Рисс Хесс - Planescape: Torment: "Пытка Вечностью"

 — Но она не спасла бы его... Ты просто хотел, чтобы она была найдена.

 — Конечно же, для него она была бесполезна. Никто не может так легко обмануть судьбу. — Он бросил на меня недовольный взгляд. — Однако ничто так не побуждает человека к действию, как слова о том, что предмет поисков спасет его душу от вечных страданий. Я собирался забрать сферу у него сразу же после того, как она будет найдена. Просто если бы я сам взялся за ее поиски, это заняло бы слишком много времени... чрезмерно много. — Он улыбнулся. — И зачем мне делать это самому, когда другие старались найти необходимое?

 — Вообще- то, он заставил меня ее искать. И чем же сфера так важна?

 — Важна? Ты что, не знаешь? — Инкарнация замолчала, размышляя. — Она у тебя с собой?

 — Да, с собой.

 — Она у тебя?! — Глаза человека вспыхнули. — От тебя есть хоть какая- то польза! — Взгляд его стал расчетливым. — Когда мы сольемся воедино, я найду способ открыть ее. Возможно, еще не все потеряно...

 — Но что это за сфера? Что в ней такого?

 — Она была мертвым камнем ощущений. — Взгляд инкарнации был направлен в пространство. — Знаешь, чем в нем было? — Он хищно усмехнулся. — Предсмертные ощущения первого из нас. Когда мы еще были одним человеком, а не набором воплощений. — Он понизил голос. — Если бы изыскался способ открыть ее, я бы сумел заглянуть в его разум...

 — И узнать, почему это все случилось?

 — Да...— На лице человека проступило сожаление. — Это вопрос, на который я всегда не мог найти ответ. Почему это случилось. Почему мы стали бессмертны. — Он вздохнул. — И, боюсь, мы никогда не узнаем.

 — Возможно, на подобные вопросы ответов попросту нет. Возможно, и не было никогда. — произнесла добрая инкарнация

 — Я не оперирую понятиями «возможно» и «может быть», — прошипела практичная инкарнация. — Я ищу ответы. Именно это позволило нам продвинуться так далеко. — Он презрительно кивнул на добрую инкарнацию. — Если бы мы оставили все в ТВОИХ руках, сейчас бы не знали о толики того, что знаем. И в знании этом наша СИЛА. — Он обернулся ко мне. — Ты поймешь это, когда мы сольемся.

 Я отвернулся от него, решив пообщаться с доброй инкарнацией. Но он заговорил раньше, чем я успел раскрыть рот, и лицо его выражало лишь заботу.

 — С тобой все в порядке?

 Я кивнул, благодаря его за вопрос, и спросил в свою очередь:

 — Кто ты?

 — А было ли у нас имя? Или просто когда- то существовал первый из нас? — Человек мягко рассмеялся. — Знай, что во всем этом я твой союзник — я, как и остальные, скончался в твоем разуме, и отражение это — все, что осталось.

 — Но кто же ты?

 — Ах, ты об этом...— Улыбка его потускнела, а взгляд выразил тревогу. — Для тебя, наверное, это слишком. Попробую объяснить: я — одна из твоих инкарнаций. Когда- то я умер, но теперь снова здесь.

 — Но как такое возможно?

 — Я... не знаю. Ты чего- то коснулся в Крепости, и это отразило частички тебя самого. — Он помедлил, размышляя. — Один из них может знать, как такое стало возможным, но мне это неведомо.

 — Если ты — часть меня, то я должен узнать кое- что.

 — Спрашивай.

 — Я прожил множество жизней. Но почему здесь всего три инкарнации?

 — Я не знаю. Возможно, лишь мы трое каким- то образом еще существуем в твоем разуме.

 — Существуете? Но как?

 — Не знаю точно, но полагаю, что когда мы умираем, следы прошлых личностей могут оставаться в разуме... и я знаю, что иногда нас даже можно ощутить.

 — Как?

 — Когда ты готов очертя голову ринуться навстречу опасности, или стоишь на пороге открытия, я могу тебя подтолкнуть, направить в верном направлении.

 — Так это ты — то странное ощущение, которое я испытываю, когда ко мне возвращаются фрагменты воспоминаний?

 — Не знаю, как это воспринимаешь ты сам, но возможно, что да.

 — Я пришел в Крепость с союзниками... но что- то разделило нас.

 — Я боюсь, друзья твои уже мертвы. — Лицо человека исказила боль. — В этом месте живет ненависть ко всему живому.

 — Ты знаешь, почему я хотел обрести бессмертие?

 — Нет, не знаю. Думаю, от страха. Возможно, знает кто- то из остальных, но не я.

 — Почему ты думаешь, что от страха?

 Человек улыбнулся, но не было веселья в той улыбке; да и вышла она достаточно грустной.

 — А кто вообще стремится к смерти? — Он медленно покачал головой. — Но лишь первый из нас знает причину того, что привело нас в такое состояние.

 Я хотел попросить его слиться со мной, но заколебался. Ведь он — мой единственный союзник здесь; попробую пока пообщаться с третьим.

 Я обратился к параноидальной инкарнации, поинтересовавшись, кто она такая.

 — ЗНАЙ, что не протянешь долго в этом месте, ВОР! — заорал человек, брызжа слюной, и лицо его исказила безумная усмешка. — ЛАБИРИНТЫ, СОЖАЛЕНИЯ и СМЕРТЬ — вот все, что здесь есть...

 Практичная инкарнация смерила взглядом параноидальную, а затем обратилась ко мне, зло заявив:

 — Ты теряешь время на разговоры с этим. Его мысли — оскорбления и бред, ничего больше. Прекрати заниматься ерундой, нам с тобой есть, о чем поговорить.

 — ВОР! — Руки параноидальной инкарнации задрожали, будто горя желанием кого- нибудь задушить. — Я СЛОМАЮ тебе шею... и верну свое ТЕЛО. — Он обернулся ко мне. — Ты носишь мое тело, как ПЛАЩ, и УНИЖАЕШЬ меня этим...

 — Я не вор. И ничего у тебя не крал— ответил я.

 — ТЫ ВСЕ УКРАЛ! Я ОЧНУЛСЯ НА УЛИЦАХ ГОРОДА - КОЛЬЦА И ВСЕ, КТО ВИДЕЛ МЕНЯ, УЗНАВАЛИ МЕНЯ! — Он тяжело дышал. — Все, кто имел с тобой дело, кому ты причинил вред — они ждали, обвиняли, били меня, пока не мог больше выносить ГОЛОСА...— Его пальцы сжались в кулак. — И я заставил их ЗАМОЛЧАТЬ.

 — Что ты знаешь о других инкарнациях? — поинтересовался я.

 — ВОРЫ. Они ВОРЫ — все без исключения. А ВОРАМ суждено УМЕРЕТЬ.

 — Не смей угрожать мне, глупец, — немедленно отреагировала практичная инкарнация. — Предупреждаю тебя. Если здесь и есть вор, то только ты сам — ты пытался лишить нас шансов разобраться в ситуации, портя все то, что сделал я до тебя!

 — Ты — ВОР! Ты украл мое тело и мою жизнь! — Этот разговор ведет в никуда. Я решил задать вопросы о деяниях, которые, как я полагал, он совершил.