Трой Деннинг - Охота на дракона

Агис последовал за ним.

– Караван-баши утверждает, – не унимался он, – что к Тиру приближается Дракон. Надо готовить армию, а король не желает ничего слушать!

– Слушай, Агис, ты что, поверил в этот бред о каком-то мифическом Драконе?

Дракон, ужас пустынь, сметающий с лица земли огромные караваны, наводил страх на всех без исключения путешественников. До последнего времени Агис считал истории о нем глупыми выдумками. Он не доверял россказням о том, как чудовище пожирало целые армии и опустошало цветущие города. Но в последние месяцы, когда серьезные торговцы, которым вполне можно было доверять, стали рассказывать о том, что они своими глазами видели Дракона, Агис изменил свое мнение. По слухам, чудовище все ближе подбиралось к Тиру.

– Мне кажется, – ответил Агис, – королю стоило бы серьезно отнестись к возможной угрозе и перестать тратить средства и силы на никому ненужное строительство. Лучше бы он позаботился о защите наших поместий и самого города.

– Если бы Калак верил в Дракона, он, несомненно, так бы и поступил, – ухмыльнулся Тихиан.

Они поднялись на вершину небольшого холма, отделявшего оросительный пруд от полей поместья Астикл, и остановились. Перед ними раскинулись зеленые плантации высокого фаро – кактусового дерева, выращиваемого на продажу многими аристократами Тира. В высоту фаро достигали человеческого роста – несколько чешуйчатых стеблей тянулись у небу, заканчиваясь тугим клубком усыпанных длинными иглами сучьев. Поля пронизывала густая сеть оросительных каналов, а в самом центре высилась древняя усадьба Астиклов, ее мраморный купол напоминал о виднеющихся на горизонте горах, окружающих долину Тира.

– В чем твой секрет, друг мой? – спросил Тихиан, окидывая взглядом цветущие поля поместья. – Другие едва могут набрать по паре сотен тюков игл в год, а у тебя тут настоящий сад!

– Друид кое-чему меня научила, – улыбнувшись похвале, сказал Агис. – Но я не делаю из этого тайны.

– И что же ты узнал?

– Кто ухаживает за землей, ест хорошо. А тот, кто обращается с землей плохо, рискует остаться голодным. – Агис показал на безжизненную пустыню, начинавшуюся за пределами поместья. – Если бы все как следует это уяснили, долина Тира напоминала бы мою ферму.

– Может, тебе стоит рассказать о своем открытии Калаку? – издевательски спросил Тихиан, явно не веря ни единому слову Агиса. – Уверен, его бы заинтересовало подобное откровение.

– Сомневаюсь, – покачал головой сенатор. – Единственное, что действительно интересует Калака, так это как выжать из Тира все соки для своего колдовства. Что станется с нашей землей, его не волнует ни в малейшей степени.

– Ты поосторожнее с такими речами, – предостерег его Тихиан. – Это граничит с государственной изменой.

Темплар двинулся вниз, по тропинке, ведущей к дому. Спускаясь вслед за ним, Агис с удивлением заметил, что на поле не работало ни одного раба. Что правда – то правда, он никогда не возражал против того, чтобы рабы трудились в более прохладные вечерние и утренние часы. Но даже в солнцепек кому-то следовало находиться в поле – следить за состоянием оросительных каналов, прочищать их, если возникнет необходимость. Но сейчас – никого. Вот и еще одна тела для разговора с Каро. Но это потом…

– Примерно неделю тому назад, – начал Агис, – посол Урика пригрозил нам войной, если мы не возобновим поставки железа. – Сенатор знал, что от этого вопроса темплар отмахнуться не сможет. – А сделать это мы не в состоянии, – продолжал он, – из-за того, что Калак забрал рабов из шахты на строительство своей пирамиды. Он что, собирается вечно игнорировать наши проблемы?

Тихиан остановился.

– Откуда ты узнал о после? – ошеломлено спросил он.

– Если у Верховного Темплара есть свои шпионы в Сенате, – невозмутимо ответил Агис, – то вполне резонно, что и у Сената есть свои люди в Верховном Бюро.

По правде говоря, Сенат уже много лет безуспешно пытался завербовать кого-нибудь из королевских темпларов – как это ни прискорбно, но реальная власть находилась именно в их руках. Агис просто пытался подтвердить один из дошедших до него слухов. Если попутно ему удастся посеять раздор среди темпларов, что ж, тем лучше.

– И как король отреагировал на угрозы Урика? – спросил сенатор.

Тихиан вздохнул и, к удивлению Агиса, потупил взор.

– Он отправил голову посла обратно с попутным торговым караваном.

– Что?!! – вскричал Агис.

Тихиан только кивнул.

– Ему что, не терпится начать войну?!

– Кто знает, – пожал плечами темплар. – Я знаю только, что Калак был очень доволен собой.

Зная скрытность Тихиана Агис не ожидал такого ответа. Верховный Темплар никогда не рассказал бы ничего подобного.

– Почему ты мне об этом говоришь? – с подозрением спросил Агис. – Что тебе нужно?

Тихиан ответил не сразу. Он снова приложился к своей фляжке, задумался…

– Наверно, я заслужил твое подозрение, – наконец, сказал он. – Понимаешь, Агис, ты единственный, кого я могу считать своим другом. Да ты и сам об этом знаешь.

– Это очень любезно с твоей стороны, Тихиан, – ответил Агис, – но я действительно не привык, что бы ты делился со мной государственными тайнами. Ты уж извини меня за недоверие.

– Хочешь-верь, хочешь-нет, – улыбнулся темплар, – это дела не меняет. Между нами всегда существовала связь. И, что еще более важно, ты всегда относился ко мне с пониманием…

– Я всегда стараюсь думать о людях хорошо, пока они не заставят меня изменить свое мнение, – осторожно ответил Агис. – Однако ты должен признать, что за все годы мы впервые говорим о дружбе.

Тихиан и Агис выросли друзьями – их поместья располагались совсем рядом. Они вместе посещали школу Незримого Пути, хотя Тихиан, в отличие от Агиса, не блистал прилежанием. В конце концов лень и упрямство Тихиана превратили учителя и учеников школы в его врагов. Но Агис по-прежнему оставался другом.

Спустя несколько лет отец Тихиана назначил наследником фамильного поместья Мериклов своего младшего сына. Тихиан остался ни с чем. Он был так взбешен, что, предав всех и вся, пошел в королевские темплары. Для аристократа шаг беспрецедентный. Агис оставался другом Тихиана даже тогда, когда при загадочных обстоятельствах погиб младший брат – наследник титула и поместья Мериклов. Все подозревали Тихиана (как считал Агис, несправедливо), но доказать ничего не смогли.

Хотя их дружба и не прервалась, пути их с годами разошлись. Тихиан все выше поднимался по иерархической лестнице темпларов, а Агис унаследовал отцовское поместье. Теперь их интересы чаще оказывались диаметрально противоположными. В конце концов оказалось проще позабыть о былой дружбе, чем делать вид, будто ничего не случилось.