Инквизиция и кошка 3: Неупокоенный дух (СИ) - Ферр Алекс

— Да я не это имел в виду… — начал отпираться от своих слов предложивший. — Мы его того… глаза ему завяжем, сюда приведем. Нечистое уберёт, да назад его.

— Я подумаю, — смягчился главарь. — Разбивайте лагерь. Сутки ждём. Если так и не сможем попасть внутрь, пойдёте за шаманом, была не была. Мне тоже не хочется нос к носу с проводником столкнуться. Подозреваю, это его же и происки.

Разбойничьи рожи немного расслабились. Поняв, что вопрос рано или поздно решится, начали медленно, нехотя, то и дело оглядываясь по сторонам, ставить лагерь.

Такого я не ожидала. Этимнехорошим людям во что бы то ни стало надо попасть в берлогу, я к такому была не готова. Как же быть с Хильдой? Утащить девчонку в подпространство я не могла: такое количество неуправляемой Силы может снести человечке крышу. Способ, конечно, есть, но очень затратный, и дающий гарантию пятьдесят на пятьдесят.

За фантомов-то я не переживала, за материальное воплощение девицы — да. Рисковать пока рано.

И что за проводник? Какой-то ужасный головорез? Почему целый десяток взрослых, сильных мужиков так опасается какого-то человека?

Надо выбираться поскорее, и нечего ждать ночи, у Первой есть и естественные потребности, которые нужно удовлетворить. Пробравшись под щитом и вынырнув в берлоге, в нескольких фразах обрисовала обстановку.

— Хильда, ты можешь как-нибудь повлиять на их усталость? Меня же ты в сон сваливаешь? — Первая ничего не ответила, вжалась в стенку норы, затряслась. — Чего молчишь? Не время впадать в ступор, уходить надо, — увещевала её я.

— Я… Я же это не специально делаю… — промямлила Первая, едва дыша.

— Пришло время сделать это нарочно, — присоединилась Четвёртая. — Я помню, как это получалось у меня. Без заклинаний и прочей чепухи. Я просто собирала усталость своего тела и переносила её на нянюшку.

— Не стыдно? — нахохлилась Третья, для которой это прозвучало настоящим откровением.

— Нет, я училась, — не стала признавать свою вину Третья. — В конце концов, эта техника может пригодиться. Попробуй, — подбодрила она.

— Но я не устала! Совершенно! — возмутилась Первая.

— Это не играет роли. Главный инструмент — твоё воображение.

— Ну… Хорошо. А мне обязательно видеть их? Они же меня заметят, — неуверенно продолжила искать проблемы Первая Хильда.

— Не высовывайся. Сиди здесь колдуй, — обрезала я. — Третья, Четвёртая, вы либо идите назад в подпространство, либо тоже не высовывайтесь. Давай, Хильда, жги.

Успокоившись, Первая закрыла глаза и напряглась. Я вышла из-под щита и начала пристально наблюдать за происходящим. На первый взгляд ничего не поменялось: шайка по-прежнему возилась, ставя лагерь. Спустя несколько минут движения мужиков стали какими-то ленивыми, медлительными, о чём я сразу же проинформировала Первую. Та устало улыбнулась и вновь погрузилась в ментальные труды.

Пришельцы развели костёр, поставили на огонь кашу. Подозреваю, после еды им как раз приспичит отдохнуть и увидеть полуденный сон. Оставят пару часовых, но и те вряд ли устоят под неумелым натиском Первой и сытым брюхом, тянущим прилечь.

Видя, как манипуляции Хильды оказывают хоть и медленное, но всё же влияние, я успокоилась. Не придётся никого убивать или калечить, если все они уснут, мы незаметно выскользнем из ловушки, которую сами себе же и поставили.

Всё шло донельзя хорошо, я расслабилась, но потом тут же встрепенулась: не может идти план так гладко, нужно быть готовой к неприятностям. Отобедав, члены шайки разбрелись кто куда, чтобы прикорнуть. Они настолько втянулись в вынужденную передышку, что не стали назначать дозорных.

Самым стойким оказался главарь: борясь с нахлынувшей сонливостью, он сомкнул глаза последним. Убедившись, что все как один разбойники провалились в цепкие объятия Морфея, я сняла силовой щит и вывела Хильду из берлоги. Никто даже не перевернулся, не почесался: мы хоть и старались отойти как можно незаметнее, но шум всё же создавали.

