Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

Граф Гисс со свитой командовали войсками со склона холма. С того самого, на котором умирающий арденский прорицатель убил Галака. Собственно, все, что изменилось с того момента - со сцены исчезли трупы Галака и Эрадэаха ЭахМираэха, добавилось гонцов, добавилось суматохи, сгустились тени. Ночь шаг за шагом подбиралась к полю боя, не то спеша остановить кровопролитие, не то, напротив, торопясь ускорить разгром завоевателей.

Да, именно к разгрому шло все дело. Ушли вниз и увязли в драке воины с равнин Истона, ушли следом и закованные в броню всадники Гиссаны. Воины севера, защищавшиеся на берегу, не спешили сдаваться, хотя и отступали шаг за шагом к городу. А из холмов вестники приносили все более панические рапорты, и с этим граф и его полководцы не могли поделать совершенно ничего. Все резервы давно были в бою.

Лорбаэн сидела на дереве. В суматохе после гибели Галака она решила не лезть под руку переполненным эмоциями воеводам, однако и покидать столь удобное для наблюдения за происходящим место было глупо. Что ж, старая береза оказалась достаточно ветвистой, и в то же время листва ее не была слишком густой, чтобы Лорбаэн лишилась обзора. Слышно же отсюда было прекрасно.

-Эртолик Эанилин убит! Заслон отступает!

-Ты как обращаешься к его сиятельству, холоп?!

-Заткнись! Говори, гонец. Ты видел мертвого Эанилина?

-Нет... ваше сиятельство. Мне его старший сотник весть передал, он сейчас там командует отступлением.

-Бегством... не врал бы уж своему графу, гонец. Ладно, будь неподалеку, понадобишься еще.

-Ваше сиятельство, мы не можем их отрезать! Они не позволяют прорвать строй, дерутся что дьяволы!

-Где?

-Вон там, правее, видите? Сам Атранек Экмарен сейчас там, пытается пробиться.

-Да, вижу. А где Альбероник Эаприн?

-Ищут. Вроде бы видели, как он пал в первой же атаке.

-Как-то это не похоже на Альбероника. Ищите, такие в бою не умирают.

Частокол на берегу был облеплен воинами в черных медвежьих шкурах. Перед ними, на относительно ровном лугу, беспорядочно суетились тяжелые всадники алагоров. Лорбаэн, видевшая стройный порядок сражения фаланги арденов с армией графа Гисса, находила происходящее каким-то неправильным. Воины юга вроде бы атаковали, и вроде бы их было значительно больше - однако никакого видимого успеха не достигали. Местами скопления истонцев были весьма многочисленны, девочка заметила даже несколько проломов в частоколе, но не видела движения вперед. Сражались по всей длине укреплений, и сражались, похоже, без толку.

-Гонец от тысячника Таларика!

-Пропустить немедленно!

-Ваше сиятельство, тысячник Таларик идет к вам.

-Скоро?

-Несколько часов. До темноты не успеет.

-Что?!

-Тысячник Таларик сообщает, что имеет дело с превосходящими силами врага.

-Во сколько раз превосходящими?

-Примерно вдвое, точнее определить невозможно.

-Боги Звездного пика, а кто же тогда атакует заслон Эанилина?

-Если мне будет позволено высказать свое мнение...

-Высказывай, гонец, чего уж тут... все равно больше никто ничего путного сказать не может.

-Атака на заслон - отвлекающий маневр. Там может быть всего несколько сотен легких бойцов, в темноте они могут кое-кому показаться и армией. Основной удар идет по тьме Галака.

-Зачем?

-Чтобы вы тут остались одни, когда подойдут основные силы врага.

-Мда... а может, все обстоит строго наоборот? А, гонец? Может, это Таларика отвлекают несколько сотен легковооруженных воинов, а на заслон навалились те самые основные силы?

-Если мне будет позволено высказать свое мнение, ваше...

-Позволено! Говори, не тяни.

