заревели, потрясая факелами, и бревно стало быстро приближаться.

Я спустился вниз на пол башни

— Открыть стрельбу? — Макнилл был рядом.

— Это их остановит?

— Нет, но пыла поубавит.

— Сомневаюсь…

— Есть одна идея…

Габриель откинула с головы капюшон. Пока она не заговорила, никто ее не видел, даже я!

— У тебя есть идея?

— Да, я придумала как охладить пыл горцев…

Глаза Габриель блестели, веселая улыбка расцветала на губах. Я даже немного пожалел горцев, вопящих там внизу у ворот…

— Попробуй…

Габриель повернулась лицом к городу и поднялась на парапет. Она подняла руки вверх и начала говорить заклинание ровным монотонным голосом. Ударило бревно в ворота. Тугой звук — Бум–м–м! Легкая дрожь под ногами…

В городе у ворот раздались крики, лязг железа, топот. Я приблизился к парапету, чтобы увидеть причину, но причина уже была рядом.

Бочка, полная нечистот, плавно поднималась в воздух. Увидев такое, все вокруг разинули рты. Габриель повернулась все так же с поднятыми руками к нам лицом. Тихо шелестя, бочка проплыла над головами и зависла над краем парапета снаружи. Габриель опустила руку. Плеск. Душераздирающие крики. Клубы вони нахлынули снизу. Габриель опорожнила на Бойда и его воинов всю бочку, а потом, плавно отведя в сторону, сбросила в Клайв. Придерживая двумя пальцами ноздри, я заглянул вниз. В месиве дерьма и нечистот барахтались десятки тел, завывая на все голоса и не забывая блевать на своих товарищей и на себя. Факелы потухли. Бревно валялось на мосту.

Истерический смех овладел мною. Я хохотал, держась за живот. Мои люди рядом кисли от смеха, хватаясь друг за друга и просто задыхаясь от хохота. Те горцы, что стояли дальше на мосту, вначале не поняли в чем дело и начали напирать вперед. Но вторая бочка зависла над ними. Завывая от ужаса, парни повернули назад. Парящая в ночном небе огромная бочка подорвала их боевой дух. Правда, убежать они не успели. Потоки нечистот буквально смыли толпу вопящих горцев. Подняв фонтан брызг, бочка рухнула в Клайв и понеслась по течению прочь.

Третья бочка довершила разгром нападавших. Хохот на стенах привлек разбежавшихся было горожан. Они полезли на стены. Крик, шум и громкий хохот! Перемазанные в дерьме, скользя и падая на каждом шагу, горцы плелись обратно на северную сторону Клайва, потеряв оружие и весь свой задор. Среди этих несчастных бедолаг Бойда трудно было отличить…

Этого они мне никогда не забудут!

Я оглянулся, ища глазами Габриель. Но ее уже не было. Она ушла так же незаметно, как и появилась.

Глава 10

Я вернулся от северных ворот в замок далеко за полночь. Улыбка не покидала моих губ. Обычно молчаливые горцы Гвена всю дорогу ржали, как кони, описывая в деталях посрамленное воинство Бойда Макинтайра. Гвен, посмеиваясь, их не одергивал.

В замке я спросил про Габриель. Но ее никто не видел. У магички прорезались новые таланты?!

Сбросив пыльную грязную одежду, в одной рубашке с канделябром в руке, я зашагал вниз в розовый зал.

Но здесь уже горели лампы.

Голенькая Габриель лежала в воде на спине, раскинув руки крестом и закрыв глаза. Намокшие волосы коричневым ореолом колыхались в воде вокруг головы. Плеск воды, падающей в бассейн, заглушил мои шаги. Сбросив рубашку, я тихо приблизился к бассейну и осторожно без плеска погрузился в воду. Медленно, шаг за шагом я приближался к Габриель, предвкушая ее испуг…

Мне оставался всего один шаг, когда она открыла глаза.

— У короля Грегори на уме детские шалости?

— Ну почему же детские? — обиженно протянул я

Она улыбнулась и, опустив ноги на дно, встала передо мной.

— Твои новые таланты просто поразительны!

— Это твоя заслуга, Грегори.

— Моя?

— У источника силы ты перестарался в своем лечении и вернул мне девственность. Магичка-девственница имеет в подчинении совсем другие, более мощные силы!

— О, боги! Габриель — ты девственница?!

— Желаете проверить? Ты удивлен? Но ты вернул мне зрение! В сравнении с девственностью — это гораздо более сложно сделать! Правда, мои глаза с самого рождения были голубыми, как ты смог создать для меня карие?

Вот это новости! Я с трудом перевел дух.

— Каковы твои возможности сейчас?

— Пока еще точно не знаю — она потупилась — Но надеюсь узнать в ближайшее время… Ты разочарован?

Она приблизилась и, обняв меня, поцеловала в губы, нежно, но без тени страсти, как сестра.

— Я, кажется, влюблена в тебя, Грегори… Но я должна беречь свою девственность…

— Но я же смогу ее возвратить тебе в любое время! Да и есть разные способы любви…

— Да? Как интересно! Ты прочтешь мне лекцию?

— Я не профессор, Габриель, я, скорее, готов провести практические занятия…

— Пока только теория, Грегори! Я должна убедиться в своих чувствах да и в твоих тоже…

— Мои чувства на моем лице!

— Ты уже не брезгуешь моим телом? Хочешь, я расскажу о том, что вытворял со мной аббат Эскобар?

— Он уже епископ Лонгфорда.

Фальшивенькая улыбка на лице Габриель сменилась злобным оскалом.

— Я вырежу ему яйца и заставлю сожрать,…Как только он попадется мне…

С разговорами о любви было покончено.

Мы намылили друг другу спины и еще долго плавали в бассейне. Я нырнул под плывущей Габриель, открыв глаза, рассматривал ее гибкое тело. Она при этом словно случайно раздвинула ноги, позволяя полюбоваться бутоном своей розы. Ее насмешливый взгляд встретил меня, когда я вынырнул на поверхность и протирал глаза.

Завернувшись в простыни, мы вместе поднялись в мои комнаты, и Габриель, пожелав доброй ночи, исчезла за дверью.

Утром я проснулся с улыбкой на устах.

После завтрака вызвал к себе Жасса и Пирса.

Они вошли с сообщением, что горцы покинули свой лагерь на северном берегу Клайва, и к рассвету уже все отправились по домам.

Бургомистр объявил в городе сегодня и завтра праздник.

С Жассом мы набросали план перестройки моей армии.

Пехотные тысячи решено назвать реджиментами, а также по месту их нахождения.

Реджимент Гартунга,

Реджимент Хагерти

Реджименты 1-й и 2-й Давингтонские.

Реджименты 1-й, 2-й Клайвские.

Я решил оставить наименование Корнхоллский для новых двух реджиментов, что будут набраны из горожан. Здесь много молодых парней, готовых надеть бардовый камзол и нагрудник, чтобы заработать деньги и славу, а также право на часть трофеев. Кроме того, их я смогу смело использовать против горцев, если потребуется… Урок вчерашний я усвоил.