Джуанита Коулсон - Цитадель бога смерти

— Держите себя как следует, — напутствовал их сержант, когда они пошли за управляющим темным проходом. Они заметили, что подол мантии управляющего волочится по земле. Эрейзан сделал вид, что хочет наступить на него и Тирус хмыкнул, пряча улыбку.

Дворец был построен несколько поколений назад, с учетом того, что он должен будет выдерживать нападения врагов. Тирус шел по узким проходам и крутым поворотам и понимал, что ограниченное число защитников здесь может обороняться от целой армии. Однажды Тирус у себя в Камате защищался от напавшей на город банды пиратов. Тирус был воином, моряком. Всему этому он учился с детства, кроме того, он изучал — и с большим успехом — много других искусств.

Правители Куреда тоже много воевали и их опыт выразился в архитектуре дворца: узкие переходы, крутые повороты, толстенные стены из крепкого дерева, укрепленного железом и камнем. Тирус представил Джателлу во главе войска, обороняющего дворец, и улыбнулся. Он знал, что ни один умный военачальник не рискнет нападать на королевскую резиденцию.

Далее проход разветвился и управляющий выбрал правый коридор. По другому коридору шла группа солдат во главе с офицером, пожилым сильным мужчиной. Это был верховный командующий королевской армией. При виде его управляющий низко поклонился, уступил дорогу и выказал знаки уважения и почтения. Когда они прошли, Тирус прошептал Эрейзану:

— Этот коридор для знатных господ, а мы, актеры, пойдем по коридору для слуг.

Как и предполагал Тирус, узкий коридор вел в кухню. Здесь они прошли между печами и котлами. В кухне стоял запах жареного мяса, рыбы, специй. Бегали повара и поварята, поминутно что-то помешивая, переворачивая, подсыпая что-то, пробуя. Пока они проходили, Эрейзан с наслаждением вдыхал кухонные ароматы и жадно смотрел на пищу. Готовая еда на подносах выносилась лакеями, а обратно возвращалась пустая посуда для мойки. Наконец, они пришли в комнату, соединенную сводчатыми дверями с королевским обеденным залом. В комнате стоял шум, производимый многочисленными лакеями и слугами. На боковых столах стояли груды грязной посуды и пустые винные бутылки. Дородная матрона наблюдала за этим беспокойным хозяйством, предотвращая столкновения, ссоры и наводя порядок.

— Подождите здесь, — сказал управляющий. Он посмотрел на остатки пищи на тарелках и, очевидно, вспомнив жадные взгляды Эрейзана, когда они шли через кухню, сказал: — Предупреждаю вас, я не потерплю воровства и обжорства.

— Предупреждение излишне, — сказал Тирус.

Управляющий ответил презрительным взглядом.

— Когда потребуются ваши услуги, я вас позову.

Он прошел под арку, подобрав мантию, чтобы не запутаться в ней ногами.

Матрона, наблюдавшая за услугами, передразнила его:

— Когда потребуются ваши услуги… — затем она пошла еще дальше: Услуги! Ни одна настоящая женщина не потребует твоих услуг, дворняга! Пресмыкающаяся дворняга Обажа, вот ты кто!

Слуги хихикнули и предупредили ее об осторожности. Но она уже и сама потеряла интерес к управляющему и повернулась к Тирусу и Эрейзану. На ее лице появилась широкая улыбка.

— Актеры? А я Сешти — хозяйка здесь. Не обращайте внимания на управляющего. Хотите есть? Накладывайте себе с любого подноса, ребята.

Она не очень отличалась от них по возрасту, но ей нравилось называть их ребятами. Тирус поклонился ей и заставят ее захихикать от смущения, когда поцеловал ее руку, как будто она была знатная дама.

— Благодарю вас, хозяйка Сешти. Вы так же щедры, как и мудры.

Тирус положил себе кусок хлеба и рыбы в соусе. Эрейзан выбрал себе бараньи ребра с огромным количеством мяса на них. Акробат взгромоздился на каменный шкаф рядом с входом в зал. Он сел, скрестив ноги и увлечение принялся за кость, не заботясь о том, что жир обильно капает на его новую тунику.

Через дверь Тирус и Эрейзан видел всю королевскую знать, которая обедала в гораздо более комфортабельных условиях. Комната для слуг была освещена только двумя дымящими факелами, а королевский зал весь сверкал, освещенный сотнями светильников. Королевские места были освещены особенно щедро. Здесь сидели три человека — Джателла и Илисса, и сэр Обаж. Обаж сидел справа от королевы, а Илисса — слева от нее. Прекрасное лицо Илиссы было открыто, ее снежные белые волосы спадали на обнаженные плечи. Она смущенно улыбнулась, когда Обаж осыпал ее и Джателлу комплиментами. Обаж соперничал с женщинами в роскоши своей одежды, драгоценные камни сверкали на его пальцах, в ушах, туника была украшена еще большим количеством драгоценностей, а мантия была отделана драгоценным мехом грира.

Взгляд Тируса остановился на третьей фигуре за столом — Джателле. Осталась ли она той же воительницей, которая допрашивала его на базаре? Исчезли кожаная одежда и волчьи зубы. Она была одета в традиционный зеленый цвет Кларики, волосы были аккуратно причесаны, золотая тиара красовалась на голове. Она держалась по-королевски и управляла своими придворными, вовлекая их в разговоры и держа нить беседы в своих руках. Ее мужеством Тирус восхищался, когда впервые встретил ее, а теперь она очаровала его своей женственностью.

Хозяйка Сешти правила гораздо меньшим и более удобным государством. Один из официантов заметил Тируса и Эрейзана и прошептал что-то матроне. Она поправила волосы и спросила:

— Это правда? Вы те самые фокусник и акробат, которые нашли переодетых сестер в городе?

Тирус и Эрейзан признали это, и Сешти в восторге хлопнула себя по ляжкам.

— Значит это правда? Хай! Какая храбрая волчица наша королева! Но бедная принцесса! Она должно быть очень боялась. Она такая нежная малышка…

Старый дворецкий спал, прислонившись к стене. Он неожиданно проснулся и сказал:

— Принцесса родилась в боевом шатре и научилась скакать на лошади раньше, чем начала ходить. Я помню это очень хорошо. Я был при короле, когда он воевал с варварами на границах, и принцесса держалась рядом с ним. Какие славные времена!

— Она теперь не принцесса, а королева, слабоумный старик, прикрикнула на него Сешти. — Ты живешь только в своих воспоминаниях!

Он не слушал ее, продолжая вспоминать, его выцветшие глаза повлажнели.

— Все вижу снова. Я тогда был молод. Сам король в первых рядах жестоко дрался с варварами и жителями лесов, выгонял самих Раскалывателей Черепов в их дикие леса. И прекрасная маленькая принцесса, такая же храбрая, как любой парень, везде была с ним. А королева правила в городе…

— И она растила вторую маленькую принцессу, — оборвала его воспоминания Сешти. Она с сожалением посмотрела на дворецкого, а затем объяснила Тирусу и Эрейзану: — Он уже ничего не понимает. Король и королева давно уже отправились к воротам Кета. Он думает, что наша покойная королева переродилась в королеву Джателлу.