Олаф Локнит - Проклятие Змея

— Впервые я встретился с Ним на второй год по прибытии на Вадхейм, — рассказывал Руфус притихшим слушателям. — Летом я начал исследовать остров, поскольку тяготился бездеятельностью и жаждал открыть для себя новое — согласитесь, что отрезанный от Закатного Материка клочок суши никто никогда не изучал подробно... На третий день после Летнего Солнцестояния я находился возле перевала, ведущего в глубину острова. Это место находится приблизительно в девяти лигах от Одаля. Заночевал в пещерке. А утром... Он сидел на камне рядом с моим убежищем. Признаться, я вначале не поверил своим глазам — откуда может взяться человек на необитаемом Вадхейме?

— Может быть, ты пояснишь — кто это «Он»? — уточнил барон Юсдаль.

— Он многолик... О Его истинной сущности я могу лишь догадываться, — Руфус смущенно пожал плечами. — Тогда передо мной оказался седобородый старец в сером плаще и темно-синей островерхой шапке с широкими полями. Посох, клинок на боку — очень дорогой меч, я разбираюсь в оружии. Он спросил на асирском наречии, кто я такой. Пришлось представиться — даже в такой дикой обстановке на стоит забывать о хороших манерах. Но более всего меня поразило Его имя — Он представился как Вотан, сын Бора. Понимаете?

Геберих и конуг Хререк одновременно и удивленно воскликнули:

— Вотан? Ты сказал — Вотан?

Отлично понимаю удивление наших варваров — Вотан является одним из самых почитаемых и могучих богов Полуночи. Если верить легендам, он частенько появляется в мире людей; по крайней мере, абсолютное большинство героев нордхеймских саг встречали Вотана именно в таком облике: старый мудрец в сером плаще и с посохом.

— Я тоже был весьма обескуражен, — признался граф Оргайл. — Не подумайте, я верю в богов, однако никогда не полагал, что бога можно увидеть так запросто, в горном лесу, на козьей тропке! Услышав мое имя, назвавшийся Вотаном человек встал, развернулся и ушел по тропе, ничего больше не сказав. Я побежал к Алафриде, рассказал о странной встрече, но ведьма ответила, что я видел не бога и не человека, а... Призрака. Морок и наваждение. Хотя, замечу, призрак этот был до невозможности материален — я потом осмотрел окрестности, на мокрой траве замечались четкие следы сапог, а на ветке орешника я нашел серую нить от его плата.

— Ты наблюдателен, Руфус, — скупо похвалил графа Конан. — И что было дальше? Вы потом встречались?

— Он навещал меня пять-шесть раз за год. Под самыми разными личинами — принимал облик старых друзей, исторических личностей, однажды явился под маской моего отца. Иногда мы разговаривали — в основном он расспрашивал меня о событиях в Аквилонии, о войнах последних десятилетий, но о себе самом ничего и никогда не говорил. Заметил только, что живет на острове несчитаные столетия.

— И ты его не боялся? — недоверчиво спросил Хререк. — Это ведь нежить, оборотень!.. Прости, Темвик, я не хотел тебя обидеть этим словом.

— Ничего, я не обижаюсь, — отмахнулся я.

Было гораздо интереснее слушать Руфуса, чем обращать внимание на случайные оговорки.

— Самое страшное и пережил в Аквилонии, после ареста, — ответил граф Оргайл. — Потерял все — дом, родных, честь, имя... Какой смысл бояться призрака?..

— А что говорила о нем Алафрида? — осведомился Тотлант. — Она живет на Вадхейме целое столетие и должна знать, кто обитает на этой земле!

— В том-то и дело, что никаких внятных объяснений от хозяйки я не добился, — с разочарованием в голосе сказал Руфус. — Алафрида вообще не слишком разговорчива, хотя иногда на нее находит — может целыми вечерами на память читать нордхеймские саги и легенды, многие из них я внес в рукопись, можете потом почитать...