Отдалившись на более-менее безопасное расстояние, мы перевели дух. Выскользнули. Оставив Хильду рядом с Четвёртой, я и Третья пошли за конём. Не дело бросать транспорт на съедение медведям. Или волкам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мерин встретил нас радостным ржанием, лошадка не скрывала своих эмоций, оглашая сопутствующими звуками всю округу.

— Тише, скотина волосатая, — сквозь зубы цедила я, пытаясь утихомирить чересчур шумного мерина. — Нам надо тихо…

Транспорт увещеваний не понимал, упирался и не хотел идти по непроторенному пути.

Тварь оказалась на удивление прожорливой: за время своего одинокого пребывания конь обожрал всё, до чего мог дотянуться. А что не объел — благополучно вытоптал, его не остановило то, что трава была порядком пожухлой из-за частых ночных заморозков, скорее, наоборот, это обстоятельство будило в мерине желание ненасытность.

— Он сейчас всех перебудит, — с опаской оглядываясь по сторонам, сказала Четвертая.

Ну, спасибо, это я и так вижу. И отвод глаз здесь не поможет… Жаль, что далеко не все заклинания имеют силу, когда их произносит Магическая Сущность. Жаль-жаль. Но стоит поработать с тем, что есть.

— Бросай тупую скотину, — приказала я. — Пешком дойдём.

— Но… — хотела возразить Четвёртая, но мерин вновь заржал, оповещая всю округу. Та в сердцах махнула рукой и отпустила поводья. Глупая живность.

Мы вернулись к ожидающим нас Первой и Четвёртой.

— Где Коржик? — Хильда нахмурила брови.

— На вольном выпасе, — без капли сожаления сказала я. — Он не хотел идти. Ладно, поторопимся, нам ещё долго брести. На дорогу выходить не стоит, определённо.

Первая вздохнула, видимо, не ожидая, что ей придётся перебирать ножками. Обувь у неё была добротная, тёплая, на толстой подошве, да на верхнюю одежду батюшка не поскупился. Я не боялась за материальный носитель: Хильда была укутана получше некоторых столичных жителей.

— Кстати, как думаете, что за проводник, которого эти разбойничьи рожи боятся как ледяной воды?

Все трое повернули головы в мою сторону. Глаза каждой Хильды стали похожи на чайные блюдца.

— Что? — удивилась я. — Раз знаете, кто такой проводник, расскажите, нечего интриговать.

— А-а-а… Они проводника ждали?

— Шайка хотела оставить что-то в берлоге, да. И им очень не хотелось встречаться с неким проводником. Ну, так вы объясните, кто это?

— Сказки всё это, — скептически высказалась Третья по поводу ситуации.

— А вдруг нет? — нахмурилась Первая. — Что, если Проводник действительно существует? Не зря же они сюда пришли…

— Так вы мне расскажите, что за Проводник? — не выдержала я. — Начерта мистическому созданию материальные дары? Не думаю, что эти ребята принесли Проводнику что-то высокодуховное и мистическое, я бы почувствовала.

У всех трёх Хильд не нашлось доводов. Мы мерно двигались вдоль основной тропы, по-хорошему, либо завтра днём, либо ближе к вечеру мы окажемся в Мей-Йилье. Осталось только дойти.

Лес был наполнен звуками: под ногами хрустели сухие сучки и прочий мусор, пели птицы, особо упорные насекомые возились в траве, иногда по дереву или земле пробегали мелкие зверушки. Глаза радовались: солнце стояло высоко, пробивая сквозь редевшую листву светлые, залитые теплом участки. Ничего не предвещало беды.

Заставило меня обернуться странное чувство. Никого. Верная своим ощущениям, я начала лихорадочно оглядываться по сторонам. Первая бодро перебирала ногами навстречу лучшей жизни, Четвёртая и Третья, фантомы, тоже почувствовали что-то не то.

— Мне не одной кажется? — неуверенно спросила одна из иллюзий.

— Нет. — Мне вдруг стало холодно, по-настоящему, будто кто-то выбросил меня из теплой комнаты на лютый мороз, но вокруг упорно ничего не происходило.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Лес замер, — Третья внимательно смотрела на ветки, которые будто застыли, звуки тоже стали заметно приглушёнными.

В воздухе витала опасность. Тишина, которую вот-вот прорвёт буря, сгустилась. Придётся применить крайние меры. Я этого не хотела, но игнорировать столь явное приближение кого-то сильного — опасная глупость.