Екатерина Соловьева - Ведьма

— Андрей, сколько раз ты гадал по пульсу?

— Ну, — замялся он, — это четвертый.

— А до этого ты кому гадал? — скептически усмехнулась я. — Не бабушке ли?

— Ну, ей.

— Ну, и достаточно.

Он пару минут смущенно помолчал.

— Ты как собиралась время проводить? Хочешь, покатаемся? Я отвезу тебя в город. Когда ты была в последний раз в обычном человеческом клубе?

Я фыркнула.

— Ты собираешься отвезти меня в клуб, чтобы напоить?

— Я хочу с тобой потанцевать. Бабка говорила, что ты занималась танцами. Она видела тебя в вальсе.

— Милый, ты собираешься танцевать со мной вальс в ночном клубе?

Он расхохотался:

— На самом деле, я собираюсь танцевать с тобой все медленные танцы…ну, хоть подержаться за красивую женщину.

— Ну, тогда я собираюсь…

Так, смеясь и перебрасываясь шутками, мы отправились в город развлекаться.

Время прошло чудесно, было мило и весело. Я получила огромное удовольствие от вечера и от близости симпатичного мне мужчины.

Выходя из клуба, я уже нежно прижималась к Андрею, висла на его руке и вызывающе заглядывала в глаза… Он откровенно веселился, потому что стояла я нетвердо и говорила несвязно. Со стороны, наверное, это выглядело действительно забавно, но я не хотела ехать домой и требовала продолжения банкета. Андрей всерьез опасался, смогу ли я удержаться на мотоцикле, но я была тверда и непреклонна в своей решимости продолжить прогулку.

— Поедем на озеро, — требовала я.

— Так сегодня не полнолуние, — засмеялся Андрей.

— Это все равно. И вообще, я собираюсь тебя совратить, — гордо заявила я. — На озере это будет романтично.

Он вдруг быстрым и странным движением приблизился ко мне, заглянул в глаза, сжав мои запястья.

— Ты действительно этого хочешь?

— А ты? Не хочешь?

Почему-то он промолчал, торопливо отводя глаза в сторону. Впрочем, к тому моменту я уже была в кондиции и говорила все, что приходило мне в голову…

— Ну, значит, мне придется тебя изнасиловать.

Он совсем отпустил меня и сделал шаг назад. Я громко рассмеялась.

— Да ты меня боишься! Не парься, я лишена всех магических способностей. В лучшем случае прокушу тебе горло.

Я еще не закончила фразу, как вдруг резкий порыв ветра толкнул меня в спину так сильно, что я очутилась почти на груди Андрея. В паре сантиметров от своего лица я видела почти черные внимательные холодные глаза. Он так пристально меня изучал, что мне стало неуютно, я поспешила отодвинуться и испуганно вскрикнула. На всей улице погасли фонари. Только лунный свет отражался в его зрачках, и мне стало страшно. Почти окончательно протрезвев, я извернулась и попыталась отпрыгнуть от него в темноту, но он успел поймать меня раньше, чем я бросилась по улице, ломая каблуки и, возможно, ноги. Его дыхание защекотало мое ухо. Он прошептал, едва шевеля губами:

— О некоторых вещах не стоит шутить.

Я стояла, не смея шелохнуться, почти парализованная от какого-то животного страха. Я бы с удовольствием воспользовалась любым заклинанием, позабыв про все запреты, но, как назло, не могла вспомнить НИЧЕГО. Его губы вдруг скользнули от моего уха к виску, нежно коснулись ресниц и спустились к губам. Его поцелуй был жарким и настойчивым. Дыхание обжигало. Голова закружилась. Я бы упала, если бы он не прижал меня к себе. Он стер пальцем каплю пота, побежавшую по моему виску, и поднес ее к губам. Склонился к моим неожиданно заледеневшим рукам (а что? обычная физиологическая реакция на страх) и начал греть их своим дыханием. Он был так нежен и заботлив, что ужас отступил.

Когда я открыла глаза, свет горел по всей улице, не было ни единого движения ветерка, а его глаза смотрели на меня ласково и страстно.

Я бы могла поверить, что все ужасы мне привиделись от лишней дозы алкоголя, но в памяти четко отпечатался его пронзительный изучающий взгляд. Мое воображение не могло такое придумать.

Руки Андрея отпустили мою талию, поднялись к шее, к затылку, зарылись в длинные волосы. ОН был так нежен, так заботливо меня поддерживал. Его взгляд был вопрошающим, почти робким, словно он сомневался, понравилось мне или нет. Или все — таки алкоголь сыграл со мной шутку, и я все придумала? Свет горел все время или нет? Мне казалось, что ответив на этот вопрос, я узнаю ответ на другие.

— Пожалуйста, — прошептал Андрей. — Поехали домой. Ты устала и тебе надо выспаться.

Я не спорила и больше не просила никуда меня отвезти. Я безропотно надела шлем, села сзади него, обняла его за пояс. Мы летели по дороге, мысли судорожно скакали в моей голове. Я боялась его и не хотела его отпускать. Мне было почти все равно, кто он, но я больше не хотела верить в рассказанную им версию своего появления в моем доме. Слишком много странностей произошло за эти два дня…

Настоящее время. Откровение.

— Андрей, — решительно начала я, — давай ты больше не будешь кормить меня сказками и расскажешь, зачем ты здесь появился. Не забывай, что я с легкостью отличу правду от вранья.

Андрей откровенно смеялся, сидя на широком подоконнике и с удовольствием меня разглядывая.

— Дорогая, что тебя смущает? Откуда столько недоверия?

— Ты знаешь и умеешь слишком много для обычного внука старой ведьмы. Более того, я вообще думаю, что никакой бабушки нет. Ты колдун? — прямо поставила я вопрос.

Андрей тяжко вздохнул и поморщился, как от зубной боли.

— Дорогая, я ведь могу снова рассказать что-нибудь интересное и неправдоподобное. Ты снова мне не поверишь.

— Ты рассказываешь мне все, или я просто зову Мастера, и он забирает меня отсюда. Я уверена, что при необходимости он с тобой справится. А ты можешь оставаться в этом доме, сколько захочется. Я просто сюда не вернусь, через несколько недель выйду замуж, и все. Поверь, мне почему-то этого не хочется, но я выберу из двух зол меньшее.

— Ты готова уехать только потому, что не знаешь правды?

Он встал, приблизился, склонился надо мной. Его губы касались моих волос, а дыхание щекотало ухо. Его темные глаза были совсем рядом, я слегка скосила глаза и поняла, что совершенно не хочу в них смотреть. Мне было страшно, я боялась себя. Я боялась потерять голову, боялась подчиниться, раствориться, пойти за ним на край света. И при всем своем страхе, я страстно желала всего этого. Собравшись с силой, я холодно отстранилась.

— Я уеду, если не смогу тебе доверять.

Он недовольно выпрямился, нахмурился и стал мерить веранду шагами, усиленно размышляя. Я с облегчением перевела дух, стараясь не пыхтеть слишком шумно. Когда он был от меня на некотором расстоянии, я чувствовала себя значительно лучше.