Стэн Николс - Магия цвета крови

— Тогда мы сходимся во мнениях. Кланы тоже считают, что в первую очередь нужно ликвидировать заводил. Разница в том, что ты видишь лишь несколько гнилых растений на пшеничном поле, а мы считаем, что все оно заражено.

— И готовы скосить все подряд.

— Если понадобится. Однако будет лучше, если ты предоставишь во всем этом разбираться нам самим, Талгориан. От тебя одно беспокойство.

— За что мне и платят.

— Взять хотя бы этого военного вождя, о котором ты только и говоришь, — продолжал Басторран. — Напрасная тревога, все это пустое...

— Пока у меня нет оснований считать, что Зиррейс не представляет собой угрозы, — сердито ответил посол. — Мне доносят о его набегах.

— Не понимаю, почему тебя так волнует, что варвары убивают друг друга. Как раз это и делает их неопасными для империи.

— И снова хотелось бы надеяться, что твое благодушие имеет под собой серьезные основания.

— Нет нужды полагаться исключительно на мое мнение. Северная экспедиция совсем скоро должна добраться до места своего назначения, вот тогда и станет ясно, кто такой Зиррейс. Кстати, есть ли какие-нибудь известия от нее?

— Нет. И, согласно донесениям наших агентов, о ринтарахской экспедиции тоже ничего не слышно.

— Когда имеешь дело с варварскими странами, со связью всегда проблемы. Стоит забраться достаточно далеко, и непременно случаются задержки.

— Похоже на то.

— Вижу по лицу, тебя снова гложет тревога. — Басторран отпил из бокала. — Доверься мне, посол, и очень скоро убедишься, что все это просто булавочные уколы.

Внимание Талгориана привлекло что-то в дальнем конце зала.

— Кстати о булавочных уколах...

Вождь паладинов проследил за его взглядом и в первый момент, казалось, не понял, о ком речь, но потом кивнул.

— А-а, Далиан Карр... — Особой радости в его голосе не ощущалось.

Карр стоял, прислонившись к стене, его камзол украшал вездесущий герб Гэт Тампура: изрыгающий пламя серебристый дракон. Патриций разговаривал с каким-то мужчиной, но даже со значительного расстояния было заметно, что беседа не увлекает его. На нем была простая матерчатая маска с прорезями для глаз, прикрывавшая лишь верхнюю часть лица и резко контрастировавшая с диковинным обличьем других гостей.

— Речь, которую он произнес... — заговорил Талгориан. — Вся эта пустая болтовня о сочувствии к так называемым “обделенным”...

— Почти мятеж, если хочешь знать мое мнение. И эти настроения недалеки от твоих собственных.

Лицо посла омрачилось.

— Я не приемлю замечаний подобного рода. Все, на чем я настаиваю, касается исключительно методов...

— Да-да, знаю. Воспринимай это как шутку. Твои взгляды просто ошибочны; позиция же Карра граничит с предательством.

— Двусмысленный комплимент! Хорошо хоть, что ты видишь разницу между моим беспокойством по поводу стратегии и заигрыванием Карра с антиобщественными элементами.

— Хорошо известно, что это больше чем заигрывание. Мы уже на протяжении нескольких лет подозреваем его — как и твои люди. Он сочувствующий, а может, позволяет себе и нечто большее.

— Одно дело подозрения, другое — доказательства.

— Обстоятельства изменились, не забывай. Сейчас у нас руки развязаны. Через пару недель он уже не будет патрицием, а ведь именно эта должность обеспечивает ему определенную защиту. Как только он оставит службу, мы сможем действовать без ограничений.

— Не стоит его недооценивать. Требуется немалая изворотливость, чтобы долгие годы балансировать на грани.

— Мы сделаем все, чтобы дать ему возможность оступиться, поверь мне. Стоит ему хотя бы на волосок отойти от...

— Он заметил нас.

Обходя диковинных танцоров, Карр прокладывал свой путь к ним. Они встретили его неискренними улыбками и вежливыми приветствиями.

— Па-а-атри-и-иций, — растягивая гласные, произнес посол. — Превосходная речь.

— Очень поучительная, — поддакнул ему Басторран.

— Благодарю вас.

— Пожалуйста, присаживайся. — Талгориан кивнул на пустое кресло. — Итак, ты в конце концов, решил распроститься с общественной деятельностью. После... сколько лет ты прослужил?

— Временами возникает чувство, что слишком много.

Посол издал приличествующий случаю бессодержательный смешок.

— И чем собираешься заполнить свои дни? — поинтересовался Айвэк.

— Ну, я найду, чем заняться.

Талгориан всячески стремился поддержать светскую беседу.

— Уверен, твоя тяга к угнетенным найдет свое реальное воплощение. Может, в форме благотворительной деятельности?

— Надеюсь, у меня всегда найдется время и силы для тех, кому меньше повезло.

— А-а, сегодня твоя солидарность с ними проявляется в выборе одежды. — Вождь кланов имел в виду простую маску Карра.

Патриций наградил его понимающей улыбкой.

— Думаю, это скорее попытка подать пример.

— Того, что следует иметь нищенский вид? Не стоит принижать себя.

— Конечно, посол. Пример более скромных трат — вот что я имел в виду. — На лицах собеседников Карра появилось недоуменное выражение. — Оглянитесь вокруг. Что вы видите?

— Паладин насмешливо фыркнул.

— Я вижу состоятельных мужчин и женщин. Пример, который они подают, — это возможность лучшей жизни для каждого.

— Процветая под крылом империи. — Посол закатил глаза.

— Многие ли здесь заслуживают этого? — Карр в упор посмотрел на него.

— Не можешь без полемики, да? Обществу будет не хватать твоих острот.

— Бедные люди никогда не были для меня предметом шуток.

— Пусть твои обожаемые угнетенные, — чувствовалось, что верховный вождь кланов начинает злиться, — трудятся тяжко и честно, тогда и положение их улучшится.

— Большинству лучше не станет, как бы они ни трудились. Даже если у них есть работа и они не рискуют попасть в облаву и подвергнуться издевательствам каждый раз, когда решаются выйти на улицу.

— Если они не делают ничего противозаконного, то и опасаться нечего.

— С ними обходятся как с врагами, говоря, что это делается во благо государства. Хотя не все они мятежники, как тебе известно.

Басторран вперил в патриция суровый взгляд.

— Ты бы удивился, узнав, сколько их на самом деле.

— Твои взгляды достойны всяческих похвал, Карр, — сказал Талгориан, — и можно лишь одобрить столь гуманистический настрой. Давайте выпьем за твою отставку. — Он сделал знак лакею.

— Нет. — Далиан Карр покачал головой. — Спасибо, но... это был трудный день, и мне нужно еще кое с кем встретиться.

— Позволь заметить, выглядишь ты не слишком хорошо.

— Ничего страшного. Просто переутомился. Стараюсь привести дела в порядок перед уходом.

— Уверен, это не слишком пагубно отразится на твоем здоровье, — едко заметил паладин. — Уйти в отставку — это было мудрое решение. Теперь ты сможешь скинуть с плеч тяжкую ношу и позволить другим беспокоиться о благополучии людей.