Антон Ермаков - Авалон:Хроники бессмертных

Чуть ближе к левому краю поля, по правую руку от Вячеслава, между сражающимися группами Бессмертных оставалась узкая полоска земли, недосягаемая ни для его магии, ни для магий Марии и Настасьи. Там, в одиночку, сражался Алексис, размахивая своей громадной секирой и разбрасывая зомби в разные стороны, точно пушинки. Четыре острых лезвия с загнутыми вниз крючьями лишали голов по пятерых мертвых за раз, и каждая новая встреча его секиры и чьих-нибудь конечностей сопровождалась чудовищными звуками бойни.

Малиновская со всё более возрастающим беспокойством наблюдала за правым флангом. Если подступы в левой части поля были надежно защищены Славой и Семёном, обороняющихся вместе с дварфами изо всех сил, то здесь картина была полностью противоположной: мертвые вели ожесточенные бои, все дальше продвигаясь к высоким каменным стенам Нифльхейма и, соответственно, к главному входу в замок. Как Маша ни старалась, сквозь потоки дождя и удушающих частиц пепла, витающих в воздухе, она никак не могла разглядеть ни Тани, ни Бирюка, ни тем более Антона, а ведь им как раз положено было быть именно там.

Армия зомби, вооруженная острыми пиками, теперь уже не только начала яростное наступление справа, но и значительно продвинулась по центру. Из-за того, что Маша постоянно отвлекалась на остальных, она по неосторожности пропустила один из ударов: тёмный тяжелый наконечник копья одного из мертвых больно чиркнул её по плечу, разорвав одежду и пройдя по касательной чуть выше и вверх, но, к счастью, не проткнув руку.

— Сосредоточься! — грозно крикнула ей Настасья, и тут же с десяток острых кристаллов, пущенных ею, пронзили горло насквозь сразу нескольким зомби. Те повалились набок в разные стороны, хрипя и издавая страшные булькающие звуки, но все равно пытаясь ползти вперёд. Новые точные удары Настасьи завершили их пути в этой битве.

Мария, собравшись с силами и делая трудно повторимые пассы руками, начала плести сложную магию зеленых лоз: толстые и колючие стебли роз стали вырастать из-под земли тут и там, оплетая ноги и вцепляясь во вражьих прислужников, добираясь до туловищ и рук, затягиваясь вокруг шей шипастыми тугими смертельными удавками. Внезапно она почувствовала, как по правой щеке пронёсся поток холодного воздуха, а затем грязь и шлак у неё под ногами, застывая, начали покрываться тонкой коркой льда и белого инея, словно неизвестно откуда наружу вырвалось ледяное дыхание снежной зимы. Земля, скованная стужей, захрустела.

Поначалу Малиновская не поняла, что это за магия — она готова была ожидать вихри и торнадо от Бирюка либо грозные молнии Татьяны, но тут увидела далеко справа от себя высокую стройную женщину в развевающихся синих одеждах, простершую руки вперёд: Сильфида выпускала на волю могучие снежные ветра.

Буран и вьюга сметали все перед собою, превращая черную выжженную землю в ледяное белоснежное покрывало, и сотни мертвецов, окостеневшие, застыли в нелепых позах там, где их настигла магия Льда и Мороза.

— Сильфа! — воскликнула Малиновская, снова отвлекаясь. — Но откуда?

С ответом пришлось повременить. Небеса озарила ярчайшая вспышка света. Удары ослепляющих молний, бьющие прямо в замороженных зомби, заполонили собой всё вокруг — это в бой вступила Татьяна. Лёд начал с треском разлетаться на куски и тут же плавиться — от мертвых тел не оставалось и следа. Дварфы правого фланга, окрыленные столь мощной поддержкой, начали перестраиваться, с громкими криками снова ринувшись в атаку.

Яркие сполохи огня за Машиной спиной вновь заставили её обернуться. Поначалу она испугалась, что Евген каким-то неведомым образом смог проникнуть сквозь их плотно сомкнутые ряды, — но это был другой огненный маг — Флавиус. Алое пламя его чар разгоралось всё сильнее, закручиваясь в исполинские огненные смерчи и жаркие кольца, шипя под дождем, набрасываясь и сжигая темные полчища врагов.

— Где Вова?! — порыв ветра донес до Малиновской Танин крик, но новые удары молний напополам с грохотом от разлетающегося льда заглушили ответ Флавиуса, и она так и не расслышала его.

Ладно, Бирюк наверняка должен быть где-то здесь — он просто затерялся посреди этого жуткого месива, и скоро найдется — решила Маша. Флавиус и Сильфида снова с ними — это самое главное! Теперь они просто не могут проиграть! Мария почувствовала вдруг необычайный прилив энергии и сил. Приход столь могучих союзников вселил в неё новую надежду. Создаваемые ею колючие плети роз стали толще и гуще, ветвясь зелеными сетями во всех направлениях, с небывалой силой атакуя армию врага. Все получится! Она уверена! Никак иначе!

Внезапно со стороны замка послышался шумный и мощный рокот воды. Можно было подумать, что где-то только что ожил водопад. И обороняющиеся, и осаждающие Нифльхейм вдруг увидели, как тонны мутной воды изо рва, окружающего замок, начали подниматься высоко вверх, вставая над выжженной долиной Карнимирии одной сплошной мерцающей стеной, бурля и клокоча, а потом звук бушующей воды начал быстро приближаться. Малиновская услышала Настин вопль: — В сторону! — и тут же две огромные волны, похожие на распахнутые ладони, пронеслись с разных сторон буквально в полуметре от них с такой чудовищной силой, что даже заложило в ушах. Нахлынувшая стена воды разметала по полю новые отряды мертвецов, отбросив их далеко назад.

«Ну, Тоха, ты и даёшь!» — только и успела подумать Машка, как в поле зрения появился и он сам, тяжело дыша. С Антона обильно стекала вода, и даже под ливнем он выглядел самым промокшим из всех; Маша не могла догадаться, что ему, прыгнув с башни, пришлось проплыть через ров до другого берега, и лишь потом оказаться на поле боя.

А Антон уже сосредоточенно глядел перед собою; потом резко взмахнул руками, и было похоже, будто он подкинул в воздух два невидимых мяча. Тут же где-то впереди, среди полчищ дальних вражеских отрядов, из земли взмыли вверх несколько высоких водяных фонтанов, и зомби, подбрасываемые мощными струями, снова начали разлетаться в разные стороны…

Мария радовалась, видя, как войска дварфов понемногу начали продвигаться вперёд, тесня захватчиков, но она недооценила всю силу и коварство, на которые был способен Огненный Князь. И не так-то просто было его одолеть. В его темных мыслях уже пришёл черед для других существ, и, повинуясь непреклонной воле своего Господина, с громкими криками в воздух внезапно поднялись сотни и сотни горгулий, что ожидали своего часа, и ночное небо потонуло во мраке надвинувшейся тучи низко летящих тварей, а шум их кожистых крыльев, плещущихся по ветру, заглушил звуки сражения.

По земле же на подмогу к изуродованным солдатам двинулись орды друмлинов: поначалу почва долины, выжженной огнём, была слишком горяча для их мерзких лап, но мертвые проложили пути сквозь дымящийся шлак, и теперь сумрачные создания смогли последовать за ними. Это были не какие-нибудь безмозглые тела, оживленные тёмной магией, чей собственный разум давно поглотили время и песок; хитрые, сильные, ловкие звери хлынули навстречу Бессмертным и Малому народу, огромным черным клином ворвавшись в их строй и разделяя надвое великое воинство Нифльхейма.