К. Паркер - Пробирная палата

На подоконнике сидел скорпион, самка с только что родившимися детенышами, вцепившимися ей в спину. Бардас насчитал девять штук. Самка сделала несколько шажков, остановилась и замерла, настороженно подняв клешни. Писарь то ли ничего не видел, то ли уже не обращал внимания на такие мелочи.

– Это я, – сказал Бардас. – По крайней мере я Бардас Лордан, а называли меня словами и похуже.

Писарь поднял бровь.

– Ну-ну, – сказал он. – Чувство юмора, да? Тогда вы поладите с префектом, у него тоже есть чувство юмора, во всяком случае, он отпускает шуточки. Скорее производитель, чем потребитель, если вы понимаете, что я имею в виду.

Бардас кивнул:

– Спасибо.

Писарь пошевелил длинными ухоженными пальцами.

– Мы здесь тоже слышали о вас, – сказал он. – Вы, конечно, человек интересный. Префект коллекционирует интересных людей. Исследователь человеческой натуры. – Писарь отмахнулся от надоедливой мухи.

Интересный объект для изучения.

– Мне так и говорили.

Самка скорпиона продолжала путь по подоконнику, но писарь уже заметил ее периферийным зрением, подняв полукруглую костяную линейку, лежавшую перед ним на складном столе, приподнялся, подался вперед и нанес сокрушительный удар, в результате которого и самка, и все ее девять отпрысков превратились в бесформенное, размазанное бурое пятно.

– Не беспокойтесь, – сказал писарь, – они не такие опасные, какими их изображают. Конечно, если вас укусят, то на пару дней вы опухнете и больно будет ужасно. Но умирают довольно редко. По крайней мере я помню лишь несколько случаев.

– Приятно слышать, – сказал Бардас.

Писарь вытер линейку о полинявшие обои и положил ее на стол.

– Так, значит, вы когда-то были фехтовальщиком, – задумчиво заметил он. – Я слышал об этом. Вы убивали людей, чтобы решать судебные споры.

– Верно.

– Замечательно. Что ж, полагаю, в таком способе есть свои преимущества: возможно, он справедливее, несомненно, менее болезнен и жесток для участников. Но что касается меня, то я предпочел бы зарабатывать на жизнь иначе.

– Бывают и неплохие моменты, – сказал Бардас.

– Да, наверное, лучше, чем копать тоннели.

– На свете много более интересных занятий.

– Я вам верю. – Писарь поднял со стола небольшой нож с коротким, тонким лезвием и начал подстригать перо. – Вот увидите, префект – человек справедливый, без предрассудков, что в общем-то редкость для армейского офицера. Будьте с ним честны, и он будет честен с вами.

– Буду иметь в виду.

Через окно в комнату просочился аромат какого-то цветка, сильный и сладкий. Наверное, перечная лоза, предположил Лордан, заметивший, что стены префектуры увиты ее побегами. Кроме того, в помещении стоял не совсем свежий запах, исходивший от ароматизированных палочек, которые сжигали, чтобы заглушить другие крепкие, приторные ароматы. На парапете над окном щебетала неизвестная птичка.

– Разумеется, большинство старших офицеров…

Писарь так и не успел закончить предложение, потому что дверь открылась, и в комнату вошел человек в форме. Не глядя на умолкших мужчин, он прошествовал в кабинет и закрыл за собой дверь.

– Сейчас он вас примет, – сказал писарь и пододвинул к себе лежавшие на столе бумаги.

Бардас поднялся и вошел в кабинет.

Префект был высоким, даже по стандартам Сынов Неба, мужчиной, смуглее большинства из тех, кого Бардас встречал в Ап-Эскатое, что давало основание отнести его к уроженцам внутренних провинций, а следовательно, к избранным. Он был лыс, а бороду подстригал коротко. Верхняя фаланга мизинца на левой руке отсутствовала.

– Бардас Лордан, – сказал префект. Бардас кивнул.

– Садитесь, пожалуйста.

Префект изучающе посмотрел на вошедшего, потом кивком указал на свободный стул.

– У вас должно быть удостоверение от вашего командира в Ап-Эскатое.

Бардас вынул из-за отворота рукава маленький латунный цилиндр и передал префекту. Тот осторожно отвинтил крышку и, подцепив ногтем листок бумаги, извлек его из контейнера.

– Пожалуйста, подождите, – сказал он, разворачивая листок. Лицо его слегка напряглось. – Замечательная карьера. Вы были заместителем командующего в армии Максена.

Бардас кивнул.

– Удивительно. Несколько лет в качестве фехтовальщика – весьма занимательное занятие – и недолгий период службы в звании генерал-полковника в Перимадее. – Префект поднял голову. – Я, конечно, читал об этом. Великолепная оборона, учитывая все обстоятельства. Ну а последний приступ, несомненно, стал возможным только в результате предательства, так что вашей вины нет.

– Спасибо.

– И после этого, – неспешно продолжал префект, – несколько неясная роль в войне между Орденом Шастела и Сконой; ладно, в это мы вдаваться не будем, весьма необычный поворот событий, если верить отчетам. – Он выдержал паузу, но Бардас промолчал, и префект продолжал: – А затем вы записываетесь солдатом и проводите – так, посмотрим, – да, три года, ни больше ни меньше, в шахтах Ап-Эскатоя. Очень, очень достойно, как ни смотри. – Префект снова взглянул на Лордана с совершенно непроницаемым выражением. – Вы стали легендой.

– Я об этом не думал.

Префект еще немного подумал и рассмеялся.

– Нет, конечно, нет. Так, что тут у нас еще? Ах да, ваш брат, Горгас, тот самый Горгас Лордан, организовавший военный переворот в Месоге. Видно, в вашей семье солдатское ремесло в почете. Еще одна замечательная карьера. Вашему брату не откажешь в проницательности, в стратегической прозорливости. На мой взгляд, значение Месоги как потенциального театра конфронтации прискорбно недооценено.

Бардас немного подумал.

– Да, Горгас вам понравился бы. Хотя в нашей семье самая сообразительная – моя сестра.

Префект снова улыбнулся:

– Вы так думаете? Выстроить процветающий бизнес и затем потерять его так быстро в результате серии мелких недоразумений. Впрочем, не стану утверждать, что мне известны все факты. – Он снова помолчал. – В общем, впечатляющее резюме для сержанта инженерных войск. Признаюсь, мне любопытно, как случилось, что человека ваших талантов и опыта занесло в провинцию. Я бы решил, что вы заслуживаете чего-то более… хм, значительного.

– Ну, вы же знаете, как это бывает, – сказал Бардас. – Войны, похоже, следуют за мной. Стоит мне где-то обосноваться, как через какое-то время туда приходят войска. На этот раз я решил, что лучше я найду войну прежде, чем она – меня.

Префект посмотрел на него, как будто не вполне понял.

– Интересная перспектива. В любом случае ваша служба при осаде Ап-Эскатоя заслуживает вполне осязаемой награды, а у нас, в провинции, знают, как важно заботиться о своих людях. Думаю, мы сможем изыскать такую ситуацию, которая принесет вам заслуженное вознаграждение и позволит применить ваши таланты с большей пользой, чем в шахтах. – Он взглянул на обратную сторону листка. – Вижу, у вас есть практический опыт работы на мануфактуре.