Патриция Бриггз - Узы крови

С виду ему под пятьдесят, он худой (хотя с небольшим животиком) и ворчливый. Но истинна только ворчливая часть. Благодаря чарам иной может выглядеть, как захочет. Чары — то, чего нет, скажем, у ведьм или вервольфов.

— Привет, Зи, — сказала я, когда он никак не показал, что заметил меня. — Спасибо, что пришел.

Он выкатился из-под машины и нахмурился, увидев меня.

— Держись подальше от вампиров, Мерседес Афина Томпсон. — Как моя мать, сердясь, он называет меня полным именем. Я ему этого никогда не говорила, но мне нравится, как он произносит мое имя с немецким акцентом.

Одним взглядом он окинул мое лицо и продолжил:

— Тебе следует сейчас спать дома. Что толку держать в доме мужчину, если он хоть иногда не может о тебе позаботиться?

— М-м-м, — сказала я. — Сдаюсь. Какой вообще толк от мужчины в доме?

Он не улыбнулся, но я к этому привыкла.

— Короче говоря, — продолжала я отчетливо, но негромко, чтобы не услышали в офисе, — у меня дома два вервольфа и мертвый вампир, и я решила, что какое-то время они обойдутся без меня.

— Ты убила вампира?

Он бросил на меня полный уважения взгляд, тем более выразительный, что Зи по-прежнему лежал на тележке.

— Нет. Его убило солнце. Но Стефан придет в себя, чтобы ночью встретиться с Марсилией.

Во всяком случае, я думала, что это произойдет сегодня ночью. Я не очень много знаю о вампирах, но вервольфы вершат суд сразу, на месте, а не ждут полгода после преступления. И разбирательство длится часы, иногда минуты, а не месяцы. Не можешь убедить своего Альфу, что от тебя живого меньше неприятностей, чем от мертвого? Тем хуже. Тщательнее всего Бран скрывал от публики законы стаи, по необходимости жестокие.

— Сэмюэль сказал мне, что ты пойдешь на суд вампиров.

— Он тебе звонил, — сердито уличила я. — Что еще он сделал? Попросил перезвонить, когда я благополучно доберусь сюда?

Зи впервые улыбнулся мне и достал свой телефон. Вымазанными маслом пальцами набрал мой номер.

— Она здесь, — сказал он. — Добралась благополучно.

Не дожидаясь ответа, он прервал разговор, улыбнулся еще шире и набрал другой номер. Я и его знала. Но на случай, если я не увидела, он использовал имя:

— Привет, Адам, — сказал он. — Она здесь. — Немного послушал. Я тоже, но, должно быть, громкость уменьшили до предела, потому что я услышала только гул мужского голоса. Улыбка Зи стала злорадной. Он посмотрел на меня и сказал: — Он спрашивает, почему ты так долго добиралась.

Я начала закатывать глаза, но от этого сильнее заболело лицо, поэтому я остановилась.

— Скажи: дикий, страстный секс с незнакомцем.

Я не задержалась, чтобы услышать, передал ли Зи мой ответ. Сорвала с крюка комбинезон и убежала в ванную.

Вервольф — это отклонение, которое поддается контролю, напомнила я себе, переодеваясь для работы. И поскольку он — контролируемое отклонение, этого внутреннего волка держат под контролем. И очень хорошо. Если бы мне не нравились побочные следствия, я не общалась бы c вервольфами. И не дошла бы до того, что один вервольф живет в моем доме, а второй — через забор на моем заднем дворе.

Но одна, в ванной, я могла себе признаться, что, хоть и рассердилась на них, была бы глубоко разочарована, если бы они не проверили, что со мной. Ничего себе логика, да?

Когда я вышла, Зи показал мне, чем заняться. Пусть я купила его мастерскую, но, когда он здесь, распоряжается по-прежнему он. Отчасти по привычке, я думаю, но главным образом потому, что я хороший механик, а вот Зи — настоящий волшебник. В прямом и переносном смысле.

Если бы ему не наскучивала легкая работа, он никогда не нанял бы меня. И тогда мне пришлось бы искать работу в «Макдональдсе» или в «Бургер Кинге», как всем остальным бакалаврам истории.

Мы работали в удовлетворенном молчании. Потом мне вдруг потребовались не две руки, а четыре.

Пока я поворачивала храповик, а Зи держал нужную часть на месте, он сказал:

— Я заглянул под чехол, — и кивком показал на центр мастерской, где дожидались мои последние перспективные проекты.

— Красивая, правда? — сказала я. — Или будет, когда я ее закончу.

Она — это «Карманн Гиа»[17] 1968 года, почти в исходном состоянии.

— Собираешься восстанавливать или пустишь по улицам?

— Не знаю, — ответила я. — У нее еще оригинальная покраска, и на капоте только небольшие трещины. Не хотелось бы вмешиваться, если есть возможность обойтись без этого. Если смогу заставить ее бегать с родным двигателем, а Ким зашьет сиденья, этим и ограничусь.

Есть три группы любителей старых машин: те, кто считает, что в машине нужно оставить как можно больше исходного; те, кто восстанавливают ее, приводя в лучшее состояние, чем на заводе; и те, кто разбирает машину на части и замёняет тормоза, двигатель, подвеску и все остальное современным оборудованием. Зи определенно относится к последним.

Он не сентиментален: если что-то работает лучше, это и следует использовать. Думаю, для него пятьдесят лет совсем не то, что для окружающих. Один видит антикварную редкость, другой — ржавый корпус.

Значительную часть моего дохода дает восстановление старых машин. Я не привередлива. У меня есть партнер, который занимается кузовами, — гений Ким. И другой партнер, который повсюду разъезжает и демонстрирует машины, чтобы я могла их продать. Вычтя стоимость материалов и другие расходы, мы делим прибыль в соответствии со временем, потраченным на проект.

— Воздушное охлаждение заменить бы, — сказал Зи.

— Тому, кто хочет «Гиа» в первозданном виде, такая замена не нужна, — возразила я. Он хмыкнул, не убежденный, и вернулся к работе.

Гэбриэл на моем «кролике» съездил за сэндвичами и сел перекусить с нами. Я расчехлила «Гиа», и мы втроем ели и обсуждали, что делать с машиной, пока не настала пора вернуться к работе.

— Зи, — спросила я, когда он поднял «Пассат»[18] повыше, чтобы посмотреть на выхлопную трубу. Он хмыкнул, постучав пальцем по помятой перед самым глушителем трубе. Что ты знаешь о колдунах?

Он перестал стучать и вздохнул.

— Старые гремлины держатся подальше от демонов, потому что люди, поверив в дьявола, готовы продавать ему свои души.

У меня слегка закружилась голова. Дело не в том, что я не верю в зло, — как раз наоборот. У меня достаточно доказательств существования Бога, поэтому я признаю и существование Его недруга. Мне просто очень не хочется знать что кто-то заключил договор с дьяволом и теперь в пределах десяти миль от моего дома убивает в отеле горничных.

— Я думала, это просто демон, — сказала я неуверенно.