Кейдж Бейкер - Наковальня мира

— Ого! Демоны, не так ли? — Управляющий поежился. — Ужасно, просто ужасно! Но здесь вы сможете расслабиться. Мы словно оазис безопасности во враждебной пустыне. Бальзам для ваших ран и радость вашему сердцу. Все для путника. Кузница, сувенирная лавка, обеденный зал с прекрасной кухней, все удобства! Даже купальни. И воды сколько угодно. Надеюсь, вы пообедаете со мной?

— С удовольствием, благодарю вас. — Смит бросил взгляд на караван. Механики уже подкатывали головную повозку к кузнице, предварительно прикрыв парусиной и закрепив канатами груз. — Но сначала нам всем необходимо принять горячую ванну. Кстати, у вас есть доктор? Среди нас раненые, правда один из пассажиров, йендри, оказал нам некоторую помощь, но…

— Так уж случилось, — понизив голос, заговорил управляющий, — что наш врач тоже йендри. Но обещаю, он вам понравится. Хороший парень и знает свое место. Ему известны все тайные секреты снадобий его народа. В высшей степени заслуживает доверия. Кстати, как и многие йендри. Согласны? Он работает у нас уже давно. И никогда не происходило никаких недоразумений. Я пришлю его к вам в купальню, если вы не против.

В данный момент Смит меньше всего на свете хотел иметь дело с еще одним, наверняка столь же надменным, зеленюком. Но нога болела все сильнее, и, кивнув, он коротко бросил:

— Отлично.

Смит сидел в просторной каменной купели, очень сожалея о том, что в нее нельзя погрузиться с головой, когда в узкую купальню протиснулся доктор и направился к нему. Как и Цветущий Тростник, он был высокого роста и обладал поистине королевской осанкой, но одет был в простой белый халат и ничем не выказывал своего превосходства.

— Это вы ранены? — вежливо поинтересовался он.

— Некоторым образом, — выпрямившись, подтвердил Смит. — Но прежде необходимо позаботиться о механиках. У них глубокие ножевые раны. Во имя Непорочной Дочери, помогите им, пожалуйста.

— Во имя Неутомимой Матери, — с гордостью поправил его йендри, — им уже оказана необходимая помощь. Меня просили навестить вас. Вы были ранены стрелой в ногу?

Смит вытащил ногу из воды. Взглянув на рану, йендри тихонько присвистнул:

— Рана воспалилась. Вытирайтесь и проходите в соседнюю комнату, пожалуйста.

Доктор удалился, а Смит поспешно вылез из купели и насухо вытерся. Выйдя из купальни, он увидел, что йендри уже разложил на столе множество не радующих глаз инструментов и флакончиков.

— Может, просто наложить мазь и забинтовать? — робко предложил Смит.

— Ни в коем случае, если вы не хотите остаться без ноги, — ответил йендри.

Смит лег на спину, стиснул зубы и в течение нескольких минут старательно думал об уютном маленьком баре в приморском городке, где, сидя за столиком у окна, можно было наблюдать, как сиреневые сумерки опускаются на гавань, и желтые фонари один за другим вспыхивают на кораблях, а вдоль тихого причала…

Прошло довольно много времени, прежде чем йендри наконец забинтовал ему ногу и сказал:

— Порез на груди заживет довольно быстро, но ногу некоторое время необходимо держать в приподнятом положении. Вам смогут устроить лежанку в одной из ваших повозок?

— Думаю, да, — ответил Смит, с трудом разжимая челюсти. — Послушайте, это была просто небольшая рана. Стрела даже не задела кость. Стоило ли разрезать мне все бедро?

— Дело в том… — Йендри помолчал, затягивая повязку. Затем посмотрел на него. — Хм, как бы вам это объяснить? Есть такие крошечные демоны, которые обожают селиться в ранах. Они настолько малы, что их не видно, но стоит им проникнуть в рану, как человек очень серьезно заболевает. Понятно?

Смит подумал, что это похоже на самое идиотское суеверие, которое он когда-либо слышал, но понимающе кивнул:

— Крошечные демоны, ну хорошо, но зачем задирать ногу кверху?

— В вашем сердце… хм… живут крошечные воины, понимаете? И они сражаются с демонами, если им удается до них добраться, но когда… хм… река вашей крови сужается, крошечные воины не могут провести по ней свои крошечные военные суда… — Увидев выражение лица Смита, йендри только махнул рукой. — Давайте просто договоримся, что вам нужен отдых, а ноге покой. И возможно, у вас почти не останется шрама.

— Я слишком стар, чтобы беспокоиться о шрамах, — ответил Смит, потирая ногу.

— В таком случае вы счастливый человек, — заметил йендри, окидывая Смита критическим взглядом. — Если бы вы переживали из-за каждого шрама на вашем теле… Вы ведь наемник? Я не ошибся?

— Был когда-то, — уклончиво ответил Смит.

— Вам повезло, что остались в живых. Надеюсь, вы достаточно благоразумны, чтобы следовать советам доктора, — произнес йендри и принялся складывать инструменты.

— Сделаю все, что в моих силах, — заверил его Смит. — Спасибо, что оказали помощь. И спасибо что были вежливы. А то Цветущий Тростник, казалось, желал моей смерти, даже когда бинтовал мне ногу.

Йендри бросил на него резкий взгляд:

— Вас лечил кто-то из моих соплеменников?

— Да, наш пассажир.

— Хм, не от него ли случайно вы услышали выражение «Во имя Непорочной Дочери»?

— Да, я подумал, что это необходимо произносить, чтобы ваши люди соглашались помочь.

— Нет, — спокойно возразил йендри. — Каждый истинный сын Святой Матери должен лечить больных и раненых независимо от того, называют они ее светлое имя или нет. И неважно, кто они сами. До свидания, господин старший караванщик.

Он взял свою корзинку с лекарствами и ушел.

Смит натянул на себя одежду и, хромая, вышел на улицу. Уже сгустились сумерки, и над красными стенами в сиреневом небе сияла одинокая звезда. Из кузницы струился свет, вырисовывая позади Смита дрожащую тень, пока тот через двор направлялся в большой зал.

— Господин старший караванщик! — радостно закричал управляющий, подбегая к Смиту и держа по стакану в каждой руке. — Проходите, садитесь рядом со мной. Вы уже приняли ванну? А вашу ногу осмотрели? Превосходно. Теперь предлагаю вам насладиться нашим знаменитым пивом и попробовать уникальные блюда местной кухни, сидя в уютном кресле у очага.

— Звучит заманчиво, — удивленно пробормотал Смит.

Управляющий проводил его к глубокому креслу в центре зала. Смит с благодарным вздохом опустился в него, и тут же в руках у старшего караванщика оказался стакан с прохладным напитком. Смит испытал настоящее блаженство, но это состояние длилось ровно до тех пор, пока он не сделал первый глоток.

— Что… что это такое? — задохнувшись, прошептал Смит, в недоумении глядя на управляющего.

— Это наше особое желудевое пиво, — с достоинством пояснил тот. — Такого нигде больше не варят. Мы его даже не продаем, потому что нам самим едва хватает.