Сергей Ковалев - Котт в сапогах. Конкистадор.

— Отстань, нет у меня никакой совести! Это ваше человеческое изобретение. С какой стати я должен помогать людям?!

— Ну ты же мне помогал!

— Ты не в счет,— возразил петух.— Ты почти не человек. Даже курятину не ешь. И я не хочу, чтобы ты опять стал громадным монстром, который не понимает нормальной речи!

— Эгоист!

— Как бы не так! Я и о тебе забочусь! В кошачьем теле у тебя есть шанс прожить жизнь достойно!

— А Коллет?

— А что — Коллет? Кто мешает ей выпить свое зелье и превратиться в кошку, если она тебя действительно любит? А еще лучше в курочку… Шучу, шучу! Я у друзей девушек не отбиваю! Спрячь когти, Конрад, ты меня нервируешь!

— Ладно, допустим.— Я постарался взять себя в лапы.— Но что ты будешь делать, когда Мордаун вернет себе человеческую шкуру, сместит Анну и займет трон?

— А я тут при чем?

— Гай, мэтр Морган — маг, а все маги — люди очень рациональные. Он не станет содержать птичник просто так. Всякую мелочь он просто выгонит, а съедобных птиц... — Я выдержал зловещую паузу.— Съедобных птиц наверняка отправит на кухню!

— Да ладно, не мели ерунды... Ты уверен?!

— Наверняка сказать не могу, но, по-моему, это не тот случай, когда стоит рисковать.

— Я могу опять странствовать с тобой,— жалобно предложил петух.

— Не выйдет,— искренне вздохнул я.— Мне теперь одна дорога — с Андрэ и Анной. Если Мордаун уничтожит, то и мне с ними пропадать. И вообще, что ты мне сегодня с утра проповедовал про долг перед королевой?

— Мало ли чего я нес! Мне нужно было тебя из депрессии вытащить, все-таки ты мой друг. А Анна и Андрэ для меня никто — такие же люди, как и все.

— Ну что же, это твой выбор, Гай. А мне придется сражаться за них и, видимо, погибнуть,— подпустил я в голос трагичной мужественности.— Мне жаль, Транквилл. Меня ждет геройская смерть, а тебя, боюсь, большая сковорода на королевской кухне...

— Проклятье, Конрад! Я не могу бросить друга в такой ситуации!

Оставив петуха принимать сообщения птичьей разведки, я отправился в Нижний Город.

В большинстве городов, доросших до разделения на «Нижний и «Верхний» районы, названия эти носят обычно символический характер и обозначают социальное положение населяющих их людей. В Бублинге природа позаботилась привести все возможные смыслы к одному знаменателю — в Нижнем Городе селилась самая беднота, но и географически он располагался действительно в самой низине, у реки. Собственно, когда-то давно Бублинг и зародился как речной порт и весь умещался в границах нынешнего бедняцкого района. Со временем разбогатевшие горожане пожелали выстроить себе дома подальше от сырости низины, а потом и почти весь город переселился на холм. В Нижнем Городе теперь жили только совсем уж опустившиеся люди да несметное число крыс, бродячих собак и кошек. К последним-то у меня и было еловое предложение. Все-таки родственники как-никак.

— Эй ты домашняя киса, заблудился?!

— Не страшно попачкаться в наших канавах?

— Ага, ага, смотри какой гладкий — небось только по коврам привыкши ходить!

— Смотри, как глазами-то сверкает, гы-гы, обиделся...

— А ну тихо! — Из-за кучи мусора выбрался Рваный.

Раньше а встречаться не доводилось, но благодаря своим агентам я знал, что этот кот, получивший кличку из-за многочисленных шрамов от собачьих клыков, вот уже несколько лет является вождем бродячих котов Нижнего Города. Игнорируя испуганно притихших подданных, Рваный недружелюбно уставился на меня.

— Ну чего приперся?

— Дело ест.— Я уставился на него в ответ.

Звери не любят пристального взгляда в глаза, мне же без труда давалась такая игра в гляделки. Рваный поздно сообразил, что попался — отвести взгляд означало проиграть. Впрочем, он и не собирался уклоняться поединка, так что мне предстояло трудное испытание! Коты и кошки поспешили образовать круг. Схватки в круге — излюбленное зрелище этой братии. Теперь мне и Рваному предстояло обмениваться оскорблениями, пока один из нас не сдастся. Основная же трудность состояла в том, что отвечать нужно было быстро и притом хоть как-то рифмовать оскорбления!

Шерсть на Рваном угрожающе вздыбилась, он проворчал;

— На неприятности напрашиваешься, домашняя киса?

Я немедленно зарифмовал:

Я тебе не домашняя киса, ты — помойная крыса!

Я Густав Конрад Генрих Мария фон Котт,

Который где хочет, там и живет!

Сравнение с крысой — тяжкое оскорбление для кота. Рваный бросил на меня злой взгляд:

Кого это крысой сейчас ты назвал?

Я и за меньшее в клочья рвал!

Возвращайся-ка лучше к себе во дворец,

Пока не разозлил меня вконец!

Я презрительно рассмеялся:

Ну ты прямо меня сейчас напугал!

Не иначе, подушку во сне ты рвал!

Я с волками сражался, чуть мага не съел,

Пока ты в помойке своей сидел!

Рваный попытался взять реванш:

Как ты с волками сражался — никто не видал,

Слыхал я, тот маг пинка тебе дал.

Живешь ты в замке, е дармовщины опух,

Говорят, в друзьях у тебя — петух!

Но я легко отбил этот удар:

Да, с петухом я дружу — так что с того?

Похрабрее он будет тебя самого.

Повезло тебе, что я с собой его не взял —

Задницу тебе он легко бы надрал!

— У-у-у! — оценили мой пассаж зрители. Рваный метнул злобный взгляд на переменчивую публику и быстро зарифмовал:

Так вот в чем секрет подвигов твоих!

Петух геройствует за вас двоих? Йо!

Я снисходительно фыркнул:

Да какое там геройство? О чем ты, не пойму.

Такую ты считаешь геройством ерунду?

Видать, совсем все плохо в твоих делах, дружок!

И для тебя геройство — потырить пирожок?

Рваному становилось все труднее выдерживать мой взгляд и одновременно придумывать, чем бы меня подцепить. Он не мог не понимать, что проигрывает в этом традиционном кошачьем состязании. Приблизив ко мне морду почти вплотную, он тихо произнес:

— Ну чего тебе тут надо, а? Зачем тебе мое место? Неужели во дворце плохо кормят?

— Кормят-то хорошо, да скоро перестанут,— так же тихо ответил я.— Есть такой маг Морган Мордаун, он настроился захватить власть, и у него есть на то хорошие шансы. Мне с ним не ужиться, вот я себе заранее новое место и присматриваю.

— Чтоб тебя вместе с твоим магом блохи заели! — выругался Рваный.— Слушай, ты, конечно, ругаться мастак, но одним этим власть не удержишь...

— Я попытаюсь, — усмехнулся я.— Хотя...

—Да?

— Есть вариант. Мордаун сейчас собирает армию крыс и мышей где-то здесь, в Нижнем Городе. Одному мне его не одолеть, а вот с твоей армией...