Сергей Рощин - Путь патриарха. Дилогия

Не прерывая размышлений, я указал дочери встать в центр звезды и в последний раз проверив все элементы конструкции, приступил к ритуалу. На долго он не затянулся, да и особым светопредставлением не отличался, мне всего-то и нужно было определить наибольшую совместимость характеров, а это магия не сложная — любой ученик пожелавший приручить ворона, или ещё какую полезную в хозяйстве животинку, может освоить нужные чары за неделю. Тут скорее сложность в количестве подопытных и алгоритме сравнения, но после понятия тысяч немёртвых это даже не смешно.

— Аликшесс останься, остальные могут возвращаться к делам, — демоницы поклонились и спешно отступили к двери. — Шеллис?

— Я прослежу, — на миг замерла в пол оборота брюнетка, скосив на меня взгляд и стоило последней эринии выйти за двери, выскочила следом.

— Тебе не интересно? — догнал её мой мысленный вопрос.

— Я… я не хочу этого видеть, — дрожащим от ментального напряжения голосом, отозвалась демонесса. — Прости.

— Ясно…

— Так, а теперь вы, — поворачиваюсь к ожидающим девушкам. — Сейчас я расскажу что и как делать, а потом приступим, но с начала, Ю Лан, выпей вон той колбы, — кивай на дальний столик, — тебе понадобятся силы…

Королевство Тетир, город Миратма, храм Тира.

Греххэм — помощник настоятеля храма, а также тайный член ордена Арфистов, тяжело поднялся с массивного табурета стоявшего у лежанки его новой знакомой и едва состоявшейся собеседницы. Лишь недавно ей с огромным трудом удалось добраться от границы с Калимшаном до стен города, измождённая, в обрывках каких-то грязных тряпок, со следами чудовищных пыток на теле, но при всём при этом живая и умудрившаяся никем не замеченной проскользнуть через весь город и глубокой ночью постучавшись в двери храма, попросить встречи с братом Грэххемом. А уж какую историю она после этого поведала…

Оперевшись на простой деревянный посох, носимый совсем не для демонстрации статуса или веянию моды, а совсем даже по насущной необходимости, будь она неладна, он с лёгким вздохом заговорил:

— Я понял твою историю, сестра. К сожалению, земли Лунного Моря слишком далеки от сюда и новости из тех мест если и доходят в Тетир, то уже обрастая массой небылиц и преувеличений, превращаясь в скорее в чудные сказки, чем в что-то достоверное. Потому не серчай, мало я знаю о ситуации в тех землях, наша головная боль — Калимшан, а теперь ещё и орки, которых ты и сама видела, хотя вроде бы последняя проблема идёт на спад. Но я сообщу нашим братьям о твоём чудесном спасении, об этом не волнуйся, — священник тепло улыбнулся, глядя на совсем по детски, начавшую недовольно сводить брови эльфику, — не иначе сам Тир, или кто иной из покровителей нашего ордена вступился за тебя, ибо другого объяснения такому чуду я не вижу. Сейчас же отдохни, в храме никто не станет тебя тревожить и ты сможешь провести здесь любое время какое сочтёшь нужным, — видя что гостья хочет что-то сказать, старик остановил её жестом и продолжил: — О плате не волнуйся, это же Храм Тира, помогать нуждающимся наш долг, — и пустив во взгляд лёгкую смешинку, со слегка выраженной паузой и мягким намёком добавил: — Вот если бы у тебя был мешок золота, но ты потребовала бы дать тебе приют бесплатно это был бы другой разговор, о необходимости делиться и помогать ближним, но так как не только золота, но и мешка у тебя нет, то и говорить не о чем, — не мудрёная, старая шутка о паладинах*, вызвала на лицах обоих находящихся в келье улыбку и по фигуре Эонис стало видно что она хоть немного, но расслабилась, чего и добивался убелённый сединами служитель храма. — Отдыхай. Завтра утром я зайду ещё и если ты вспомнишь что-то важное, обязательно тебя выслушаю. В моё отсутствие можешь обращаться за помощью к сестре Эльвитере, она полуэльф, её келья по левую руку от входа, в конце коридора.

— Она Арфист?

— Нет, она просто цилительница храма и очень добрая женщина, — Греххэм вновь улыбнулся в усы. — Чтож, отдыхай, — который раз повторил священник, — я зайду на кухню и велю принести тебе ужин, или скорее уж ранний завтрак и передам Эльвитере не тревожить тебя во время общего подъёма.

— Спасибо вам, брат Греххэм, — девушка запоздало подскочила с кровати и поклонилась уже повернувшемуся к двери старику.

— Не стоит, сестра, не стоит, — тот сделал неопределённый жест рукой, — не меня ты должна благодарить, совсем не меня, — замерший в уже открытом дверном проёме священник, опёрся обеими руками о навершие посоха и после секундной паузы повернулся к эльфийке и поймав её взгляд, с намёком поднял глаза к потолку.

Большего было не нужно.

— Я… я поняла, — тихо прошептала Эонис, опустив взгляд, но только что собиравшийся уходить священнослужитель почему-то задерживался.

— К Миликии посылаешь… голос свой, или к кому из эльфийского пантеона? — наконец нарушил молчание и открыл причину своей задержки помощник настоятеля.

— Я… — девушке внезапно стало стыдно и неудобно, и хоть умом она и понимала, что задавший прямой вопрос жрец Тира не обидится узнав о её вере, тем более, что и сам он это уже предположил, но всё равно признаваться в храме, жрецу который уже сильно тебе помог и ещё многое собирался сделать, что ты веришь в другого бога, пусть и тоже светлого, было очень неудобно. Но всё-таки прямой вопрос требовал ответа, — я волшебница… — выдавило непослушное горло, а кончики ушей, по ощущениям, могли бы заменить и факелы.

— Значит Мистра… — кивнул человек, — помолись ей. Богам редко кто-то молится чтобы просто сказать «спасибо», всё больше чего-то просят. А вот ты можешь поблагодарить искренне, есть за что, а это редкость, почти как настоящая добродетель. Даже если и не она это была, то ничего страшного, во вселенной всё взаимосвязано, может и твоему спасителю кто-то также скажет спасибо «по ошибке», вот и зачтётся, — коротко взглянув в слегка затуманившиеся глаза юной собеседницы Греххэм понял, что разговор и впрямь пора заканчивать. Увы(или к счастью) не каждому дано познать на собственном опыте, что такое два месяца сидеть в соседних клетках со жрецом Талоны, ожидая когда толпа безумных дикарей решит приготовить тебя в качестве основного блюда на какой-то религиозный праздник. Безвыходность ситуации, невозможность придушить своего визави на месте, полное отсутствие иных собеседников, чей язык ты понимаешь, на многие километры вокруг и общий, хм, колорит обстановки, делают религиозные диспуты практически единственным возможным времяпрепровождением. Как признавал сам Греххэм, данный жизненный опыт оказал на него очень благотворное влияние и значительно расширил кругозор. — Ну пойду я, годы уже не те, а работёнки на эту ночь ты мне прибавила, эх, успеть бы всё до утренней службы, — глядя на слегка удивлённое лицо девушки, старик ещё раз улыбнулся в усы и вышел за дверь, плотно её притворив.