Дарья Гущина - Выбор павшего. По следу памяти.

А он стоял и молча смотрел на меня. И я легко узнала это творение павших воинов. Вайхас — забирающий души. Внешне похож на волка, а габаритами — не многим меньше моего виала. Огромный, сволочь, страшный, как Вторая мировая война, с острыми, оскаленными клыками и светящимися в лесном сумраке красновато-желтыми глазами. Так вот кто здесь всю живность распугал… Вайхас — страж наших тайн, артефактов и знаний. Их создали специально для того, дабы чужим неповадно было шляться по территориям, которые падшие отводили под свои опыты. Ожившая легенда, сошедшая с ветхих страниц древних летописей Хранилища, жуткий сон, ставший явью… Вайхас не просто убивает — он отнимает у живого существа душу, чем и питается. И сейчас он опять голоден. Он жутко, безумно голоден…

Я сидела, боясь шелохнуться. Меня же нельзя есть — я свой человек! Я павший воин, слышишь, живность?.. Я здесь не просто так, а по делу! И не смей на меня так смотреть!.. Собрав в кулак жалкие остатки смелости, я встала, выпрямилась и посмотрела твари в глаза. В глаза с белыми вертикальными зрачками, что оказались на одном уровне с моими. Ну, кто кого?..

— Узнаешь меня? — негромко спросила я, тщательно сдерживая проскальзывающую в голосе дрожь.

Вайхас смотрел — долго-долго смотрел мне в глаза, но опустил голову и с тихим повизгиванием потерся сухим носом о мою ладонь, как последняя дворняжка. Я не удержалась и осторожно провела ладонью по жесткой, угольно-черной шерсти. Зверь расслабился, преданно вильнул хвостом, и хищное выражение его глаз сменилось щенячьим восторгом. Вот ты какой, грозный страж…

Разомлев от ласки и потянувшись всем своим немалым телом, вайхас, словно прочитав мои мысли, выразительно покосился на едва заметную в густом тумане тропинку. Точно зовя меня продолжить путь. Туда, когда я шла, вглубь леса… И показать мне то, что я искала…

Теперь мы шли по тропинке бок о бок. Зверь ступал мягко, бесшумно, приноравливаясь к моим шагам, а я бдительно держалась за него. Проклятые корни и туман продолжали портить мне всю малину — я поминутно запиналась о скрытые препятствия. И знаете, граждане, в этой прогулке по пустынному лесу, рядом со зверюгой, которую лучше не поминать к ночи, — определенно что-то такое есть… Нервы мне, во всяком случае, сие необычное событие пощекотало изрядно.

А лесу все не видно конца и края… Стенами древней, нерушимой крепости возвышались величественные кедры и гордые ели, изредка отступая и образовывая крохотные полянки, добавляли жути редкие лучи лунного света, змеей скрывалась в неведомой дали узкая тропинка… И с каждым шагом уходил в забвение страх, но появлялось некое новое чувство — чувство близости. Близости конца пути. Постепенно, шаг за шагом, я подходила к своей цели.

И когда меж деревьев забрезжил просвет, а я — ускорила шаг, заволновался и глухо зарычал, поминутно оглядываясь назад, вайхас. Я тоже оглянулась, но не заметила ничего не обычного. Кроме, разве что, тени… Тени, которая бесшумно отделилась от кедрового ствола и скользнула под прикрытие ближайшей к нам ели.

Это еще кто?..

Я остановилась, а зверь — преданно замер возле, прикрывая меня своим телом, шумно принюхиваясь и прищурив глаза.

— Малыш, взять, — тихо скомандовала я.

Вайхас мотнул головой, но с места не сдвинулся. Неужели, опасность угрожает только мне?.. Я так внимательно вглядывалась в очертания тени, что проворонила отделившуюся от ели зеленую вспышку. И, наверно, от меня бы и мокрого места не осталось, если бы не мой страж.

Развернувшись со странной для столь громоздкого существа ловкостью, тот поймал вспышку на лету и с удовольствием ее проглотил, а в воздухе ощутимо завоняло древней магией. Магией Мысли. По крайней мере, от волшебства Свята исходил похожий запах. А я, в силу своей специфики, всегда остро чувствовала магию в любом живом существе и легко определяла ее вид по запаху. Но… ведь это же не он?.. А если — он?.. Но — нападать на меня?.. Да ему бабушка шею свернет, если мы с вайхасом раньше не доберемся!

Нападение на мою драгоценную персону повторилось. И опять — вайхас с неподражаемым изяществом изловил заряд и мгновенно его слопал. Такими уж мы их создали — неуязвимыми как для магии, так и для обычного оружия. А если их будет легко порешить любому мало-мальски вооруженному существу — зачем нам такие стражи? То-то и оно. И вайхасы питались как душой, так и ее порождениями — магией.

Видимо, до невидимки это тоже дошло, и она принялась бомбардировать нас с упорством, достойным лучшего применения. Яркие, зеленоватые снаряды устремлялись к нам стаями, и мой страж, порхающий вокруг меня, аки птичка, едва поспевал их поглощать. А я не придумала ничего лучше, как развернуться побежать туда, где скрывалась моя цель. Найти, увидеть, запомнить… И помешала моим планам лишь тяжелое тело вайхаса, что настигло меня и сбило с ног, прикрывая собой от очередного смертоносного дождя.

А я…

— Касси, проклятье, да что с тобой происходит?!

Меня крайне нелюбезно встряхнули за плечи, и я удивленно открыла глаза. Ручей, стремительно светлеющее небо — и встревоженное, немного сонное лицо Свята, склонившееся надо мной…

Несколько мгновений я молча хлопала ресницами, недоуменно таращась на него, а потом тупо спросила:

— А где зверь?

Харт едва заметно перевел дух:

— Так, все ясно — кошмар, да?

Я потерла ладонями виски, стряхивая остатки сна, и привычно потянулась за сигаретами. Закурила, помолчала и вздохнула:

— И еще какой кошмар, не дай Бог кому такой увидеть…

Свят кивнул:

— Бывает.

И закопошился, разжигая огонь и начиная готовить завтрак. А я оглядела себя с головы до ног и невольно вздрогнула, заметив прилипший к одежде попахивающий паленым клок угольно-черной шерсти…

Глава 4

— Где этот чертов инвалид?!

— Не шуми, я инвалид!

Из кинофильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика»

Я сидела в местной забегаловке и, отчаянно скучая, с грохотом катала по неровной поверхности грубо сколоченного стола глиняный стакан. Тоска-а-а-а… Вот уже пятый день мы шляемся по деревням и весям, и все проходит по одному и тому же сценарию. Свят запихивает меня в самый дальний и темный угол харчевни, наказывая сидеть тихо и не высовываться, а сам убегает на разведку боем. Нет, я, конечно, сначала его не послушалась и возмущенно сунулась следом. И получила… Низкорослый народец сбежался поглазеть на мою выдающуюся персону и узнать, из какого приграничного мира и зачем я прибыла. И не будь у меня амулета Ядвиги скрывающего, мою истинную сущность, да небольших знаний об Альвионе — выгнали бы нас взашей. Порешить меня, естественно, нельзя — давным-давно Хранители запретили местным жителям убивать пришельцев и потому нас оберегает магия: даже сам мир с нами сделать ничего не сможет. Не утопит вода, не сожжет огонь и так далее (обжечь, правда, последний может — от травм тут никто не застрахован). Здесь меня убить сможет лишь такой же пришелец, как и я. Но вот помогать нам — никто не обязан. Сами сюда свалились — сами и выкручивайтесь. И с тех пор я мирно скучала в харчевнях, не зная, куда себя девать.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});