Демонический отбор. Захомутать и обезвредить (СИ) - Новикова Татьяна О.

Если честно, в ту секунду я даже не вспомнила про рога. Очнулась уже позже, тронула себя за волосы. Всё чисто. Пронесло!

Вот что за дырявая голова?!

Разговор потёк проще, когда мы отбросили правила и расслабились. Я пыталась высмотреть в императоре то, что пугало меня все эти дни, но видела перед собой лишь уставшего молодого мужчину. Пыталась понять, любил ли он погибшую невесту и смирился ли с её кончиной.

О чем он думает? Что гложет его ночами?

Каково это — управлять целой страной?

Я вон с рогами управиться не могу...

Завтра всё закончится, после второго испытания меня неминуемо выгонят. Но у нас есть сегодня.

Полное искренности сегодня, крепкий ром на губах и чувство легкости во всем теле.

Кто знает, какие тайны будут открыты?..

Спустя одну бутылку на двоих мы, изрядно подвыпившие, но вполне довольные собой, пошли гулять по саду. Точнее — император вознамерился показать мне какой-то редкий цветок.

— Если его лизнуть, на языке остается привкус клубники, — глубокомысленно объявил он.

— М-м-м, а зачем вы лизали цветок в первый раз, когда еще не знали про клубнику?

Картинка тотчас вырисовалась во всех деталях: непревзойденный Эдвард Третий ползает по траве и пробует на зубок растительность, попутно делая пометки в блокноте о вкусах и запахах.

Мужчина прыснул и отсалютовал бутылкой.

— За вас, леди Виктория! У вас неподражаемое чувство юмора.

— Ага, я вообще сокровище, — кивнула я и вновь споткнулась на ровном месте.

Пить определенно надо меньше. С непривычки меня совсем развезло, и перед глазами всё качалось и куда-то уплывало. Император то отдалялся, то приближался. Я даже осторожно потрогала низ его камзола, чтобы убедиться, что это не мираж.

Не заметил.

Я хихикнула, радуясь своей маленькой шалости.

— О, а вот и он! — воскликнул довольный собой следопыт знатных кровей.

— Где? — я склонилась чуть ниже, придерживая руками вырез платья, который очень уж хотел показать всё, что скрыто за ним.

— Да вот же! — ткнул пальцем как шкодливый мальчишка.

Ночью не только все кошки черные, но и все цветы абсолютно одинаковые. Какой конкретно лизать, я не представляла (да и не горела особым желанием), а потому со знанием дела кивнула. Хотела уже развернуться, но каблук застрял в щербинке между камней. Покачнулась, меня повело вперед.

Императорская реакция как всегда была на высоте. Он поймал меня и зачем-то притянул к себе.

Чуть крепче, чем требовалось.

Сквозь тонкую ткань моего дико бесстыдного платья ощущались все без исключения изгибы. Жутко неудобная сцена! Полный позор!

Почему тогда внизу живота теплеет, а в ушах звенит?

— Как любопытно, — хрипловато раздалось над моей макушкой.

— Что случилось? — развернулась лицо к лицу.

 Невыносимо близко. Удивительное дело. Можно коснуться пальцами его легкой щетины, можно изучать каждый взмах ресниц... попробовать на вкус губы...

— Да так, ерунда. Почему-то, когда мы обнимаемся, у вас начинают расти рога.

Я схватилась за голову, выдав такое матерное выражение, которое подвергло бы в шок портового грузчика. Увы, императора оно не смутило. Куда больше его интересовала моя "изюминка". Причем интерес был чисто натуралистический. Такое чувство, что Эдвард нашел редкую скотинку в свою коллекцию.

— Мне нужно идти! — рыкнула я, но мужчина вновь обхватил меня в кольцо рук и не позволил слинять.

— Вот уж нет, леди Виктория. Имейте совесть, объяснитесь.

— Это всё ваш алкоголь! — быстренько перекинула ответственность.

— Думаете? — император потрогал свою голову и с явным сожалением покачал ею. — А почему у меня нет рогов?

— Да откуда я знаю. Отпустите!

Демоны всемогущие, что же мне делать?..

— Тихо.

Не просьба, но приказ.

Император изучал меня, и взгляд его, темный точно самое бездонное озеро, бесстыдно гулял по моим скулам, опускался к ключицам, пробирался сквозь ткань «ночнушки». Ладони его держали меня за талию. Достаточно высоко, не позволяя себе лишнего, но слишком низко, чтобы рождать во мне восхитительное чувство трепета.

