Дарья Гущина - Выбор павшего. По следу памяти.

Пока я любовалась гордыми и прекрасными животными, Свят что-то тихо бубнил себе под нос, после чего прошептал:

— Звать будем?

— Ась? — отвлеклась я. — Ах, это… Ну… можно…

— Тебя что, не учили зову? — удивился харт.

Я вздохнула и передернула плечами. Учить-то учили, и у меня даже получалось, но — очень уж давно… Я уже и забыла все… почти. Почесав затылок, я старательно припомнила уроки Порфирия. Итак. Выбрать себе в стаде подходящую живность — это раз. Вернее, не просто выбрать — а почувствовать, какой может подойти тебе, и только тебе. Потом сосредоточиться на нем — это два. И, наконец, три — мысленно его позвать. Вот последнее-то и оказалось самым сложным. Не помню я толком, о чем при этом думать надо, хоть убейте!

— Ты попробуй на всякий случай, — посоветовал мой спутник. — Вдруг получится. А нет — так пойдешь пешком.

— Мог бы уступить даме лошадь, — проворчала я, но решила попробовать. Попытка — не пытка.

Я внимательно изучила поляну, на которой виалы мирно паслись, и из всего стада мне больше других приглянулся изящный жеребец, чья шерсть на солнце отливала темным янтарем, а грива, хвост и «крылья» — расплавленным золотом. Очень уж он похож на моего прежнего виала… Только у того — все наоборот. Я с грустью вспомнила о старом четвероногом друге. Сволочь он, конечно, изрядная, столькими синяками по его милости я обзавелась, но — лежала к нему душа!.. И к этому — лежит. И никакими научными терминами сей феномен не объяснить…

Рядом со мной зашуршала трава. Вздрогнув и подняв голову, я с удивлением встретила ясный взор умных, золотисто-карих глаз. Ах ты, елы-палы… Смотри-ка, пришел… Протянув руку, я осторожно погладила жеребца по пышной, вьющейся гриве. Тот, подумав, потерся бархатным носом о мою ладонь и позволил почесать себя за рогом, где, насколько я помню, у виалов — самое чувствительное место. Мой новый друг сладко зажмурился от удовольствия.

— Как же тебя назвать? — начала вслух размышлять я. — Янтарь — уже не прокатит, надо что-то новое придумывать… Как насчет… эм-м-м… Как там золото по-латыни будет?.. Аурум, вроде… А, ладно! Химию я в школе знала плохо, а латынь в универе — еще хуже…

Я призадумалась. Здешние жители, все, как один, носили наши старославянские имена, и потому… Виала тоже можно обозвать как-нибудь эдак… Например… Например…

— О! — меня осенило, и я вдохновенно щелкнула пальцами. — Придумала! Мифодием будешь? Сокращенно — Мифом.

Тот не возражал. Определившись с именем, я обернулась к Святу и обнаружила его на другом конце поляны мирно беседующим с жеребцом цвета звездной ночи. В смысле, цвета — черного в белую крапинку. Виалы вообще одноцветными никогда не бывают. Кстати, о птичках — поляна-то опустела! Пока мы подманивали к себе одних, другие — поспешили скрыться и бесшумно растворились в лесу.

Почувствовав мой взгляд, харт подмигнул мне и одобрительно улыбнулся:

— Выбрала?

Я кивнула, а Свят приблизился и с интересом спросил:

— А на виалов у тебя аллергии разве нет?

Самое удивительное, что и от виалов, и от прочих магических существ чихать мне совершенно не хотелось. Природа у них какая-то иная, наверно, я не знаю…

Выбравшись на прежнюю тропинку, мы сели верхом и гуськом направились дальше. А, надо сказать, ездить на виале — проще простого. И если ты и слетишь с его спины — то лишь тогда, когда он сам захочет. Будь ты хоть трижды прекрасным наездником — но упадешь. Во время быстрых погонь я, совершенно не умея ездить верхом, тем более, без седла и узды, спокойно удерживалась на спине виала, но вот когда тот начинал шалить… Один раз при падении я едва не сломала руку. Виалы вообще существа очень любопытные. Если вы думаете, что они, подобно нашим лошадям, подлежат приручению и верной службе людям — то крупно ошибаетесь! Обычно они живут небольшими стадами, по пять-шесть голов, но, когда человеку, к которому их потянуло, нужна помощь — виал уходит к нему. А, сделав дело, возвращается в свое стадо, и ничем ты его не удержишь, если он, опять же, сам того не захочет. Так ушел Янтарь, когда мне настала пора возвращаться домой, и однажды — уйдет Миф.

А сейчас он вел себя не в пример спокойнее Янтаря и тихо трусил вслед за виалом Свята. Я задумчиво проводила взглядом медленно проплывающие деревья, пригнулась, уворачиваясь от ветки и вполголоса заметила:

— Ну, если мы и дальше будем так продвигаться — то точно нескоро отыщем Артемыча…

— Раз ты настаиваешь… — откликнулся харт, пришпорив виала.

Тот взял с места в карьер, а мой Мифодий — рванул следом. Дурной пример, как известно, заразителен… Бешеная скачка продолжалась до вечера. Свят притормозил лишь один раз, спросив насчет обеда, от которого я мужественно отказалась. После его недавних слов у меня опять начал бурно прогрессировать комплекс неполноценности, и посему — не умру, если пропущу очередной прием пищи…

К вечеру мы доехали до упомянутого Святом ручья. Хотя, вообще-то это — скорее узкая, мелкая речушка, чем широкий ручей. Весело журча, она протекала по лощине и устремлялась вдаль, перепрыгивая через редкие пороги. По обоим берегам речки тянулись зеленеющие лужайки, а чуть поодаль, на противоположном берегу — то, что у нас в Сибири называют тайгой. Темный, даже днем, мрачный лес пугал скрытыми в непролазной чаще тайнами и загадками, являя собой резкий контраст с искрящимся на солнце ручьем. И нечто угрюмое, неведомое и бесконечно опасное спало в самом его сердце, дожидаясь своего часа. Часа, когда вступят в царство елей-великанов живые люди…

Вздрогнув, я повела плечами.

— Свят… мы… через этот лес пойдем?..

Мой проводник, спешившись, несколько секунд смотрел на лес, а потом обернулся ко мне:

— Тоже чувствуешь?.. — негромко спросил он. — Нет, туда мы не пойдем. Туда вообще никто не рискует ходить, кроме уверенных в своих силах магов. И те — возвращаются поседевшими и ничего никогда никому не рассказывают… Если возвращаются… Мы пойдем вдоль ручья, вниз по течению. Бабушка сказала, что твой племянник находится где-то неподалеку — вот и побродим по деревням, порасспрашиваем народ. Не найдем его здесь — вернемся и пойдем вверх по ручью.

— Так бы я и одна справилась, — заметила я.

— Да ну? Ты не похожа на местную жительницу — наши женщины ниже тебя ростом и потому — вряд ли кто тебе что-то расскажет.

Вздохнув, я сползла на траву, невольно бросила взгляд на странный лес и боязливо поежилась.

— А по соседству с ним… ничего?

Свят покачал головой:

— Кто бы там ни обитал — дух ручья никогда не позволит злу перебраться на эту сторону. Не бойся.