-Тысячник Таларик умеет считать врагов.

-Может, тут ты и прав, гонец. Может, и прав... хорошо. Темнику Таларику - приказ: не щадить людей и прорываться к нам. Только вместе у нас есть шанс выйти с этого берега живыми.

-Так и передать?

-Так и передай.

Северные сумерки долгие. В школе учитель рассказывал о 'северных днях' - в Кассории, например, летом солнце не заходит неделями. А еще бывали и 'северные ночи'...

Битва не стихала. Истонцам наконец удалось прорваться за частокол на левом фланге, и он тут же запылал, отрезая оказавшихся внутри от остальной армии стеной огня и дыма.

-Эдак мы без укреплений останемся.

-Ваше сиятельство, а зачем они нам, эти укрепления?

-Зачем, говоришь... если прав все же я, а не гонец Таларика, к нам скоро пожалуют из холмов гости... а армия копается внизу, как вроде они там клад нашли и поделить не могут. А еще может быть, что правы мы оба... тогда мы в ловушке, и нам безусловно конец. Одного не пойму - откуда у них столько воинов? Мы же их били уже не раз.

Противоположный берег уже полностью погрузился во тьму, и тьма медленно наползала на укрепления, озаряемые теперь лишь светом пожара слева. Чуть позже загорелся частокол ближе к центру, в отблесках пламени метались какие-то фигуры.

Из холмов доносились крики и шум не то битвы, не то погони. Время от времени оттуда появлялись воины южан - иногда раненые, чаще просто перепуганные, некоторые без оружия вовсе. Часть из них собралась вокруг графа Гисса и его свиты, среди них даже нашлось двое десятников, не потерявших голову подобно остальным. Многие же не задерживались, невзирая на окрики, и проходили мимо.

-Эй, девчонка! Да, ты, на дереве! Тебе еще что-то видно?

Лорбаэн, если и удивилась, что граф Гисс ее заметил, то старалась не подавать виду.

-Ничего не видно! Темно слишком!

-Ясно. Сворачиваемся здесь, пора поторопить наше бравое войско со штурмом этого забора.

Свита графа Гисса прозвенела сталью вниз по склону холма. Следом, озираясь и сжимая в руках мечи и булавы, потянулись воины заслона. Лорбаэн подумала немного и, спрыгнув с дерева, побежала следом.

Склон холма был истоптан копытами и сапогами прошедших здесь тысяч. Осторожно переступая, девочка спустилась вниз, к зарослям высокой травы и камыша, и увидела первую яму.

'Они говорили о том, чтобы вырыть ловчие ямы', - вспомнила она. Ямы с кольями. Самих кольев она не видела, но яма была завалена телами людей и лошадей. Впрочем, нет, кто-то там еще стонал.

-Убей меня, - попросил алагор с аккуратной седой бородкой, которого она с большим трудом вытащила из-под лошади. У него были переломаны обе ноги.

-Разве ты не хочешь жить?

-Хочу, - прохрипел он. - только уже не получится. Ты не сможешь меня дотащить... помоги лучше тому, у кого сломано меньше ног.

-Вот еще, - фыркнула Лорбаэн. И потащила, как котенок-крысолов тащит задушенную им крысу - волоком, пятясь назад, падая на колени, когда силы оставляли ее, и не в силах понять, что она делает и зачем. Потом и задумываться перестала - все вытеснила усталость и боль в руках и спине. А потом ее заметили, забрали стонущего алагора, унесли куда-то. Потом появился Броганек, залитый кровью везде, где только можно, и покрытый копотью там, где крови не было, посмотрел на нее свирепо, отругал на истонском и прибавил пару алагорских словечек, выдохся и отвел ее к арбалетчикам У стрелков было тихо и спокойно, в бою они уже не участвовали - в непроглядной тьме легко перестрелять своих же. Да и вытеснили уже северян с этого фланга, или они сами ушли - непонятно.