Чарльз Стросс - Тайная семья

Матиас вздохнул.

— Хорошо, если ты настаиваешь, можно вести игру по твоему сценарию. Но теперь, похоже, это будет куда труднее. Полагаю, что, если смогу добраться до ее приемной матери, это, вероятнее всего, и послужит приманкой. Однако это будет стоить тебе…

— Уверен, что смогу добиться наградных, если ты позаботишься об этом нашем незавершенном деле. Может быть, размах будет не тот, что у твоей графини-марионетки, но вполне достойное признание твоих усилий обещаю.

— Вот и отлично. Я опишу приметы и растормошу своих агентов. По крайней мере, мы договорились хоть о чем-то.

— Разумеется.

Матиас открыл дверь во внешнее помещение прихожей тесного купеческого дома.

— Выходим.

Исо следом за Матиасом покинул маленькую кладовую по узкой лестнице, ведущий прямо во двор.

— Итак, что ты намереваешься делать, как только с ней будет покончено?

— Делать? — Матиас остановился и уставился на связного. Выражение его лица было неопределенным. — Я собираюсь понять, смогу ли спасти ситуацию и дальше делать все точно так же, как раньше. А ты чего ожидал?

Исо напрягся.

— Ты действительно думаешь, что сможешь удерживать контроль над системой безопасности Клана — даже со своих теперешних позиций, — не становясь членом внутренней семьи и держателем акций Клана?

Матиас коротко улыбнулся.

— Понаблюдай за мной.

Смеркалось. Мириам ушла с дороги и спряталась за буреломом, наполовину занесенным снегом, чтобы снять верхнюю одежду. У нее стучали от холода зубы, пока она натягивала обжигающе холодные джинсы. Она тщательно свернула свою экипировку и уложила ее в рюкзак, а затем свернула «маскировку», которую надела сверху, отправляясь утром в путь. После этого она собрала велосипед. И, наконец, закрепила, прикрыв часть лица, очки ночного видения… «Пожалуй, это похоже на телескоп перед каждым глазом», — подумалось ей. Мириам застегнула молнию на рюкзаке, превратив его в нечто, напоминавшее двухсекционный контейнер, который она перекинула через велосипед.

Дорога летела под колеса, треск гравия и ломающихся сухих сучьев наполнял звуками окружавший ее лесной мрак. Белое покрывало, раскинувшееся вокруг, казалось, впитывало и ослабляло всякий шум, а облака над головой, огромные и темные, обещали насыпать очередной слой превосходного мягкого снега еще до наступления утра.

Ездит на велосипеде Мириам не особенно нравилось, но при отсутствии других средств передвижения это было самым простым и доступным способом перемещения. Современные механизмы можно было использовать с легкостью, и даже долгие подъемы становились по крайней мере приемлемыми. «Сапоги-скороходы», — мечтательно подумала она. Тот, другой город, как бы он ни назывался, не Бостон, был построен для пешеходов и велосипедистов. Она собиралась в следующее посещение, когда бы это ни произошло, купить велосипед местного производства. Несмотря на ее тост за дальнейшее процветание совместного с Бергесоном бизнеса, у нее оставались сомнения. Законы о неимущих, законы о мятеже и полицейский, который весьма любезно дал адрес откровенно нечистого на руку ростовщика, — все это добавлялось к картине, которая заставляла ее серьезно нервничать. Это все так сложно! Как понимать утверждение, что Шотландии нет? Пока я не узнаю, что представляют их законы и обычаи, возвращаться очень опасно.

А мили продолжали «накручиваться». Спустя полтора часа преодоленное расстояние уже давало о себе знать — поскольку икры начинали болеть при каждом нажатии на педали… Но она набрала приличную скорость, а когда окончательно стемнело, дорога уже начала спускаться к побережью, протянувшись параллельно Чарлз-ривер. Наконец Мириам преодолела поворот, за которым увидела сгорбленную фигуру, присевшую в стороне от дороги.

Мириам с силой нажала на тормоза и спрыгнула с велосипеда.

— Брилл? — окликнула она.

— Мириам? — Лицо Брилл казалось ярко-зеленой «лужей», обнаруженной очками ночного видения. — Это ты?

— Да. — Мириам подошла ближе, затем резко подняла очки на лоб и достала карманный фонарь. — С тобой все в порядке?

— Замерзла почти до смерти. — Брилл улыбалась, вздрагивая. — Но в остальном все нормально.

Мириам окатила волна облегчения.

— Ну если это все…

— У этого плаща просто удивительная подкладка, — добавила Брилл. — Постоялый двор — как раз за следующим поворотом. Я ждала всего час. Мы можем идти?

— Конечно. — Мириам огляделась. — Но сначала мне лучше переодеться. — Это заняло несколько минут: разобрать велосипед, скрыть брюки под необходимой верхней одеждой и вернуть велосипед и чехол в рюкзак, прикрытый сверху для маскировки брезентом. — Давай попробуем получить какой-нибудь обед, — предложила Мириам.

— Твои волшебные очки и фонарь. — Брилл деликатно кашлянула.

— О-о. Разумеется.

Они вместе неуклюже побрели в темноте туда, где им обещали еду и постель, хотя весьма скудную и непритязательную.

Почти ровно через двадцать четыре часа у дверей Полетт прозвенел звонок.

— Кто там? — спросила она из-за закрытой двери.

— Это мы! Впусти нас! — Она открыла. Брилл проковыляла первой, за ней Мириам. — Кошелек или жизнь?

— Кошелек. — Полетт отошла назад. — Привет, ведьмы!

— И это есть, как не быть. — Мириам закрыла дверь. — А еще чесотка. Не знаю, как бы выразиться поделикатней… Нет ли у тебя аэрозоля от блох?

— Блохи! Пусть убираются с вами! — Полетт зажала нос. — Как все прошло?

— Расскажу через несколько минут. После кофе, как только приму ванну… ах, черт возьми. — Мириам уставилась на лестницу, глядя на исчезающие наверху ноги Бриллианы. — Ну, хотя бы с этим справились. — Она сбросила свою ношу с плеч на ковер. Та приземлилась с глухим тяжелым ударом. — Извини, но я собираюсь раздеться. Это крайне необходимо.

— Жди здесь, — велела Полетт и побежала вверх по ступенькам.

К тому времени как она вернулась с футболкой и парой хлопчатобумажных рубашек, Мириам уже сняла сапоги и занялась верхней одеждой.

— Черт возьми, центральное отопление, — сказала она с удивлением. — Ничто не заставит тебя ценить это, кроме трех зимних дней в Массачусетсе без тепла. Ну хорошо, двух с половиной.

— Так ты добралась, куда собиралась? — спросила Полетт после паузы.

— Да-а. — Мириам с трудом выдала широкую усталую улыбку.

— Дай пять, малышка!

Шлепок ладони о ладонь — это прекрасно, но, когда Мириам вздрогнула, Полетт поняла.

— Воспользуйся гостиной, — сказала она. — Вылезай из этих лохмотьев, а затем поднимайся в мою спальню, хорошо? Можешь воспользоваться моим душем.