Инесса Заворотняя - Алина Дымова

— Лучше поздно, — пробормотала я.

Снегов был в нашем кабинете, когда я наконец туда дошла. Подозреваю, что лицо у меня было не очень веселое

— Что? — спросил Торин. Снегов сидел верхом на стуле между нашими столами. Я прошла к своему столу, все еще сжимая в руках ту папку. Села и протянула папку вперед. Снегов взял ее и, придвинувшись к Торину, открыл. В комнате повисло молчание

— Кто? — это Снежок спросил

— Царь, — пожимая плечами ответила я. А чего я собственно говоря так испугалась? Ну, ищет. Но не нашел же еще. К тому же меня предупредили. И Верблюдову совсем не выгодно будет, если я попаду к Царю. Все же мои знания довольно ценные. Я вздохнула с облегчени-ем. Пока я в управлении мне ничего не угрожает. Да и вообще кроме моего позывного люди Царя ничего не знают и Верблюдов сделает все возможное, чтобы они как можно дольше ни-чего и не узнали. Это и в его интересах.

Я посмотрела на мужчин, те обменялись весьма мрачными взглядами.

— У меня сегодня дежурство, — тихо сказал Торин, Снегов молча кивнул

— Вы чего задумали? — насторожено спросила я

— Без меня из управления ни шагу, — строго сказал Витя Снегов я аж запнулась от его тона

— Хорошо, — у меня и мысли не было ему перечить. Витя кивнул Торину и вышел

— На улицу без меня или Снегова не выходить. Ясно? — таким же тоном спросил Торин. Они что собираются меня охранять? Хм-м. Приятно-то как! Я поспешно кивнула, соглашаясь. Два военных (один из них бывший, правда, но не суть) да еще и далеко не уродов, будут меня охранять. Кто ж от такого отказывается?!

Глава 5

Долго радоваться мне правда не удалось. Меня немного волновала Тоня. Мы задержива-лись на работе и я позвонила ей на мобильный. Та не ответила. Дозвонилась только на до-машний и то не сразу

— А что у тебя с телефоном?

— Батарея села, — мне даже показалось, что она вздохнула с облегчением

— Батарея? Ну, ладно. Я задержусь на работе, так что не жди

— Хорошо, — ответила Тоня. Вроде бы ничего необычного, но все равно как-то настораживает.

В тот же день уже Торин отвозил меня домой.

— Спасибо, дальше я сама, — выходя из машины, сказала я

— Сидеть! — я чуть не подпрыгнула от этого резкого выкрика Михаила Андреевича, — Снегов что инструкции не давал?

— Давал, — мрачно ответила я, вспоминая то мозгоклюйство которое мне вчера устроил Виктор

— Тогда молча, — приказал Торин, вышел из машины, осмотрелся и только потом разрешил выйти мне. Боевик какой-то!

Вместе мы поднялись по лестнице я вставила ключ в замок и повернулась к Михаилу Ан-дреевичу

— Дальше я сама? — тот только отрицательно мотнул головой. Вздохнув, я открыла дверь Торин вместе со мной прошел в квартиру, а дальше я ничего не поняла. Отчего-то я оказалась на полу, уши заложило и я почему-то вся была белая

— Жива? — скорее прочитала по губам, чем услышала я вопрос Торина. Пару секунд мне нужно было чтобы сообразить, потом чтобы оглянуться и прислушаться к себе и только потом я кивнула

— Да…

— Все живы? Все целы? — в квартиру ввалился кто-то с этим вопросом. Торин уже помог мне подняться. Я огляделась половины стены на кухне не было. Это что? Взрыв что ли? Тут меня осенило

— Тоня… — пробормотала я, но Михаил Андреевич и так уже был на кухне и склонился над чем-то. Спустя секунду до меня дошло, что это мой халат и он на Тоне…

Как в тумане я видела что рыжий проверил пульс и покачал головой. Голова тут же пошла кругом, чтобы не упасть я сделала шаг назад и уперлась в стену. Рукой нащупала низкий комод и плюхнулась на него

— Дайте воды, пожалуйста…

— Держи, — Торин протянул мне стакан с водой. Отхлебнув немного, я сказала

— У вас есть две минуты до того как я впаду в истерику

— Кто это? — быстро сориентировался Михаил Андреевич

— Тетина родственница Антонина Редина, — послушно ответила я

— Что она здесь делала?

— В гости приехала, — четко отвечала я, прислушиваясь к себе

— Зачем? Почему?

— С мужем что-то… Разводиться собралась, — я пыталась вспомнить более конкретно, но ничего не получалось

— А муж кто?

— Чиновник какой-то. Детей у них не было. У мужа целый полк охраны и сам он… Цербер какой-то… Тоня, когда говорила о нем, ей было страшно, — голос понемногу начинал дрожать, верный признак подступающей истерики

— Что рассказывала?

— Проболталась, что сбежала от него, что он сделал что-то… — голос уже дрожал и руки то-же, — больше не знаю, и никогда не узнаю…

Вокруг толпились какие-то люди, кажется даже наши новые эксперты и где-то мелькнула белая голова Снежка. А я все смотрела на красное пятно на своем халате, истерика уже про-шла, а взгляд отвести я не могла

— Ее из-за меня, да? — тихо спросила я, с трудом отводя глаза

— Нет. Ты ему живая нужна. А тут явно убить хотели, — спокойно пожимая плечами, отве-тил Снегов, стоя возле меня

— А ты откуда здесь? — опомнившись, спросила я

— Так мое ж дежурство. Твой сосед позвонил и вызвал наших, потом Торин еще, — ответил Снегов. И чего они все такие спокойные? У меня полкухни снесло и родственницу убили, а они все такие спокойные! Такие серьезные, копошатся что-то, как муравьи, а она лежит лицом вниз и халат с красным пятном…

— Откуда про две минуты знаешь? — услышала я вопрос Торина

— Да так бывало, вот и запомнила, — пробормотала я. Тоню наконец увезли. Я подняла глаза на Торина и заметила у него кровь на шее, — у вас кровь

— А! Царапина, — отмахнулся он, вытирая кровь с шеи, — здесь тебе оставаться нельзя. У тебя жить есть где? Ну там подруги, друзья? — спросил он, я на секунду задумалась и поняла, что не у кого.

— Нет

— Понятно. Давай собирай вещи, поживешь у меня, — пряча руки в карманы, сказал Михаил Андреевич

— У вас?! — от удивления я даже немного вышла из того ступора, в котором была последнее время

— У тебя есть другие варианты? — скептически поинтересовался рыжий, — В кабинете жить не позволю

— Ну я…

— Не волнуйся! Дом у меня большой, места всем хватит!

— Нет. Ваша жена…

— Жена у меня добрейшей души человек и гостей любит, — такое ощущение что у него есть ответы на все мои отговорки.

— Шутите? — уточнила я, в этот момент к нам подошел Снегов, оказывается он уходил, а я этого даже не заметила

— О чем спор? — поинтересовался он

— Да вот приглашаю ее к себе, а она отказывается, — пожаловался Торин