Хозяйка сказала то, что и я вам говорил — не ходи в Долину Дымов, а если призрак появится, гони его поскорее прочь, поскольку от существ иномировых добра не жди. Кстати, Он никогда не приходил в дом Алафриды — находил меня в лесу или на горных тропах... Однако я не уверен, что Он боялся ведьму. А сама Алафрида делала вид, будто кроме нас двоих не острове никого нет. Предпочитала Его не замечать.

— Хорошо, — перебил Руфуса король. – Судя по твоим словам, можно сделать вывод, что это странное существо, способное менять облик, разговаривать и проникать в мысли человека, не несет никакой опасности! За все минувшие годы Он не сделал тебе ничего дурного, просто являлся поболтать... Боги Всеблагие, Кром Громовержец!

Киммериец вдруг схватился за голову и обвел взглядом Тотланта и Халька.

— Такое предположение может показаться невероятным, — выпалил Конан, обращаясь к своему библиотекарю, — но все мы знакомы с одним типом, который тоже умеет превращаться в человека! И не использует при этом магию! Понимаете о ком я говорю?

— Митра Всевидящий, сохрани и убереги, — побледнел барон Юсдаль. — Тицо! Хозяин Небесной Горы, повелитель Зеленого Пламени! Неужели...

— Маленький мерзавец после побега из Тарантим мог вернуться не в Боссонский Ямурлак, а спрятаться на Вадхейме, — продолжил Конан.

— Если маркграф Ройл прав и клад Нифлунгов действительно служил лишь приманкой, способом заставить меня покинуть Аквилонию...

— Остановитесь, — Тотлант сделал властный жест ладонью. — Конан, Хальк, вы перемудрили! До 1288 года Тицо спал в своем ямурлакском убежище, и той же осенью был развоплощен монстром, вызванным из Черной Бездны волшебником Тот-Амоном. Руфус утверждает, что впервые встретился со здешним призраком в 1285 году, сиречь за три года до пробуждения Повелителя Небесной Горы. Не подходит. Самое простое объяснение далеко не всегда является самым верным! И вообще — хватит все наши беды валить на злосчастного пришельца из Дальних Миров! Я убежден: Тицо вновь погрузился в спячку в Ямурлаке и не вылезет из своей берлоги долгие столетия!

— Может, на Вадхейме живет его родственник? — Конан уяснил, что возникшее предположение не оправдано, однако сразу отказываться от своих мыслей было не в характере короля. — Дядя, брат какой-нибудь?..

— Конан, это исключено! — горячо возразил Хальк. — Тицо сам говорил, что раса звездных путешественников крайне немногочисленна и в нашем мире нет его сородичей. Я склонен Тицо поверить. Замечу, однако: мы набрели на верную догадку! «Призрак» Вадхейма может иметь природу, похожую на сущность Тицо. Сиречь, Он не принадлежит Универсуму Хайбории. Чужак, обладающий силой, весьма похожей на проявления волшебства, но волшебством в то же время не являющейся.

— В те самые времена, когда достойного графа Оргайла сослали на Вадхейм, я хаживал в ватаге Охотников на Монстров, всем известных Ночных Стражей, — задумчиво сказал король. — Нашему отряду помогал в работе вампир. Точнее — каттакан. Существо из другой обитаемой Сферы, пришедшее в Хайборию через Врата Миров, через портал. Портал внезапно захлопнулся и каттакан вкупе с несколькими сородичами остался в нашем мире, они здесь прижились, но частью нашей Вселенной так и не стали... Мало ли чужих существ бродит по дорогам Хайбории? Одни пришли через порталы, когда большинство из них действовали, другие явились к нам как Тицо — из Тьмы Внешней... Словом, месьоры, хватит толочь дерьмо в ступе! Все сказанное нами — ничем не обоснованный домыслы. Руфус, объясни, почему мы должны опасаться твоего дружка—призрака?