Алина Жигулина - Гадалка. Карта Смерти

— Не плачь… Я позову лошадь, только помоги… — долетело до меня.

Я не ответила. Через несколько мгновений около меня застучали копыта.

«Истинные оборотни могут обладать разными способами взаимодействия на существ, вплоть до гипноза…», снова ожил в голове голос просветителя Кампсилтука.

Кое-как поднявшись на колени, я ухватилась за стремя и потянулась к сумкам. Где-то в карманах должен лежать пузырек с восстанавливающим зельем. Конечно, сил он предаст немного и отходить после него придется долго, но без него сейчас я ничего не смогу сделать.

По закону подлости пузырек обнаружился в самом дальнем кармане. Едкая, пахнущая мятой жидкость привычно обожгла горло холодом. В голове прояснилось, ноги перестали подкашиваться, к телу, казалось, прилила сила. Ухватив Бретту под уздцы, я поплелась к оборотню. Тот по виду уже не подавал признаков жизни. Хотя кто их, оборотней, знает?

Дойдя до мужчины, я буквально рухнула рядом с ним. Сердце молотом билось в груди, пытаясь вырваться. Я сжалась в комок и, закрыв глаза, тяжело дышала. Прийти в себя меня заставил хрип оборотня.

— Скоро рассветет…

Я посмотрела на небо. Да, пора торопиться. Нам еще повезло, что дорога за все время схватки была абсолютно пустынна. Влив мужчине в рот все то же восстанавливающее зелье, я помогла ему подняться и повела к лесу. Наверное, со стороны мы выглядели довольно двусмысленно: голый мужик и потрепанная девка, в обнимку шлепающие к кустам.

Продравшись сквозь придорожные кусты, я усадила оборотня под деревом и тут же упала сама, больно ударившись копчиком об выглядывающий из земли корень. Бретта, воспользовавшись моим замешательством, тут же попыталась дернуть в лес. Кое-как поднявшись и привязав ее к дереву, я очертила вокруг нас защитный круг и вытащила из сумки чистую рубаху.

— Не рви, не надо перевязывать, — отозвался оборотень.

— Почему?

— Само затянется.

Я хмыкнула и кинула ему уцелевшую после стычки с крестьянами простыню Аритты, еще недавно служившую мне гамаком.

— Одежда-то твоя где? Или ты на нее и пытался на дороге заработать?

— Не зли меня, ведьма.

— Я маг.

— Один черт, — равнодушно отозвался мужчина, кутаясь в простыню. — А одежда тут, недалеко.

— Скажи, где, я схожу и принесу.

— Не найдешь. Оклемаюсь и принесу сам.

— Ну, сам так сам, — пробурчала я.

— Я отблагодарю тебя, магичка. Не обману.

Тоже мне, благодетель нашелся.

Вынув одеяло и разложив костер, я стала рыться в сумке на предмет необходимых отваров. Я только предполагала, чем лечить раны оборотня, но на особый успех не надеялась: кто знает, чем это может кончится? Вот, к примеру, отвар из вершков мандрагоры убьет его или вылечит?

— Не надо мне ничего, — не захотел быть подопытным русоволосый. — Отлежусь и все пройдет.

— Это магические раны, — напомнила я. — Сами не пройдут, даже при твоей регенерации.

— Много ты понимаешь, — прошипел оборотень и застонал.

— Что-то ты слишком разговорчивый для больного, — засомневалась я.

В конце концов, он сдался. Стандартные методы лечения людей от магических ожогов второй степени как нельзя лучше пришлись оборотню. При его регенерации смазывать раны мазью из сосновых иголок и слюны виверны нужно было постоянно, зато уже через два часа на их месте остались лишь красные шрамы, похожие на обычные.

— Ты первый маг, кто лечит меня, зная, что я оборотень.

— А ты первый оборотень, который у меня лечится.

«И до сих пор живой», — мысленно добавила я.

Мужчина лишь шипел, когда я обрабатывала ему раны на ногах, руках и спине. Досталось ему знатно. Неизвестный маг мастерски владел стихией огня, и заклинание, вызвавшее ожоги, было высокого уровня. Покончив с оборотнем, я плюхнулась на одеяло рядом и закрыла глаза. Действие восстанавливающего зелья, резко придавшего мне сил, так же резко кончалось. Хотелось есть и спать. О первом ввиду отсутствия еды можно было забыть, зато второе…

— Почему ты мне помогла? — вдруг спросил оборотень.

— Потому что. Спи.

Русоволосый поворочался и затих, а я стала думать, почему же я ему помогла. Вроде как и не собиралась, но после глотка восстанавливающего зелья ноги сами понесли меня в сторону оборотня. От Сины я, что ли, сочувствием заразилась? А ведь этот гад хотел меня убить!

Я повернулась к больному. Ну, лицо как лицо. Прямой нос, пухлые капризные губы, синие круги под глазами — последствие ран? Интересно, сколько же ему лет? Продолжительность жизни оборотней в научных книгах не описана — кто пишет, что двести, кто пятьсот, а кто вообще причисляет их к бессмертным и вечномолодым. Но в последнее особенно не верилось.

— Раскаиваешься в содеянном и думаешь добить?

Я фыркнула и отвернулась. Больно надо.

— Меня зовут Тенла.

Тенла… Однако, неоригинально. Руна «тенла» обозначает волка. Хотя, скорее всего, это не настоящее имя.

— Итиль. А теперь давай спать.

Я проснулась ближе к обеду — усталая, с гудящими чреслами и зверским аппетитом. Оборотень еще спал, завернувшись в простыню по самые глаза. Покопавшись в сумках в поисках хоть какой-нибудь еды, я все же нашла один-единственный сухарик, на вид — совершенно несъедобный. Я попробовала откусить от него кусок и чуть не сломала зубы.

— Эй, просыпайся, — приведя себя в порядок, крикнула я.

Тенла не отреагировал. Страшно хотелось пнуть его под бок — тогда точно проснется.

— Просыпайся, оборотень!!

На этот раз его проняло. Испуганно сев, он замотал головой, пока не наткнулся взглядом на меня.

— С добрым утром. Я ухожу, защитного круга больше нет. Отдавай простыню и проваливай.

Я покривила душой: простынь теперь со спокойной совестью можно выкидывать. Она была заляпана землей, кровью и мазью до невозможности, но была дорога мне как прощальный подарок от Аритты.

— Подожди, — сказал оборотень, вставая с земли. — Я хотел извиниться. Мне срочно нужны были деньги, и…

— И ты не придумал ничего лучше, как напасть на одинокую путницу.

— Ты попалась случайно!

— И случайно чуть не убил.

— Я бы не стал убивать тебя!

— Тебе не кажется, что наш разговор бессмыслен? — злясь, спросила я. — Ты был полудохлый, я после болезни такая же, подрались, отлежались, разбежались. Все, разговор окончен.

— А ты грубая, — покачал головой оборотень. — Подожди, я сбегаю за одеждой.

Я пожалела, что дезактивировала контур — Тенла так и ушел в кусты вместе с моей простыней. Пришлось ждать, хотя с каждой минутой во мне крепло желание плюнуть на простыню и уехать наконец подальше. Но и куска ткани для оборотня было жалко. Даже несмотря на то, что еще недавно я тащила его в кусты, чтобы залечить раны.