Гала Рихтер - Семь историй Чарли-Нелепость-Рихтера

В общем, Питер сидел, уткнувшись лицом в колени, и плечи вздрагивали от плача, рядом сидела Джой и лицо у нее было белое, как мел, а по щекам текли крупные красивые слезы, и я, чувствуя себя полнейшим идиотом, молча уставился в стереовизор, по которому показывали новости.

— …террористов, захвативших в мае 2092 года Луна-Сити и удерживавших заложников более месяца, обнаружена сотрудниками спецслужб… — я пощелкал пультом, переключая с Би-Би-Си на Си-Эн-Эн. Дикторша в синем костюме талдычила о том же, — … чья база найденная объединенными силами спецслужб США и РФ, опустела за несколько часов до штурма. Как показал предварительный осмотр здания, несколько десятков ученых, считавшихся погибшими во время нападения на Луна-Сити, удерживались здесь силой… — я снова переключил канал и наткнулся на фотографию двух светловолосых детей — мальчика и девочки, в которых с изумлением узнал Джой и Питера, — … Мелани и Лоуренса Чейсов, считавшихся пропавшими без вести в 2092. Их личные вещи, как и вещи, принадлежавшие другим ученым, находившимся в Луна-Сити при штурме, найдены на базе террористов, местонахождение которой до сих скрывается представителями армии.

В новостях снова мелькнула фотография, на этот раз красивой женщины с русыми волосами и улыбающегося мужчины — его глаза были синими, как у Джой и Питера. Я беспомощно оглянулся на ребят: Джой сидела на полу, прислонившись спиной к стене, поддерживая голову опустившегося рядом с ней брата.

Бред. Какой бред…

Каково это узнать, что люди, которых любил больше жизни, о которых думал, что они погибли, защищая тебя, на самом деле живы, и все это время были где-то рядом, на Земле, во всяком случае… Черт. Вот черт!

Я сел рядом с Питером, с другой стороны, стараясь не приближаться к Джой (слишком много неуправляемых эмоций во мне это вызывало), и выключил стереовизор. В наступившей напряженной тишине было слышно тяжелое дыхание Пита.

— Мы должны все узнать, — сказал я очень тихо, но настойчиво. — Наверняка, Полина уже в курсе. Нам надо все узнать.

— Чарли, — Джой подняла на меня глаза, — Уйди. Пожалуйста. Просто уйди.

Она была почти спокойна — почти, на грани истерики. Если я уйду сейчас, истерика случится неминуемо, если и не у нее, то у Пита. Или у меня. Потому что я первым делом направлюсь к Полине и устрою скандал, стремясь узнать какого такого хрена двое моих друзей узнают такие новости не от директора школы, а из долбаного ящика.

— Никуда я не пойду, — упрямо сказал я.

И вправду, когда у меня случилась история с моей проклятой мамашей, именно Питер постарался вытащить меня из ямы, куда я старательно пытался залезть. Бросать его в подобной ситуации было бы подло. Мерзавцем я был еще тем, но друзей не предавал никогда.

Просто у меня не было друзей, вот в чем дело.

Я приобнял плачущего Питера за плечо и снова посмотрел на Джой. Она отвела взгляд, словно испугавшись того, что я сейчас могу наговорить. Длинные ресницы дрогнули как крылья какой-то причудливой красивой бабочки, прикрывая небесной синевы глаза.

Черт, ну почему даже в такой момент я смотрю на нее? Это как заклятье какое-то…

В коридоре раздался стук каблуков. Из всех преподавателей и студентов, старомодную обувь, стучащую при ходьбе, носила только Полина Чанг. Она и вошла в комнату даже без стука, быстрым взглядом оценила ситуацию и села на кровать Джой.

— Мистер Рихтер, полагаю, вам стоит прогуляться, — сказала она тоном, ясно дающим понять, что я здесь лишний, — Думаю, на кухне как раз готов обед.

Я ободряюще постучал Питера по спине, кивнул Джой и вышел, разрываясь между желанием наорать на директрису и узнать, о чем же она будет говорить с Чейсами. Мое прошлое позволяло мне просто встать около двери и подслушать, но я решил, что это будет неуважением. Еще пару месяцев назад я бы даже и думать об этом не стал, но… я теперь был не уличным воришкой и мелким хулиганьем. Ну, по крайней мере, не только им.

Остаток дня я провел в своей комнате, время от времени набирая Джой и Питера, но их обоих либо не было в комнатах, либо они игнорировали мои звонки. Поход к Полине тоже не принес результата — ее кабинет был закрыт на ключ, и даже если бы у меня хватило наглости открыть его, все равно мне нужно было поговорить с ней, а не что-то другое. Я до ночи смотрел стерео, ел чипсы прямо из пакета и пил отвратительный молотый кофе. Ситуация была хуже некуда.

Лоуренс и Мелани Чейс, как еще несколько десятков человек, были захвачены террористами, о которых в новостях, так же и как шесть лет назад, не было сказано ничего конкретного. Зачем вообще кому-то понадобилось захватывать Луна-Сити? Небольшой городишко, пусть даже и на спутнике — просто поселение-купол, с искусственной атмосферой, вырабатываемой подстанцией. В основном, там жили ученые и рабочие, которые занимались постройкой большого города. Серенити строили по сей день, да вот только рабочие…это второстепенно. Луна-Сити был научно-исследовательским центром, но уж никак не стратегически важным объектом, как можно было предположить.

Думай, Чарли, думай! Логика никогда не была моей сильной стороной, но даже я чувствовал здесь какой-то подвох. Было что-то неправильное в этих террористах, которые, если верить архивам, не предъявили тогда никаких требований, просто захватили город и перебили половину населения. Даже мои знакомые из банд сначала орали что-нибудь воинственное, а уж потом забирали кошелек и прочие ценности. Да я и сам так делал, если уж совсем честно.

Да и потом, если уж ты напал на город и забрал с собой как гарантию того, что тебя не уничтожат, несколько человек, то какого черта надо держать их почти шесть лет в каком-то лагере?

Черта с два они были гарантией! Они были целью — изначальной целью нападения, вот в чем дело!

Я вскочил со стула, сшибая по пути чашку с кофе. Кофе пролился на джинсы.

— Ч-ч-черт! Твою мать!

Но зачем? Какого… нафига этим сукиным детям были нужны ученые, которые занимались вполне безобидными исследованиями? А?

Я снова сел за комп. Мысль — дикая, но кажется, верная — билась в висках.

Итак, Лоуренс Чейс — математик. Сфера изучения — геометрия космоса. Его жена — психофизиолог, несколько трудов по изменениям нервной системы человека в условиях внеземного расположения. Уильям Тодд — изобретатель "двигателя Тодда", позволяющего достигать огромных скоростей, применющегося для кораблей-разведчиков, отправляемых в "Дальний Космос". Лукас Волинчек — совсем еще мальчишка, тогда ровесник Питера, пилот — сверхскоростник, чемпион гонок по орбите, ко всему прочему, изучающий физику тугоплавких веществ. И так далее по списку.