Евгения Федорова - Жертвы времени (СИ)

Я горько усмехнулся. Время. И время с маленькой буквы. Существа и течение материи. У меня нет времени. Теперь это звучит неоднозначно.

Повернувшись, я медленно пошел навстречу накатывающей, подобно цунами, волне фантомов. Тьма густела, легкий ветерок прокатился по улице, и внезапно справа от меня с грохотом распахнулась какая-то дверь. От неожиданности я отпрыгнул в сторону, еще сильнее сжав в руке нож. Кто-то стоял в проеме низкой двери, и вдруг я узнал это место. Да, именно здесь мы расстались с Энтони в той, другой жизни.

Теперь я знал, кто стоит там, но не понимал, что за этим последует. Драконьи кости, сейчас мне нужен был друг, не враг.

— Что мы будем делать с этим? — глухо спросил я.

— Решать, — отозвался Энтони, поднимаясь по ступеням мне на встречу.

Моя рука напряглась… и расслабилась.

— Отсюда есть выход, но нужно поторопиться.

— Ты покажешь? — я все еще не знал, как поступить.

— Идем, — фантом повернулся ко мне спиной, призывно махнув рукой. Мне достаточно было податься вперед и оборвать его жизнь. Я мог поддаться жажде, что когда-то разъедала меня изнутри, но не сделал этого, следуя за Шивой по пятам. В полуподвале, куда я вошел, было совсем темно, и глаз человека не смог бы различить стоящие вдоль стен обтрепанные диваны, некогда яркие, красные и зеленые, и маленькие, облупившиеся столики между ними. Пол показался мне протертым, видно, на него часто что-то проливали, а потом усердно оттирали до светлых пятен. В воздухе еще витал едва уловимый запах алкоголя, каких-то благовоний, духов и наркотического дурмана.

Владелица комнаты была мертва. Частичка ее сидела на диване в дальнем углу, вспыхнув едва заметным светом, когда я тяжело опустился рядом. Это мерцание говорило, что ее час уже пришел, и не было сомнений, что присутствие души здесь связано с воспоминаниям Шивы. Она все еще сохраняла в этом мире некую целостность только благодаря ему, но не думаю, что ей было это необходимо.

— Мертвым здесь нет места, — грустно сказал я и легким движением руки разбил границы, сдерживающие душу женщины. На секунду мерцание усилилось, словно в благодарность осветив мне путь, и распалось на тысячи тухнущих в темноте искорок.

— Жаль, — услышал я горькое замечание Шивы. — Это так тяжело, Демиан.

— Вечность ждет, — зло возразил я.

— Меня, — согласился фантом. — Ты прав, я не пожелал бы такого никому.

Он отодвинул одно из кресел.

— Ты можешь вытащить эту штуку из моей ноги? — спросил я с надеждой.

Шива даже не обернулся, чтобы посмотреть.

— Нет, нужен инструмент, и я не прикоснусь к тебе голыми руками. Высшие побери весь этот хаос, здесь ничего нет!

С этими словами он ударил по стене, и через секунду я услышал отчаянный визг железных петель: Энтони поддел пальцами отошедший от кирпичной кладки край. Из прохода потянуло влагой и запахом канализации, плесенью и холодом подземного хода.

— Нам сюда. Идти далеко, но к середине ночи я надеюсь вывести тебя под внешнюю стену.

— Ох, драконьи кости, что за напасть, — простонал я, поднимаясь, и последовал за ним…

Мы уже около часа шли по узкому коридору, являющемуся идеальным местом для нападения. Некуда было бежать, стоило фантомам отрезать нас, и шансов бы уже не осталось. Порою мне казалось, что Шива специально завел меня в эту западню, но я всякий раз отказывался от этой мысли. Уверен, фантом чувствовал мое напряжение, но словно бы не обращал на тревожную настороженность никакого внимания.

Я остановился, опершись плечом о стену, вдоль которой устремлялись вперед ржавые толстые трубы. От них исходил тошнотворный гниющий запах, пропитавший все вокруг. Не самое лучшее место для отдыха, но предел был достигнут, и я со стоном сполз на пол. Помогая руками, распрямил раненую ногу и откинул назад голову, прислонившись затылком к бетону.

— Все. Уходи один.

Шива постоял немного в вонючей темноте, потом со вздохом переступил с ноги на ногу и неуверенно спросил, словно спрашивая разрешения:

— Я подойду?

Пришлось пошевелиться и убрать в чехол нож, избавляя Шиву от ненужных опасений.

— Конечно, — прикрыв глаза, согласился я. — В любое время.

Шива сел на корточки рядом со мной. Я почувствовал, как от него пахнуло умиротворенным спокойствием, которое окружило меня и остудило душевную боль. Он держал все в себе, этот старый фантом, которого я считал когда-то другом. Как же я был слеп! Он умело манипулировал мною, и я верил ему.

«Наверное, именно это и было тебе нужно, — сказал я самому себе. — Друг, наставник, внимательный собеседник. Если бы не Энтони, твоей бы истории уже давно пришел конец. Как и многие другие, ты мог бы пересыпаться сейчас мертвым пеплом по пустынным улицам Гранд Сити».

Теперь я мог не только смотреть, но и понимать. Фантом был полон жизнью до самых краев, он не потратил ничего из того, что отобрал у людей и магов, и впереди его действительно ждала вечность. Он нес в себе воспоминания всего, к чему прикоснулся, чью жизнь отнял и впитал в себя. Все намерения, надежды, мечты, мысли и предназначение.

В нем было все, и все это было чужим — оно никогда не принадлежало ему.

— Я надеюсь, ты понимаешь, — медленно проговорил Шива, пристально вглядываясь в мое лицо, — чтобы нам с тобой отсюда выбраться, нужно три вещи: чтобы ты шел вперед, чтобы твой дракон прилетел и унес нас отсюда, и чтобы нам несказанно повезло. Даже первое, как я погляжу, ты выполнять не намерен, а с этим уменьшается вероятность того, что нам повезет, так что вставай!

Его рука пробежала по моему бедру и распустила ленту, перетянувшую ногу. Тут же в колене родилось неприятное жжение, кожу стало покалывать, и легкая судорога свела мышцы.

— Узнаю знак Мастера, — удовлетворенно кивнул Энтони, сунув ленту мне в ладонь, — может быть, ты и вправду сделал стоящий выбор.

Я предпочел не думать о выборе, о котором говорил Шива. Было не до того.

— Я умру от потери крови, — напомнил я фантому, кладя руку выше колена.

— Твой дракон должен быть с тобой, — Шива злился. — Где он, почему не поможет? О, Высшие, нет ни мгновения, ты должен идти и медлить больше нельзя! Ну, сможешь подняться?

Я усмехнулся, чувствуя, как он избегает слова «время».

— Как тебе сказать? У меня просто нет сил, так что мне все равно.

— Зато мне не все равно! — он схватил меня за шиворот и, встряхнув, поставил на ноги. — Вставай, полудохлик! Тут осталось не так уж далеко.

Ничего не изменилось, ноги мои тут же подогнулись.

— Да стой же ты! — проворчал Энтони с раздражением.