Дмитрий Воронин - Синее Пламя

— Как ты можешь так говорить? Синтия — самая… самая… в общем, не твое это дело, демон.

— Я не демон.

— Да знаю я, — отмахнулся темплар.

Некоторое время они сидели молча. У каждого было о чем подумать. Денис вдруг ощутил нечто странное… конечно, хорошо было вернуться в нормальный мир, снова увидеть солнце, ощутить на щеках дождь и ветер. Вдохнуть полной грудью чистый воздух. И все же… и все же он немного грустил о Башне, хотя, будучи там, в этих каменных стенах, он отдал бы все, что угодно, за возможность вырваться на свободу. Но там они с Таяной были вместе, а здесь… а здесь перед ней, леди по крови, да еще и волшебнице, с которой — он был в этом уверен — вряд ли способен сравниться хоть кто-либо из ныне живущих магов, лежат совсем иные пути. Он же — всего лишь воин, да и неважный воин, признаться. Его снова ждет незавидная судьба прихлебателя рядом с богатой и могущественной женщиной… А если Таяна откажется от могущества, от богатства — с нее станется, у девушки отцовский характер, — она даже, пожалуй, не будет об этом сожалеть. Но ведь он будет помнить об этой жертве. Помнить и ощущать свою вину.

Все бросить? Уйти… уйти сейчас, исчезнуть? Смешно думать, что Таяна не сумеет его найти. Да еще если ей поможет Эрнис — а богиня, нашедшая себе, после долгих лет одиночества, собеседницу и подругу, вряд ли останется в стороне. Чтобы уйти от этой парочки, нужно найти путь в иные миры… да и то без всяких гарантий. Но сможет ли он сбежать? Да, когда-то он видел в Тэй лишь друга… но с той поры многое изменилось. Слишком многое. И мысль о том, что он никогда больше не увидит девушку, причинила Жарову почти физическую боль.

Стук каблучков отвлек его от тягостных размышлений. Денис поднял глаза и встретился с сияющим взглядом Таяны. Сейчас она была особенно красива — так любого человека красит свет в душе… так же, как уродуют испытываемые темные чувства. Молодая волшебница была вся напоена восторгом, и было не так уж сложно угадать источник этой радости.

— Получилось? — спросил он, помимо воли и сам растягивая губы в улыбке.

— Да… Дьен, ты даже не представляешь, как это было трудно. Здесь даже камни пропитаны смертью и ненавистью. Но я… мы сделали… мы смогли.

— Вернуть жизнь на это пепелище?

Она покачала головой:

— Изгнать смерть. Пойдем, пойдем… ты увидишь сам!

Не в силах отказать девушке, Денис встал — хотя и с неким усилием — и вслед за ней поднялся на полуразрушенную стену…

И замер.

Казалось, Хрустальная Цитадель вдруг расширила свои границы до пределов, недоступных взгляду. Равнина — еще недавно черная, местами дымящаяся, укрытая мокрой моросью, что веками пыталась смочить мертвый пепел, теперь сияла тысячами, миллионами огней… белая пелена покрывала все вокруг, и Жаров даже не сразу понял, что перед ним снег. И верно… здесь сейчас должна быть зима, и снег не может считаться диковиной — но ведь мертвая земля плато не знала снега уже тысячу лет. И с неба, искрясь и переливаясь в лучах солнца, пробивающегося сквозь просветы в облаках, продолжали сыпаться крошечные снежинки.

— Весной он сойдет, — шептала Таяна, прижимаясь к Денису и ежась от легкого, но довольно прохладного ветерка. — Растает. И напитает землю… потом ветер принесет семена. Сначала появится трава… может, не везде, может, ее даже будет мало. Но она будет.

— Тэй… — Денис обнял девушку, прикрывая ее от ветра. — Ты… ты чудо! Я даже не думал, что это возможно…

— Я тоже не думала. Но Эрнис сказала…

— Я ее не вижу, куда подевалась наша очаровательная богиня?

Таяна помолчала, затем тихо прошептала:

— Она ушла. Она сказала, что теперь у нас своя дорога… и знаешь, Дьен, мне почему-то показалось, что эта дорога ей известна.

— Она ж все-таки высшее существо, — усмехнулся Жаров.

— Она провидица… пусть даже в прошлом. Кто знает мысли богини, кроме нее самой? Но она так улыбнулась, перед тем как исчезнуть…

— И что теперь?

Книги были надежно спрятаны в библиотеке — призрак Ульриха дер Зоргена к пополнению коллекции отнесся с полным равнодушием. Лишь с несколькими пухлыми томами Таяна не нашла в себе сил расстаться. До ближайшего жилья было неблизко, к тому же этот путь предстояло преодолеть пешком. Мужчины не особо страшились долгого перехода, хотя Шенк все же предпочел бы отправляться в путь верхом. Жаров тут же, с немалой долей ехидства, поведал рыцарю, какие твари здесь использовались вместо привычных тому коней. В ответ темплар высказал осторожное предположение, что его друг-демон, весьма вероятно, сошел с ума. И, как и следовало ожидать, не поверил ни единому слову.

Вопрос, заданный Денисом, который наконец собрался с силами и решил расставить все точки над «i», повис в воздухе, Таяна вздохнула и опустила голову. Если ее избранник и считал, что хорошо умеет скрывать свои чувства, то это совсем не означало, что он был прав. С ее точки зрения, душевные муки Дьена просто бросались в глаза. Она понимала, о чем он думает, — и нельзя сказать, что не была и сама обеспокоена ближайшими, как выражается Дьена, перспективами. Но увы — никакого выхода, что не уязвил бы самолюбие мужчины, придумать она не могла.

Она, как недавно и сам Денис, вдруг подумала, что там, в Ноэль-де-Тор, было не так уж и плохо. Во всяком случае, они были вместе… Сейчас Тэй отчаянно сожалела, что богиня оставила их, именно теперь так бы пригодился ее мудрый совет. О, хоть чей-нибудь совет!

Видимо, ее страстный зов был услышан.

За спиной девушки раздалось вежливое покашливание.

— Прошу прощения, леди… могу ли я обратиться с просьбой?

— Разумеется! — Ее лицо осветилось улыбкой. Она была благодарна Шенку — хотя бы за то, что можно было ненадолго отвлечься от тягостных дум.

Он некоторое время мялся, затем осторожно спросил:

— Скажите, леди, ведь вы могли бы создать портал до ближайшего города… или даже до столицы, верно?

Вопрос застал Таяну врасплох. Она беспомощно оглянулась на Дениса и вдруг покраснела до корней волос. Это зрелище — самоуверенная Таяна редко краснела от стыда — заставило Жарова прыснуть со смеху. Он тут же отвернулся, но сочный смешок спрятать за нарочитым покашливанием не удалось, Тэй вспыхнула еще сильнее, только теперь ее глаза метнули молнии.

— Да! — рявкнула она. — Да, я не подумала! Ну и что? В конце концов, еще недавно я вовсе не думала, что когда-то сумею создать портал дальнего перехода.

— Тэй, ну что ты так переживаешь? — пробормотал Жаров, все еще стараясь не поворачиваться к девушке лицом, дабы не дать ей возможности увидеть смех в своих глазах. Чувства чувствами, но волшебница могла и не вынести насмешки… а что-либо хуже взбешенной колдуньи сложно даже придумать. — Главное, что эта мысль все же появилась. И теперь мы будем избавлены от долгого пешего перехода.