А затем наши губы встретились.

Чисто случайно, конечно же.

Осторожно, нерешительно. На его губах горчил алкоголь, но сладость зашкаливала. Легкое касание переросло в жаркий поцелуй, и только сейчас до меня дошел весь ужас происходящего.

Что мы творим???

Ему нравится целоваться с рогатыми женщинами?

— Что вы делаете? — я начала отбиваться, впрочем, как-то неактивно.

— Кое-что проверяю.

— Мое умение целоваться?

— Нет, кое-что другое, — голос потяжелел. — Не двигайтесь. Хм. Да нет же. Этого не может быть!

Теперь выругался Эдвард, причем моё словечко по сравнению с его было детским лепетом.

— Чего не может быть? Того, что мы целуемся?

Как-то обидно, если честно. Я не так уж плоха в поцелуях — всю юность тренировалась с друзьями-мальчишками. Отрабатывала тактику, чтобы не ударить в грязь лицом в ответственный момент.

Но ответственный момент случился, а Эдвард Третий почему-то разъярился, напрягся всем телом. От былого алкогольного веселья не осталось и следа.

— Она не может быть той самой! – рыкнул император куда-то в небеса, резко выпуская меня из объятий.

От неожиданности я пошатнулась и едва не рухнула на злосчастный цветок с клубничным вкусом.

— Да что не так?!

— Ничего особенного. Кроме того, что ты — моя истинная пара, — выплюнул с отчаянием.

Он так отчетливо скрипнул зубами, что мне стало страшно за челюсть императора.

Чего-чего?

Это шутка такая? Попытка развести меня на что-то большее, чем обычный поцелуй?

— Пошли отсюда, — пророкотал мужчина. — Немедленно. Я должен во всем убедиться.

Он схватил меня за запястье и потянул за собой. Меньше всего это походило на акт соблазнения, разве что великий правитель любил пожестче и побыстрее.

Интересно, каким способом проверяют истинность связи?

Надеюсь, что не там самым.

— Куда мы идем?

— Ко мне в спальню, — не стал отнекиваться Эдвард.

Видимо, всё-таки тем самым.

Ой...

Глава 10

Ну, всё, конец. Понюхали сомнительных цветов на свою голову, и у него сорвало башню. Надо валить отсюда по-хорошему, но вырваться из захвата было попросту невозможно. Хорошо ещё, что нас не увидел никто, включая слуг. Иначе бы поползли шепотки о том, как сначала мы напились в императорском саду, а потом так бежали в койку, что пятки сверкали.

Зато рога исчезли, посчитав, видимо, что хватит с меня потрясений и без них.

Правитель втолкнул меня в комнату, за моей спиной закрылась дверь. Пути к отступлению отсечены.

Я мысленно попрощалась с девственностью и заранее оплакала её.

М-м-м, как скромно. Всё в серых тонах, минимум вещей, разве что кровать поистине громадная. Помните, я удивлялась размерам в постоялом дворе? Так вот, эта была раза в два больше.

На таких кроватях спать грешно.

— Все вопросы потом. Для начала я покажу тебе кое-что, —  сказал Эдвард и начал… раздеваться.

Пуговицу за пуговицей, торопливо, точно боясь не успеть. Меня, конечно, заворожила открывающая картинка обнаженного мужского тела, но здравый смысл оказался сильнее. Я ринулась к двери, предусмотрительно запертой на замок.

Догадываюсь, что конкретно мне собираются показать.

Спасибо, но обойдусь.

— Слушайте, меня завтра и так подвергнут унизительной процедуре проверки невинности. Я не собираюсь лишаться её сегодня, — выла я и скреблась в дверь как запертая животинка. — Пожалуйста, отпустите…

— Да успокойся же ты, ради всех богов! Я не собираюсь лишать тебя чести! Смотри!

Пришлось обернуться.

Кажется, кто-то не пропускает ежедневных тренировок. Император был прекрасный сложен. Его грудь расчертили крепкие мышцы, и каждая вена так явно проступала на незагорелой коже, будто высеченная в мраморе.

Но удивило меня не это. От низа живота, там, где начинался пояс штанов, вверх тянулись алые ломаные линии. Словно кто-то изрисовал императора лозами кровавого цвета. Они были как живые, ни секунды не держась на месте, колышась, дергаясь.