Антон Ермаков - Авалон:Хроники бессмертных

Настя резко остановилась, как вкопанная, округлив глаза: ей были слишком хорошо знакомы эти голоса. Но этого просто не может быть! Откуда? Нет, ей, должно быть, померещилось. Настасья обернулась, видя, как следом за нею останавливаются и остальные её друзья. Поток дварфов, недовольных вызванной заминкой, начал огибать их со всех сторон, как река омывает остров, оказавшийся у неё на пути.

— Мне показалось, или я услышала Сильфиду? — потрясенно спросила Настя.

— Да, мне тоже померещилось, — согласилась с ней Татьяна.

— И вы их слышали? — удивился Бирюк. — Я подумал, у меня уже слуховые галлюцинации начались!

Слава и Семён дружно закивали, озираясь по сторонам.

Тут каждый из них снова, совершенно отчетливо, расслышал свои имена. Друзья одновременно развернулись на голос, с потрясением увидев, как к ним, пробиваясь сквозь строй дварфов, бегут Флавиус и Сильфида.

— Боже, откуда вы здесь? — воскликнула Настя, не веря своим глазам. Она крепко обняла подскочившего Флавиуса, а затем и Сильфиду.

— Как это возможно? — Сеня, кажется, не мог поверить в происходящее. — Как вам удалось пройти сквозь оцепление?

— Сейчас это все не имеет значения, — вымолвила Сильфида, сгребая в охапку Таню и Бирюка. — О, синее небо, как же я рада вас видеть!

— Евгений идёт на нас войной! — выпалила Таня. — Помогите нам!

— Да, да, за тем мы и пришли, — Сильфида говорила так быстро, что речь её казалась слегка невнятной, — мы едва успели: спешили сюда, как только могли!

— Вас только пятеро, — с тревогой отметил Флавиус. — Где остальные?

— Антон где-то наверху, создает дождь, — начала объяснять Настасья и, увидев непонимающий взгляд Флавиуса, добавила: — Женя поджёг Кленовый лес. Антон пытается предотвратить распространение огня, чтобы спасти волшебные деревья. А Маша там, снаружи… Скорее же, иначе будет поздно! Там — ожившие мертвецы!

— Мертвецы?! — воскликнула Сильфида и, не задавая более никаких вопросов, ринулась к воротам. Остальные бросились за ней. Их снова подхватила сверкающая стальная река из дварфов, вынося на широкий простор лугов.

— Владимир! — тяжелая рука Флавиуса легла на Вовино плечо, останавливая его. — Мне нужна твоя помощь!

— Конечно, — кивнул Бирюк. — Все что угодно.

— Ты должен отправиться к Ивонну.

— Куда? — не понял Вова.

— К Королю Дварфов. Ты должен попросить его о помощи! Ты лучше меня видишь — дварфов слишком мало, их численности не хватит, чтобы дать достойный отпор силам Тьмы. Если тебе не удастся привести сюда подмогу — этой ночью мы все погибнем.

— Но я хочу сражаться! — запротестовал Бирюк. — Как я оставлю своих друзей? Мне нужно быть там, рядом с ними!

— Большую пользу принесёшь ты, покинув их, чтобы позже вернуться. Сейчас самое главное — скорость, а ты — единственный, умеющий быстро перемещаться. Телепортируйся прямо к Каменной Двери, откуда берет свое начало подгорный тоннель, дальше же иди пешком. В глубоких катакомбах дварфов перемещайся только на ногах — если ты попробуешь совершить телепортацию внутри них, ты рискуешь навсегда застрять в толще скал. Ты понял?

Бирюк кивнул.

— Найди Ивонна, — продолжал Флавиус. — И скажи, что Нифльхейм в опасности. Скажи, что Враг уже здесь и стоит у наших ворот! Он знает, что делать. Подобное ответит подобному: живые не должны сражаться с мертвыми. А теперь иди же. Не медли. И возвращайся как можно скорее!

— Я вернусь. Обещаю, я не подведу, — Бирюк бросил последний горький взгляд на Танину спину, которая была уже далеко впереди, затем закрыл глаза и — исчез. Окружающий шум заглушил звук его телепортации.

— Я верю в тебя, — Флавиус ещё долю секунды продолжал смотреть на то место, где только что стоял Вова, а потом тоже побежал к воротам.

Массивная оконная рама была распахнута настежь, на каменном полу валялись куски штукатурки и несколько цветных стеклышек, выпавших из витража. В проеме окна, на подоконнике, возвышалась одинокая темная фигура, озаряемая багровыми отсветами, вспыхивающими в долине далеко внизу.

Антон стоял, простирая руки вверх, и всё его внимание было устремлено на хмурое, пепельное небо над головой, на котором все больше скапливались огромные, похожие на клочья грязной ваты, облака. Да уж, создание ливня — задача не из простых, она требует предельной концентрации внимания, силы и умения. Поток магической энергии, вырывающийся из кончиков его пальцев, был столь мощным, что воздух вокруг Антона зарябил, словно нагреваемый его чарами.

Внизу, в окутанной дымом Карнимирии, постоянно слышались какие-то неясные шумы и скрипы — именно в этот момент Мария силой своей магии распахнула створы Центральных ворот.

Тучи над лесом становились все темнее, все тяжелее и объемнее, из них вот-вот должен был хлынуть дождь. Думая о водяных потоках, обрушивающихся с небес, Антон никак не мог понять, что происходит на каменном крыльце замка: с того места, где он стоял, видно было плохо: обзор частично закрывала выдвинутая вперёд стена башни. Новый, далекий, но очень сильный грохот снизу заставил его снова с тревогой всматриваться в ночь: это рухнул надо рвом подвесной мост с остатками цепей. Свет из Главной галереи хлынул наружу, в образовавшийся проём, и марширующие к крепости неисчислимые тысячи мертвецов стали вдруг хорошо видны, освещаемые льющимися световыми потоками.

«Они что, совсем там спятили?» — подумал Антон, догадавшись о случившемся. — «Зачем они опустили мост?».

Долгое время ничего не происходило. Антон, не опуская рук, постоянно переводил взгляд то на грозовые тучи у себя над головой, то на едва видимую отсюда ленту древней дороги.

И тут слитный рёв заполонил собой все вокруг, и эхо его, достигнув всех уголков Нифльхейма, заметалось среди высоких конусов и каменных шпилей башен, уносясь в грозное, низко нависшее небо, а в следующий миг из ворот вылетел, как показалось, сверкающий всадник, устремившийся по дороге вперёд, и сразу следом за ним — сотни и сотни дварфов, крича, вопя, потрясая топорами и секирами, и сердца их пылали, переполненные праведным гневом.

Ночной воздух наполнили свистящие звуки, — это все новые и новые стрелы, пущенные лучниками дварфов со стен, вспороли мрак, ища и находя себе вражеские цели.

Антон ошалело смотрел на творящееся в долине, а когда он понял, что человек, принятый им поначалу за всадника, на самом деле Малиновская, скачущая на спине медведицы, он чуть не сошел с ума.

«Ненормальная!» — пронеслось у него в голове. — «Да что же ты творишь!».

Он с замиранием сердца наблюдал, не в силах сдвинуться с места, как быстро сокращалось расстояние между двумя воинствами. Как из-под земли, пробужденные несокрушимым призывом Зеленой магии Марии, взметнулось множество цепких корней, впиваясь в первые отряды хлынувших к ним мертвецов и, пригвождая мертвую плоть к земле, разрывали их на части.