Тамара Воронина - Душа дракона

Лири, заметив их, быстро растеряла величественность и кинулась Дилю на шею. В прямом смысле: обхватила руками и повисла. Правда, ненадолго, вспомнив о своем ранге.

– Я очень рада видеть тебя снова, Диль.

– Я тоже, принцесса.

Взгляд Лири странно изменился. Она обиделась? Да на что?

– А, я вижу, вы таки нашли его? Всем рыцарям рыцарь, верно, господа?

Господа принялись разглядывать Кая, даже тот, в углу, поднял голову. Совсем юный, чуть постарше Лири, но вряд ли прожил даже четверть века, светлокожий, светлоглазый и хорошенький, как девушка.

Диль не без любопытства наблюдал за будущими спутниками, пока Даер выяснял отношения с Франком. Принцесса тем временем обратила внимание на Кая, и он представился, поклонившись с почтительным достоинством. Эх, научиться бы так, а то выходит простой изгиб в пояснице, вроде небольшой разминки перед репетицией. Артисты умеют кланяться, но благодаря, а не приветствуя.

– Ты не воин, – определила принцесса, – ты рыцарь, верно?

– Франк так говорит, – улыбнулся Кай. – А вы, очевидно, принцесса?

– Очевидно, – уныло согласилась Лири, – потому что других особ женского пола здесь нет. Как они тебя нашли? С Дилем ничего не случилось?

– Почему вы не его спрашиваете?

– Потому что он ни за что правды не скажет.

– Ничего, кроме того что он навек завоевал уважение и дружбу рыцаря, – отвлекшись от беседы с Даером, хохотнул Франк. – Я его не бил, не кусал и голодом не морил. То есть не я голодом морил.

Лири вцепилась в Диля, словно лесной клещ, пришлось объяснять ей, что Франк просто шутил, и даже в темнице никто их голодом не морил, и хлеб давали, и воду, у него и на свободе бывала более скудная пища. Кай тепло улыбался, но, слава богам, не рассказывал о том, как Диль по глупости отдавал большую часть воды эльфу, который может без нее обходиться неделями.

Кай вдруг положил руку Дилю на плечо и прошептал:

– Могу неделями, но это не означает, что я не страдаю от жажды. Ты очень мне помог, очень, друг мой. Клянусь.

Вот покраснеть еще не хватало. Диль думал, что оставил эту привычку в Ванрелле, а вот, оказывается, вернулась. Наверное, никто просто не говорил с ним так… так уважительно. С акробатами уважительно не говорят. Акробаты никому не помогают, разве только друг другу. Рыцари не называют акробатов друзьями.

И принцессы акробатам на шею не прыгают.

– Правда, со мной все было хорошо, – сказал Диль. – В тюрьме я изрядно перетрусил, но это длилось недолго.

– И чего такого страшного в тюрьме? – протянул крючконосый. – Вы, люди, вообще отличаетесь феноменальной трусостью.

Диль не знал, что такое «феноменальный», но удивился: боги знают, сколько он встречал бесстрашных людей. Аури ничего не боялся. Сам он, пожалуй, героем никогда не был, но и не трясся как осиновый лист, так просто потому, что трястись случая не представилось. На него даже дикие звери никогда не нападали, даже собаки в деревнях не особенно облаивали. Животные его любили. Взаимно.

– Бирам Краден, – сообщил крючконосый и после паузы добавил: – Ученый.

Наверное, знаменитый. Он ждал, что его имя известно. Кому – бродячему акробату? Диль не успел подавить улыбку, и ученый ее заметил. Черные бездонные глаза полыхнули такой яростью, что Диль поспешил оправдаться:

– Я всего лишь бродяга, господин Бирам, я никаких ученых не знаю, это не должно оскорбить вас.

– Ну я не бродяга, – лениво сказал Франк, – и тоже о такой научной величине не слыхал. Что открыл? Законы мироустройства? Или определил, чем синяя муха отличается от черной?

Яростный взгляд достался Франку, а блондинчик зло засмеялся. Даже странно. Злость не вязалась с этой милой, почти ангельской внешностью.

Кай снова положил руку на плечо Дилю, и выглядело это как защита. Ну и зачем? Никто его и не обижает. Ученый свысока смотрит? Да и черт бы с ним, мало ли кто на него смотрит свысока.

Но поддержка была приятной. Просто так, без повода. Никто никогда не брал его под защиту. Кроме Аури.

Даер ткнул пальцем в сторону толстяка.

– Хантел Феретис, торговец. Никакого, знаете ли, энтузиазма к миссии не выказывает. Может попытаться сбежать, так что тебе, Франк, придется за ним приглядывать. Сбежать-то он не сумеет, но неприятности доставить может…

Он вдруг замолчал, прислушиваясь к чему-то, потом встал, сделал повелительный жест в сторону Франка и решительно направился к двери. Франк ухмыльнулся, подмигнул Дилю и пошел следом.

В столовой остались люди, которым предстояло исполнить странную миссию. Спасти мир. О боги, ну какой из меня спаситель мира…

Лири за руку подвела Диля к своему креслу и лично придвинула ему стул.

– Ты теперь так и будешь звать меня принцессой, да? И говорить мне «вы»? – Диль подумал и кивнул. – Но это же глупо. Я все та же Лири, которая штопала твое трико и стирала твои носки. Что изменилось? Ты узнал, что я королевская дочка, да? Ну что ты киваешь, язык проглотил?

– Мое отношение к вам не изменилось, – перестал кивать Диль. – Клянусь. Просто я так воспитан. Это в крови. Я не могу говорить «ты» принцессе. У меня язык не повернется.

– Той принцессе ты тоже выкал? – выпалила Лири. Напоминание было болезненным.

– Конечно.

Лири покрутила головой. А волосы у нее красиво уложены, пусть и короткие, но она не кажется уже растрепанным мальчонкой. Не красавица, увы, но симпатичная.

– Красивый этот Кай, правда? Я и не думала, что люди такими бывают.

– Да, верно, – засмеялся Диль, – я все время ловлю себя на том, что хочу им любоваться… ну, словно редким цветком. Франк говорит, что он эльф.

Лири широко открыла глаза и уставилась на Кая со смесью восторга и любопытства. Он беседовал с ученым, а тот все так же драл нос. Лири перевела на него взгляд и поморщилась:

– Мерзкий тип. К тому же вампир, представляешь?

Хорошо, что Диль сидел, а то так бы на пол и шлепнулся. Ладно бы эльфы, почти сказочные герои, но герои сказок добрых, или героических, или таинственных, но вампиры… О них Диль слышал побольше, но ничего хорошего. И находиться рядом с кровопийцей желания не было.

А кто когда интересовался его желаниями? Сказано – миссия, вот и топай. Одна надежда – Кай защитит.

Словно подслушав, Кай ему улыбнулся. Лири вздохнула.

– Ох и хорош. Дух захватывает. Настолько хорош, что даже нереально. В такого и не влюбишься. Потому что таких не бывает. Расскажи, что там с вами случилось?

Диль рассказал. Ушло на это целых пять минут. Или чуток поменьше. Принцесса пришла в ярость, как оказалось, из-за того Франк подверг его опасности. Диль попробовал увести разговор в сторону, начал расспрашивать о торговце, который снова уткнулся в книгу. Даже страницы переворачивал, но все равно казалось, что он только прикидывается. Лири снова морщилась. Не нравилась ей новая компания. Совсем не нравилась. Ничего плохого о торговце она не говорила. Никакой – и все. Словно и нет его.